Новая жизнь Эвелин - Елена Крамская
Дела на ферме шли на удивление успешно. Наши устрицы и мидии стали настоящим хитом в лучших ресторанах Нью-Йорка. Заказы сыпались, как из рога изобилия, и нам пришлось в срочном порядке расширять производство, нанимая новых ловцов и закупая лодки. Мой внутренний стартапер из 2026 года ликовал, подсчитывая прибыль и строя планы по захвату всего Восточного побережья.
Я несколько раз съездила в Кейп-Код, чтобы окончательно уладить проблемы с правительственным контрактом при помощи Виктории. К моему удивлению, она сдержала слово. Но мне было поставлено жесткое условие: присоединение моей верфи к огромной Нью-Йоркской судостроительной корпорации, с сохранением всех рабочих мест и перестройкой нашего почти готового красавца-корабля под скучное пассажирское судно.
С позиции бизнеса 21 века я выигрывала. Я получала от продажи огромные деньги и могла полностью сосредоточиться на устричном бизнесе, превратив его в империю. Но, думая о том, что это было дело всей жизни моего отца, что этот бизнес он строил с нуля для своих потомков, мне становилось невыносимо грустно. Я понимала, что мир идет в сторону глобализации, и рано или поздно только большие корпорации будут выживать.
А у меня, попаданки без связей в правительстве, не было ни сил, ни знаний, чтобы бороться с этой махиной. Продажа была единственно верным решением. Но от этого было не легче.
Джека я так ни разу и не встретила. Он не вернулся ни в родовое поместье, ни в Нью-Йорк.
В апреле, когда в саду зацвели первые тюльпаны, ко мне снова нагрянула моя подруга детства Элен. Она только что приехала из Парижа и, как всегда, привезла с собой шлейф модных духов, последние европейские сплетни и умение задавать неудобные вопросы. Мы пили чай на веранде, и я, сама того не желая, выложила ей все, что накопилось на душе.
- Так говоришь, Джек признался, что любит тебя? - спросила она, внимательно разглядывая меня.
- Да. Но это уже не важно. У него скоро свадьба.
- А ты? Как ты относишься к нему? Твою историю про «мы просто лучшие друзья» я наблюдаю уже много лет, Эви. Но я всегда видела, как он на тебя смотрел.
- И как же он на меня смотрел? - я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно более безразлично.
- Как будто ты - единственная женщина в этом мире. Как будто ты - центр его вселенной.
Наш разговор прервала вошедшая миссис Морган.
- Эвелина, милая, простите, что прерываю. Джек звонит. Говорит, что это очень срочно. Я попросила его подождать.
- Ладно, не буду вам мешать, - Элен изящно поднялась, - Передавай Джеку привет. И обещай мне, что подумаешь, наконец, о своем личном счастье. Ты тоже имеешь на него право.
Она упорхнула с веранды, оставив меня наедине с бешено колотящимся сердцем и телефонной трубкой.
- Джек, привет! - нараспев, максимально бодро поприветствовала я его, - Как тебе жизнь дома после канадских приключений?
- Все нормально, Эви. Я рад, что теперь в безопасности. И, кстати, я сейчас не дома. Я в Японии.
- В Японии? - я чуть не выронила трубку.
- Да. Мы с Мари решили устроить свадьбу здесь, отпраздновать с ее семьей. Так что… ты ведь приедешь?
- Конечно! Как я могу такое пропустить? - мой мозг уже лихорадочно прокладывал маршрут и перебирал вечерние платья, - Я так за вас рада! Правда!
- Спасибо, милая. Здорово, что ты приедешь. Тогда до встречи.
Мне снова предстояло долгое и утомительное путешествие.
Ванкувер, а оттуда - пассажирский лайнер до Токио.
Все время в пути я думала о себе, о Джеке, о Мари. Почему я всегда относилась к ней с таким плохо скрываемым негативом? Почему она мне так не нравилась? Ответ был прост и неприятен: я ревновала. Но я решила, что если Джек будет с ней счастлив, я буду с ней вежлива и мила. Я буду лучшей подружкой невесты, которую только можно себе представить.
В порту Токио я взяла такси и назвала адрес, который Джек прислал мне телеграммой.
- Эви, ты все-таки добралась! Мари, Эви приехала! - я увидела по лицу Джека, что он искренне рад моему присутствию.
- Здравствуйте, Эвелин, - Мари, одетая в красивое шелковое кимоно, вышла на порог, - Вы, наверное, очень рады оказаться на твердой земле после столь долгого путешествия. Я благодарю вас, что вы решили почтить мой дом своим присутствием. Я искренне рада вас видеть. Проходите же.
- Джек, почему она так официально со мной разговаривает? - прошептала я, пока Мари помогала мне снять обувь, - Я думала, она будет не очень рада меня видеть.
- Она тебе искренне рада. А все эти благодарности - это просто японская традиция гостеприимства. Тебя здесь еще многое удивит. Главное - относись ко всему спокойно и вежливо. И да, чуть не забыл, - он понизил голос, - Здесь не принято пристально смотреть в глаза, обниматься, пожимать руки и вообще прикасаться к другим людям.
- Спасибо, что предупредил, а то я бы уже полезла обниматься.
- Мари, какой у вас чудесный дом! И какие красивые цветы!
- Эти каллы мне сегодня утром принес Джек. Хотел сделать мне приятное.
- Джек тот еще романтик, - вздохнула я, - Согласно одной древнегреческой легенде, этот цветок возник из-за зависти богини Венеры. Она была так поражена их красотой, что в порыве гнева снабдила нежный цветок уродливым шипом.
- Какая красивая и грустная легенда.
- Джек балует мою девочку, - в комнату вошел невысокий пожилой мужчина с седыми волосами, одетый в традиционный японский костюм, - Правильно, Джек. Моя дочь заслуживает только самого лучшего.
- Ой, прекрати, отец. Эвелина, познакомься, это мой отец, Дайсукэ Танака.
- Очень приятно познакомиться, мистер Танака, - я соединила ладони перед собой и слегка поклонилась, как видела в кино.
- Прошу вас, Эвелин, выпейте с нами чаю, - мистер Танака жестом пригласил меня за низкий столик.
- Моя дочь говорит, что вы давняя подруга Джека.
- Да, да, они очень давно знакомы, - быстро ответила Мари за меня, и мне показалось, что на ее лице промелькнуло недовольное выражение.
- Фу, Мари, как грубо! -
