Обреченные судьбы - Вероника Дуглас

подозрениями. У меня не было на это времени.

Я коснулся изящного изгиба ее щеки и вдохнул пыльный аромат пустыни, исходящий от ее волос.

— Мне не следовало отпускать тебя.

Она коснулась своими губами моих, подарив мне нежнейший из поцелуев, прежде чем отодвинутся с широкой улыбкой.

— Теперь я вернулась и сильнее, чем когда-либо.

Я выдохнул с облегчением.

— И ни минутой раньше. Силы Айанны перетекают через границу. Она создала большую полосу лоз, которые тянутся прямо к пилонам.

— Удачи, Кейден, — сказал Аурен, вскакивая в седло. — И спасибо тебе за чудесный подарок. Надеюсь, вам он не понадобится.

Моя шея вспыхнула от ярости, но рука Саманты сжала мою руку.

— Ты нужен нам! — крикнула она, отступая назад, в сияние стены лунного света. — Сражайся бок о бок со своим братом, как раньше.

Аурен понимающе улыбнулся ей, затем посмотрел на меня.

— Это не было частью нашей сделки.

— Не Кейден просит, а я.

Мой брат направил своего грифоноскакуна обратно к барьеру.

— Он не просит, потому что уже делал это. Я ничего не делаю бесплатно.

Саманта скрестила руки на груди.

— Тогда давай заключим сделку.

Я напрягся.

— У меня уже есть все, что я хочу от Кейдена, — сказал Аурен.

На его губах появилась злобная улыбка, от которой мне захотелось оторвать их когтями.

— Если только ты не предлагаешь себя.

Я прыгнул вперед и протянул руку, чтобы призвать свой топор, но там, где он когда-то был, были только глубокая слабость и безжалостная агония.

Саманта схватила мою раскрытую ладонь, и гнев мгновенно улетучился. Она вызывающе посмотрела Аурену в глаза.

— Ты получишь свои земли, свою власть и свое достоинство. Потому что, если мы потерпим неудачу, Айанна заберет все.

— Ты что, собираешься потерпеть неудачу? — спросил он, приподняв брови так, что мне всегда хотелось сломать ему зубы.

— Нет, если у нас будет твоя помощь, — сказала она.

Она была права. Как бы мне это ни было ненавистно, нам нужен был мой чертов брат.

— Когда-то ты был настоящим богом поля боя! — крикнул я, подходя так близко, как только позволял барьер. — Но посмотри на себя сейчас. Ты растолстел и обленился, лежа в своем дворце. Где твой волк? Разве ты не скучаешь по запаху битвы или вкусу крови на зубах?

Прошло много лет с тех пор, как он был тем человеком, но я знал, что этот воин все еще где-то там. Мне просто нужно было найти правильные слова.

Лицо Аурена помрачнело.

— Запах битвы и вкус крови? Ты слишком долго держал топор, брат.

— И теперь ты держишь его, — прорычал я.

— Я держу, — он призвал топор в водовороте света и тени. Повертев его в руках, он внимательно осмотрел. — Это злая вещь.

— Власть должна принадлежать тем, у кого хватает совести ею пользоваться, — тихо сказала Саманта. — Ради судьбы, используй его, чтобы помочь нам остановить эту войну.

Он отвернулся с тихим смешком.

— Ты обратишь мои собственные слова против меня самого?

— Сделай что-нибудь достойное этого оружия, — бросил я вызов. — Покажи Айанне, что происходит, когда она пытается поймать солнце.

Я видел, как треснула плотина.

— Только подумай, — сказал я, — если ты тот, кто победит королеву, ты сможешь властвовать надо мной в течение следующей тысячи лет. Что может быть слаще награды?

Тонкая улыбка, которую я слишком хорошо знал, появилась на его губах.

Его земли, его долг, его власть — все это было всего лишь закуской. Но шанс унизить меня был праздником.

33

Саманта

После того как мы заключили сделку с Ауреном, Кейден притянул меня к себе. Он крепко держал меня среди шепчущих сосен, пока ледяной ветер свистел вокруг. Я жадно впитывала тепло его тела. Он был сильным, несгибаемым, как сталь, — и он был моим.

Моя пара.

Мне было все равно, что Аурен наблюдал и ждал. После всего, что произошло, я просто хотела его почувствовать. Побыть со своей парой и отгородиться от остального мира и его проблем.

Но я знала, что не смогу. Айанна придвигалась все ближе.

— Нам нужно идти, — сказал Кейден, держа меня на расстоянии вытянутой руки и осматривая. — Ты уверена, что с тобой все в порядке?

— Я в порядке, — сказала я, внезапно почувствовав себя неловко. — Луна не причинила мне вреда, и проклятие отступило, когда она изменила стену. Теперь, когда виноградные лозы не питаются ее магией, я чувствую себя лучше.

Правда заключалась в том, что они питались не только магией барьера, но и моей.

Тень пробежала по его лицу.

— Но часть проклятия осталась?

Я кивнула. Это было всего лишь несколько тонких светящихся прожилок, но они были там.

— Айанна должно быть умеет черпать силу из барьера, даже если это стена света.

Может быть, именно поэтому он и ослаб в первую очередь — поэтому нам с Сэви пришлось восстанавливать его все те месяцы назад.

Кейден отпустил меня и схватил поводья Веги.

— Если ты все еще заражена, нам нужно спешить, даже больше, чем раньше. Если лозы Айанны доберутся до опор и заразят их…

— Тогда проклятие вернется в полном объеме.

Или убьет меня.

Кейден вскочил в седло и посадил меня перед собой. Я прижалась к его твердому, сильному телу.

— Как далеко они зашли?

— Сразу за горами. Кажется, она вкладывает все свои ресурсы в создание канала из сотен лоз и охраняет их своей армией. Они как трубопровод для выкачивания энергии из моей земли и дорога для ее монстров. Ее цель ясна: осушить пилоны или выманить меня и истощить в битве.

Мое тело напряглось от этой мысли, а кровь застыла в жилах. Королева пыталась украсть мою силу, когда мы сражались в Колодце Жизни. Сможет ли она сделать то же самое с ним, даже без виноградных лоз?

— Айанна возглавляет армию? — спросил Аурен, объезжая нас на своем грифоноскакуне.

— Не уверен, — ответил Кейден. — Хотя я не сомневаюсь, что она появится, как только мы атакуем.

— Это именно то, что нам нужно. Надеюсь, ее дорога из лоз придала ей достаточно уверенности, чтобы отправиться вглубь земель. Мы можем зайти ей за спину и встать между ней и барьером, отрезав ее. Мы раздавим ее между собой.

— Хорошо, что ты вернулся, брат, — Кейден усмехнулся. — Я просто надеюсь, что ты все еще в боевой форме.

Он пришпорил Вегу, и мы перешли на галоп.

— Не привыкай к этому! — крикнул Аурен, следуя за ним. — Нужно убить только одну злую королеву. Затем все возвращается к обычному руслу.

— Одной достаточно, — пробормотал Кейден, хотя его голос, вероятно,