Обреченные судьбы - Вероника Дуглас

потонул в грохоте копыт и когтей грифоноскакунов, взбивающих лесную подстилку.

Мы поскакали прямо в гавань Туманного Ветра, петляя между соснами и перепрыгивая через поваленные деревья, пока не добрались до южной дороги. Я была благодарна, что Аурен держался в стороне, так как это дало мне возможность побыть с Кейденом наедине.

Он послал ястреба к Мел и Сариону, что бы те встретили нас, и я время от времени наклонялась, чтобы прикоснуться к мечу, висевшему у меня на боку, для уверенности. Я не собиралась оставаться в стороне от предстоящей битвы, хотя и знала, что он попытается на этом настаивать.

— Если вы с Ауреном прижмете королеву, она направится к стене, — сказала я Кейдену. — Я могу трансформировать барьер, чтобы остановить ее.

— Нет, — он крепче обнял меня за талию. — В прошлый раз, когда ты манипулировала со стеной, ты чуть не убила себя. Я не хочу, чтобы ты приближалась к королеве.

Моя кровь закипела.

— Я не собираюсь отступать и оставлять тебя без защиты. Теперь я знаю, как работает магия Луны, и могу преобразовать барьер, не убивая себя.

Его тело напряглось позади меня.

— Я думал, Луна отказалась помочь.

— Она и не собиралась этого делать. Она поймала меня в ловушку своей магией, и мне пришлось распутывать плетение пряди за прядью. Теперь я выучила схему действий.

Его рука вокруг меня стала железной.

— Снятие такого заклинания могло убить тебя.

— Было бы слишком много энергии, чтобы вытащить ее, но у меня есть вот это, — я вытащила два маленьких камня из кармана, крепко сжимая их, чтобы избежать потери при езде. — Это лунные камни, которые Саванна использовала для подзарядки пилонов. Я могу направить в них силу Луны и вытащить ее обратно, не сгорев заживо.

Он медленно выдохнул.

— Сколько энергии?

— Чертовски много, — сказала я, надежно пряча их. — Чтобы перезарядить барьер, потребовалось три лунных камня. С двумя я смогу управлять огромным участком.

— Мне это не нравится.

Я положила свою руку поверх той, которой он обнимал меня за талию.

— Это решение, которое мы искали, и сейчас оно нам нужно больше, чем когда-либо.

Он помолчал мгновение, а затем сказал:

— Судьбы знают, что это так.

Раскаяние в его голосе напомнило мне о том, скольким он пожертвовал, чтобы вернуть меня. Чувство вины охватило меня, и я взглянула на золотого бога, едущего позади нас.

— Мне жаль, что тебе пришлось отдать свой топор ради меня.

— Ты стоишь этого в тысячу раз больше, — его слова согрели мою шею и послали мурашки по спине. — И, честно говоря, я сомневаюсь, что Аурен когда-либо согласился бы помочь, если бы не топор или, что более важно, ты не втянула его в это. Я думаю, он, должно быть, питает к тебе слабость.

В его тоне было нечто большее, чем просто проблеск ревности.

— Ты, должно быть, очень отчаялся посылая его.

— Так и было. Но я также знал, что у Аурена есть своя цена, и что, если я ее заплачу, он передаст тебя без лишних вопросов — какой бы важной ты для меня ни была.

Я прислонилась спиной к его груди, наслаждаясь его силой и теплом.

— Как ты вообще догадался послать его?

Кейден неловко поерзал в седле позади меня, внезапно напрягшись.

— Как только Луна взяла тебя в заложники, Кассиан привел Джексона и Сариона в мой тронный зал. Они сказали мне, что ты попала в ловушку.

У меня перехватило горло.

— Джексон?

— Не волнуйся. Может, я и унизил его, но я не причинил ему вреда.

Унижение альфы мало что сделало, чтобы развеять мои страхи.

— Он все еще здесь, в Стране Грез?

На ум пришли видения сырых камер под Камнем Теней. О том, как Кейден использовал свою силу, чтобы вырвать правду из моих уст, и как Кассиан и Вулфрик помыкали мной.

— Нет, — сказал Кейден, и его голос внезапно зазвенел, как молот. — Я не причинил ему вреда. Я отправил его обратно в твою стаю с клятвой, что никогда больше не буду угрожать тебе, твоему народу или Мэджик-Сайду.

Моя пара дала Джексону клятву?

Кейден взял меня за руку, нежно переплетая свои пальцы с моими.

— Я должен был дать тебе ту же клятву давным-давно, — его хватка усилилась. — Я никогда больше не буду угрожать твоей стае или миру наяву. Я клянусь в этом силой нашей супружеской связи и моим уважением к тебе. Я буду заботиться о твоем народе и никогда не причиню вреда тому, что ты любишь, пока я дышу.

Поток силы хлынул сквозь мои пальцы и вдоль моей руки, обвиваясь вокруг моего сердца. Я почувствовала, как его магия вливается в меня, сияющая, как солнечный свет, танцующий сквозь листья, и сильная, как сложенная сталь. Она смешивалась с моей силой, переплетаясь и завязываясь узлами, создавая клятву, которую невозможно было нарушить. Узы любви и преданности.

Мой народ был бы в безопасности не только на протяжении моей жизни или их собственной, но и на все последующие столетия — независимо от того, что случится со мной в грядущей битве.

Мое дыхание участилось, и я прикусила губу, чтобы сохранить его ровным.

Моей стае больше не нужно было бояться.

Тяжелый груз упал с моих плеч, как снег, осыпающийся с сосновых ветвей весной. Я терпела это так долго, что забыла, каково это — быть без него.

— Спасибо тебе, — выдохнула я, мое сердце наполнилось благодарностью. — Я не знаю, что сказать.

— Ничего не говори, волчонок, — промурлыкал он. — Просто будь со мной. Это все, о чем я прошу.

Я закрыла глаза и прижалась к нему, растворяясь в ощущениях облегчения, тяжелом биении его сердца и ритме поездки.

Я проснулась, когда мы добрались до гавани Туманного Ветра. Очевидно, ночной переход через пустыню полностью выбил меня из колеи.

— У меня болит задница, — пробормотала я, чувствуя себя ошеломленной. — Не могу поверить, что уснула на спине грифоноскакуна.

— Если тебе от этого станет легче, у меня рука отваливается — держать тебя всю дорогу было не так-то просто, — усмехнулся Тёмный Бог Волков. До сих пор было странно слышать от него смех.

Жители города заполонили улицы. Накануне, когда мы с Кейденом проезжали через порт, было достаточно суматохи, но теперь с нами был Аурен. Два бога. По городу ходили бы сплетни месяцами.

Мы встретили Мел вместе с Сарионом и группой фейри, которых завербовал Касс.

Я с благодарностью и некоторой болью спешилась и обняла Мел, а затем Сариона.

— Вы не представляете, как я рада видеть вас