Наследница Ордена - Анна Этери

— Есть? И кто же? Одного ты уже довела — вряд ли с койки встанет! А второй… Боже, поверишь, нет, но заседание Совета он ценит выше, чем охрану твоей персоны. Остынь! У тебя нет причин меня не любить.

Хаос бы его побрал!

— Ты куда? — кинулся он за мной следом.

— Сам же сказал: иди куда шла.

— Вот демоны!

На пороге в лазарет меня остановила мисс Магда.

— Что? — вопросительно подняла она бровь, глядя осуждающе. — Тебе чего?

— Могу я видеть Дарена? — Я прилагала все силы, чтобы не растеряться под её испытывающим взглядом.

— Не можешь.

— Почему?

— Ты сама-то здорова? Тебе прописана неделя постельного режима. А ну марш…

На этих словах Глэн схватил меня за руку и утащил.

— Отпусти! Отпусти, мне больно! — вырвалась я. — С ума сошёл? Какого демона ты вытворяешь?

— Я тебя спас. Иначе мисс Ведьма заперла бы тебя в лазарете на долгий срок.

— Может, мне этого и надо! Может, я хочу попасть в лазарет! — Глаза защипало.

— Дарена увидеть? Думаешь, он в лазарете? А не приходило в голову, что он может быть в другом месте, ведь он здорово облажался! Тебя могли убить, и в этом виноват только Харсед.

— Неправда! Я сама… — «просила не трогать Нэйта, сама!..»

— Он использовал тебя. Ему приказали умертвить всю шайку одержимых, а он использовал тебя, чтобы выманить главаря. А сил добить его не хватило.

— Ты всё выдумываешь, — сжала я кулаки.

— Зачем? Неужели считаешь, что настолько привлекательна, что я сплю и вижу, как бы провести с тобой побольше времени? — Его издевательский тон был невыносим.

— Так оставь меня в покое! — Я повернулась, чтобы уйти.

— Не выйдет! — схватил он меня за руку и больно сжал. — Даже не мечтай от меня избавиться!

— Посмотрим, — вырвала я руку. Внутри всё клокотало от гнева и одновременно хотелось расплакаться. Отвернулась к стене, разглядывая узоры на мраморе, силясь взять эмоции под контроль. А если Дарена из-за меня накажут? Закусив губу, пыталась сдержать слёзы. Не допущу, чтобы он пострадал. Возьму всю вину на себя.

— Генерал на собрании, если ты вдруг решила его навестить. — В голубых глазах ловчего плескалось столько злорадства и высокомерия, что я нашла причину, почему могу его не любить.

Остановилась посреди коридора, не зная, что делать. Если Дарена заключили под стражу… Но что я могу? Ворваться на совет и потребовать, чтобы его выпустили? Признаться, что сама держала рядом монстра, что уговорила охотника мне это позволить? Таким признанием я только ухудшу положение Дарена. Знать бы еще, что он сказал генералу о Нэйте.

— Так Дарен под стражей?

— Кто знает. Может да, а может и нет. — Глэн обходил меня по кругу. Неторопливо. Держась на расстоянии. — Что толку говорить о нём? Он не выполнил приказа. И подверг твою жизнь опасности.

— Я хочу знать, где он.

— Зачем тебе Харсед? Придет кто-нибудь другой и будет тебя защищать. Мало ли на свете дураков.

— И ты, похоже, один из них, — вскинула я бровь.

Ловчий поджал губы.

— Я не такой. Я знаю, когда остановиться. А Харсед… — Он усмехнулся. — Что ты знаешь о нём, чтобы так сильно доверять? Хочешь освободить его? Давай! Но, может, он намеренно поставил твою жизнь под угрозу? Когда душа в постоянном сомнении, так и тянет сделать неверный выбор. — Глэн смотрел на меня сверху вниз, словно с высоты своего знания, которое мне было недоступно.

— О чём ты говоришь?

— Как много он рассказал о себе? Ничего, не так ли?

Признаться ловчему, что мне известно больше, чем ничего? Ну уж нет! Но Глэн на этом не остановился.

— У Дарена есть брат… точнее был, когда-то давно, когда наш общий знакомый ещё был наивным сопляком. Тогда он и подумать не мог, что возьмет меч и станет убивать. Ему это и в кошмарном сне не снилось. Он просто жил изо дня в день под крылом мамаши с папашей, а кто-то другой страдал и погибал, но он думал, что его это не коснётся. Как думают тысячи идиотов, не осознавая опасности, даже стоя на краю обрыва. Вот и его жизнь ни к чему не подготовила и ничему не научила. До одной минуты. Был ли погожий день или шёл чёртов дождь, не знаю. Но в этот день его дом сгорел дотла. И демон бы с ним! Отстроить новый и жить. Но в том пожаре погибли его родители. Сгорели заживо, представляешь? Видно, день у них не задался. — Ловчий острил, а я чувствовала, как холодеют руки. — И ты, наверно, думаешь, что и братец его сгинул в том пламени? А вот и нет! Он остался жив, как и сама знаешь кто. И снова бы всё ничего. Ну погибли родители, а жизнь-то продолжается, да только брат его решил их вернуть… И знаешь, что сделал? — Я перестала дышать. — Ушел. Ушел к тем, кого называют адептами хаоса. — Глэн усмехнулся, довольный произведённым эффектом. — А что же малыш Дарен? Он, верно, рыдал дни напролёт, пока ему не взбрело в голову найти брата. Но как? Где? В душе он, должно быть, боялся, что искать уже некого, что брат давно в могиле. А если нет? Если превратился в монстра и убивает людей? Если? Вдруг однажды он, Дарен, встретится со своим изменённым братцем и не сможет его остановить? Что может слабый малыш против силы хаоса? Мысль, что его родная кровь где-то бесчинствует, очевидно, была для него невыносима. И тогда… Как считаешь, что сделал он тогда?

Я снова затаила дыхание, но Глэн уже потерял настроение поражать ответами.

— Он пришел в Орден. Скучно, не правда ли?

— Значит, брат Дарена…

— На той стороне, да. И каждый день Харсед ждет, что столкнётся лицом к лицу со своим одержимым братишкой, если тот, правда, ещё не сдох. Но вот вопрос: что сделает твой герой, когда… если они встретятся? Подумай об этом, милая. Потому что он уже точно подумал.

— Откуда…

— …я знаю?! — опередил Глэн. — Всё просто: я владею более полной информацией. И если ты будешь хорошо себя вести, я и с тобой поделюсь.

Я с неверием покачала головой.

— То, что ты сказал о Дарене…

— …неправда? Да брось! Я бы мог рассказать и побольше, но, боюсь, ты не готова это услышать. Единственное, что я хочу, это чтобы ты поняла: мир не такой, каким ты его навоображала. Опасайся врагов, но ещё больше — друзей.

— А кто ты, друг или враг?

— Я? Ни то, ни другое.

* * *

Много голосов, все они,