Новогодний Экспресс. Постарайся простить - Кария Гросс

Поезд стоял, покрытый снежными шапками, а я видела из окна, как из карет выходят люди. Бен галантно помогал спуститься Камилле и Мардж, две дамы – мои соседки уже садились в вагон, кокетливо разговаривая с кондуктором.

Несмотря на то, что время было уже ближе к трем, все выглядели оживленно и радостно.

Над городом проносились залпы волшебного салюта.

– Тебе нет смысла больше возвращаться в свое купе, – заметил Десфорт. – Ты довольно долго играла роль хорошей жены.

– Согласна, – вздохнула я.

Легкий морозный ветер словно вдохнул в меня жизнь. Но в то же время я чувствовала усталость…

– О, надеюсь, бал был чудесным! – слышала я голос кондуктора.

– Замечательным! – почти хором ответили мы.

Кровать манила со страшной силой. Она просто тянула меня магнитом. Наскоро расшнуровав корсет, вытащив шпильки из прически и смыв макияж, я упала в подушки и почувствовала, как Десфорт привлек меня к себе.

– До чего же ты соблазнительная, – прошептал он, целуя мою макушку. Его дыхание скользило по моей щеке, а руки очерчивали изгибы моего тела.

Я помнила свое отражение в зеркале, когда смывала макияж. У меня язык не повернулся бы назвать это уставшее и растрепанное нечто соблазнительным. Но Десфорт так не думал.

– Вот, – прошептал дракон, снимая с пальца перстень. – Пусть это будет помолвочным кольцом. Родовое кольцо семьи Вельзер. Конечно, я мог бы сейчас встать на колени, рассыпаться в красивых словах о том, что с некоторых пор наша дружба стала чем-то большим, рассказать про огонь в сердце, и мечты о счастливой жизни… Но я скажу просто. Я люблю тебя. И сделаю все, чтобы ты была счастливой… Я найду мага, который сможет тебе помочь. Думаю, что от суммы, которую я ему предложу, он не откажется… Мы найдем того, кто добровольно отдаст тебе магию… И у нас будет ребенок. Но, поскольку ты очень соблазнительная, и я не знаю, как перед тобой устоять, то детей у нас будет много…

Я улыбнулась, глядя на кольцо, которое пришлось надеть на большой палец, чтобы оно не спадало.

– Ровланд что-то говорил про какую-то истинность, – прошептала я.

– Истинность может дать только полноценный дракон, – послышалася шепот. – В моем роду уже несколько поколений ее не было…

Я вздохнула, чувствуя, как ласки становятся все настойчивей.

– Так, – прошептал Десфорт. – Давай быстрее засыпать. А иначе я могу не сдержаться…

Я устроилась у него на плече и уснула. Я не знаю, сколько времени я проспала. Когда я открыла глаза, Десфорт еще спал.

Скользнул рукой по его щеке, я оставила его губах теплый поцелуй.

Сквозь плотно задернутые шторы по роскошному купе скользила полоска дневного света.

Я думала поспать еще, но сон пропал. Я встала, натянула чужой халат и затянула пояс. Надо будет обзавестись приличным платьем. Пусть даже не самым солидным. Не буду же я разгуливать по поезду в бальном?

Я решила вернуться в свое купе и забрать свой чемодан. Быть может, какие-то платья можно будет починить?

В поезде было тихо, если не считать стука колес. Я открыла свое купе, собрала вещи и стала выходить с чемоданом.

– Ну что ж, – усмехнулась я. – Прощай, леди Эстерланд!

Я словно перелистнула страницу книги, чувствуя, как на душе становится и волнительно и тревожно.

Когда я проходила сквозь вагон ресторан я услышала тихое всхлипывание. Голос явно был женский. Он таился во мраке задернутых штор и прятался где-то за роскошными спинками кресел.

Глава 70

Я притихла, осторожно пробираясь на звук.

– Вам плохо? – спросила я полушепотом. Плач прекратился.

– А, это вы, – донесся до меня голос. Я обошла кресло и увидела в нем Мону. В цветном халате с роскошной вышивкой, Мона сидела и плакала.

– Несколько пустых бутылок стояло на столике, а рядом валялись мокрые платки.

– Что случилось? – спросила я, видя, что явно что-то нехорошее.

– Ничего не вышло, – прошептала Мона. – Ничего… Ик! Доктор сказал, что процесс необратим… И если бы я обратилась к нему раньше… Да хотя бы два года назад, то он бы мог что-то сделать… Ик! А так…

До меня вдруг дошло, что имеет в виду растрепанная Мона.

– А так… надежды нет… Зелье выжгло связки… И восстановить их нельзя… – прошептала Мона.

Мне казалось, что ее желание обязательно сбудется. Я была даже уверена в этом. Но сейчас, видя ее, зареванную, мне было жаль ее настолько, что я присела рядом.

– А говорили, что поезд исполняет желания, – с обидой прошептала Мона, – Чушь все это… Ничего он не исполняет! А быть может, он исполняет все желания, кроме желания бедной Моны! Ик!

– Ну зачем вы так говорите, – прошептала я. – Я уверена, что путешествие еще не закончено.

– Да, но Новый Год уже наступил! – спорила Мона, икая.

– И что? – удивилась я. – Но путешествие еще не закончено! Кто знает, быть может, мы остановимся на каком-нибудь полустанке, а там сельский целитель, который до этого лечил только … допустим, лошадок… Какое-то неизвестное дарование… Посмотрит и скажет, что может вам помочь…

Мона притихла.

– О, дорогая моя, – прошептала Мона, вытирая слезы. – Вы правы. Путешествие еще не закончилось. А я раскисла слишком рано… Вы правы! О, боги! Вы правы! Я просто… просто так надеялась… Благодарю вас… Просто мне иногда так не хватает близкого человека. С кем можно поговорить… Знаете, чем выше ты поднимаешь, тем больше людей вокруг тебя. И меньше друзей. Я достигла вершины, поэтому у меня их не осталось…

– Вам нужно поспать, – ласково произнесла я. – Отдохнуть. Будет новый день и новые возможности.

– Вы правы, – прошептала Мона. – О, дорогая моя. Я так рада, что познакомилась с вами…

Она схватила мою руку и крепо-крепко сжала.

– Я тоже рада, – прошептала я. – Если что, я тоже постараюсь вам помочь…

– Ваш муж – негодяй и сволочь! Он вас просто не достоин! Ик! – произнесла Мона.– И я рада, что у вас нашлась храбрость плюнуть на этих чопорных индюшек, которые сами несчастны, и не прощают чужого счастья, и быть счастливой! О, я желаю вам счастья больше всего на свете…

–