Татьяна Шульгина - Дар халифу(СИ)

  -- В знак дружбы, - наконец, ответил он и вздохнул. - Нам нужно идти, гости ждут.

  -- Спасибо, - сказал Виктор, в который раз убедившись, что совершенно не понимает эльфов.

  Молодые люди прошли в праздничный зал, не возобновляя разговор. Гости радостно приветствовали их, поднявшись с мест. Хозяин сел в центре стола, протянувшегося вдоль стены и образовывавшего полукруг, оставляя центр зала пустым, так чтоб гости, сидевшие с одной его стороны, могли видеть друг друга и беседовать. По правую руку место занял почетный гость, король Вандершира, и его королева, по левую королева Виржиния, маг Велиамор и его жена Ниониэль. Остальные гости и придворные располагались за столами справа и слева. Зал пестрел изысканными нарядами и роскошными драгоценностями. Офицеры были в парадной форме своих государств, простые дворяне и их спутницы в шелках, бархате и парче. Молодые литиаты вернулись к привычным для них светлым мантиям, так же как и советник вандерширского короля. Только Ниониэль, давно отвыкшая от такой простой одежды, была в темно-синем атласе.

  -- Хочу поблагодарить тебя, мой друг, - начал Лингимир, поднявшись и обратившись к Виктору. - Ты помог нам оттеснить врагов и очистить Эвервуд от темных. Теперь моя очередь помочь тебе освободить от них Вандершир. Выпьем за новый союз между нашими государствами.

  Все подняли кубки, наполняя зал радостными возгласами и победным кличем. Виктор тоже поднялся. На этот раз он сменил военный мундир на темно-зеленый камзол. Высокий воротник рубашки и шейный платок в тон скрывали его шею. Длинные черные волосы ниже плеч тоже были не собраны, как и у хозяина праздника, а золотая корона на нем была широкой и литой, без камней и узоров.

  -- Благодарю тебя, Лингимир, - сказал он, и все притихли. - Надеюсь, этот союз продлится и после того, как темные будут изгнаны из северных земель. Хочу, чтоб ты знал, что Вандершир как и прежде будет открыт для эльфов и их друзей. Друзья Эвервуда - это наши друзья.

  Зал вновь наполнил радостный шум, короли выпили и, отставив кубки, обнялись. Музыканты разместились в центре зала и наполнили его чудесными звуками, веселыми и торжественными.

  Николь ласково улыбнулась мужу, когда он вернулся на место, и хотела поцеловать его, но Виктор предостерег ее.

  -- Нет, не здесь, - сказал он, взглянув на стол рядом с ними. Николь проследила за его взглядом и увидела Кристиана. Граф не сводил с нее глаз, даже не старался соблюдать приличия. Просто смотрел на нее в упор. От стола королей его отделяли капитаны Генри, Чарльз и Гордон.

  -- Я поговорю с ним, - предложила Николь.

  -- Нет, потом, - Виктор взял ее за руку под столом. - Просто не обращай внимания. Но не стоит провоцировать его.

  -- Хорошо, как скажешь, - она кивнула, одарив его еще одной лучистой улыбкой. Хотя сама готова была встать и залепить графу пощечину за дерзость.

  -- Мы недолго тут пробудем, - пообещал ей муж. - Две перемены блюд, и мы свободны, обещаю.

  Девушка сжала его руку, продолжая весело улыбаться.

  -- Что тебе сказал Лингимир? - спросила она, казалось, не замечая наглости Кристиана.

  -- Мы теперь друзья, - улыбнувшись, ответил ей муж.

  Мадлена не сводила глаз с сына. Велиамор привлек ее внимание, когда слуги расставляли перед ними золотые блюда с угощением.

  -- Ты должна отпустить его, - сказал он. - Подумай о себе. Ты теряешь силы.

  -- Он ведет себя неприлично, - ответила волшебница, проигнорировав его предостережение. - А они еще и виноватыми себя чувствуют. Это немыслимо. Я не верю глазам.

  -- Я не знаю, почему влияние темной крови усиливается, - задумчиво произнес Велиамор. - Но лучше обсудить это потом.

  -- Я тоже чувствую тьму, хотя в этом месте это трудно представить, - Мадлена вздохнула.

  Велиамор взглянул на графа. Тот по-прежнему сверлил взглядом Николь. Княжна, сидевшая рядом, принялась что-то шептать ему на ухо.

  -- На тебя уже все смотрят, - говорила она, дергая его за камзол. - Ты что, уже успел выпить?

  -- Хочу увидеть свечение, прекрасное ознаменование зарождения новой жизни, - ответил ей Кристиан с отвращением. - Интересно, она сравнивает его со мной, когда они в постели? - поинтересовался он громче.

  -- Ты точно выпил, - Бьянка почувствовала, как щеки начали гореть румянцем.

  -- Я, кажется, оглох на правое ухо, - медленно проговорил князь, оборачиваясь к Кристиану.

  -- Как думаешь, Гордон? Наш король хороший любовник? - спросил он, глядя на ошеломленного друга.

  -- Ты нашел, у кого спросить, - нервно рассмеялась Бьянка, отвлекая подвыпившего графа на себя. Гордон три раза сменил цвет лица от бледно-серого до бледно-зеленого, представляя, что слова услышит кто-нибудь из гостей.

  -- Откуда ему знать такое, - продолжала девушка, вернув своему лицу невозмутимое выражение надменности. Кристиан, наконец, оторвал взгляд от Николь и взглянул на княжну.

  -- Я слышала, что Виктор предпочитал куртизанок, - Бьянка воодушевилась, заметив интерес в мутных глазах графа. - Одна из них баронесса де Брюнэ, ты ее знаешь.

  -- Жюльет? - Кристиан изумленно вскинул брови. - Вот негодница, строила из себя недотрогу. Я ее месяц обхаживал.

  -- Добился? - Бьянка заметила, что Николь благодарно кивнула ей.

  -- Какой там, сбежала к своему дяде в имение, - возмутился граф. - Рассказывала мне сказки о больной тетушке. Кто бы мог подумать? Откуда ты знаешь?

  -- Я фрейлина, помнишь? - княжна улыбнулась, вспомнив те далекие беззаботные дни.

  -- Такая красотка, глаза как у эльфийской королевы, синие с поволокой, - мечтательно вспоминал Кристиан. - Волосы как вороново крыло, упругие локоны. А пахла божественно.

  -- Ну да, вижу, ты хорошо помнишь, - Бьянку начали злить эти нелепые сравнения. Если бы Кристиан так описывал ее, она, наверное, вылила бы ему на голову кувшин вина.

  -- А разве она не вышла за того герцога, такой богач из Холоу? - вспомнил вдруг граф.

  -- Интересно, за какие заслуги вдруг такой выгодный брак? - Бьянка усмехнулась.

  -- Это отвратительно, - Кристиан вернулся со своих облаков. - Попользовался и замуж выдал за мешок золота.

  -- Мешок не мешок, но герцог Амато был недурен, - возразила княжна.

  -- Так пошла бы к нему в шлюхи, он бы и тебе нашел мешок, - граф еще больше возненавидел соперника.