Кристина Золендз - Единственное спасение

— Давай, чувак, — сказал он.

Шейн вышел из комнаты всё ещё с сузившими глазами. Я уж е собралась наброситься на Такера. Такер, молча, поднялся, массируя виски, и попытался сесть на мою кровать, но я остановила его, прежде чем он сел.

— Ах, чёрт возьми, нет, — сказала я, — не чувствуй себя, как дома на моей кровати, Такер. Я хотела поговорить с тобой наедине, чтобы ты мог сохранить лицо в глазах друзей, но я не собираюсь быть милой с тобой прямо сейчас. Я предельно ясно выражалась много раз, что ничего не будет между нами, ничего нет между нами. Так что, я была бы признательна, если бы ты покинул мою спальню, и перестал говорить свой бред про нас.

— Но я думал, что, может быть... Когда я так облажался?

— Ты открываешь свой рот, Такер, и становишься красным. Я сказала тебе, что я не заинтересована.

— Но ты заинтересована в Шейне, верно? Ты переспишь с ним, Грейс, и тогда он прыгнет в кровать к другой цыпочке, будто бы тебя вовсе не было, что тогда? — он презрительно усмехнулся.

— А чем отличаешься ты? — спросила я грубо.

— Я бы никогда, чёрт побери, не обидел тебя, Грейс, не так, как Шейн.

— Такер, достаточно. Это не твоё дело с кем я сплю. Чёрт, Такер, я даже не сплю ни с кем. Чёрт побери, отстань и оставь меня в покое. У меня нет времени играть в твои дурацкие игры. И если я когда-либо приду домой и найду тебя спящим в моей кровати снова, я надеру тебе задницу так сильно, что им придётся собирать тебя заново, — взволнованная я выскочила из комнаты. Я не могла поверить, что я это сказала вслух, и я не могла поверить, что сказала это вслух перед Такером. Но, это был Такер и он, вероятно, в любом случае не слышал, что я только что сказала. Я прогремела по коридору в кухню, где все сидели за столом, потягивая кофе. Я схватила чашку и подняла пустой кофейник, глядя на всех вокруг:

— Кто мог сделать такую вещь? — все засмеялись, думая, что я шучу. Очевидно, они не знали о моём пристрастии к кофеину, придурки. Я сделала ещё кофе, жалуясь, всё время. Такер лениво зашел в кухню и схватил чашку:

— О, Грейс, — подмигнул он, — спасибо за кофе для меня, — тогда он налетел на меня снова. Шейн подскочил со своего места, и наши глаза встретились через всю комнату:

— Ну, Такер, — огрызнулась я, — я думала, что это единственный способ заставить меня идти куда-либо рядом с твоей промежностью, так что я сварила этот чёртов кофе. Поэтому, да, я делаю кофе сейчас только для тебя.

Такер поджал губы:

— Ничего себе. У тебя есть реальная скупая жилка.

— О, ты даже не представляешь, — сказала я.

— Кто-нибудь, — Такер улыбнулся, — кто общался сегодня с Vixen 4, чтобы узнать, получили ли они услугу по уборке? У вас, ребята, сегодня вечером концерт и я хочу убедиться, что смогу взять кого-то домой, если Шейн, Алекс и я забьём нескольких клопов сегодня вечером, — он посмотрел на меня и улыбнулся. Я должна действительно представить урода Габриеля; они были бы удивительными злодеями вместе, Человек-дьявол и Душа-мальчик. Возможно, девушки начнут ползать ровно через 5 секунд после того, как их будут целовать в полной скуке, поэтому они захотят спрыгнуть с высокого здания одним прыжком... Я могла бы просто представить Такера в трико и накидке, пытающегося подпороть свою хрень. Закатывая глаза, я вошла в гостиную и включила телевизор, ища, что посмотреть. Через несколько минут Шейн сел передо мной на кофейный столик.

— Я должен пойти домой и посмотреть, всё ли в порядке, принять душ и взять вещи для шоу. Но я действительно хочу поговорить с тобой... о прошлой ночи. И о нас, — лицо его было серьезным и страдальческим, и это заставило моё сердце разбиться у меня в груди с острым мучительным укором. Всё, меня это достало!

— Коннер останется здесь с Леа, так что ты будешь в безопасности, окей? Но я на самом деле хочу поговорить с тобой перед шоу сегодня вечером.

Всё что я могла это качать своей головой. Святое дерьмо! Эти глупые человеческие отношения были слишком эмоциональными и интенсивными для меня, как, черт возьми, люди продолжают делать это? Подошли Алекс, Брайден, Такер и Итан, схватили курточки и ждали Шейна, ожидая его движения. Шейн был сбит с толку, так как он хотел поцеловать меня, но не на глазах у всех. Затем он вышел через переднюю дверь, и просто дал мне знак «Позже». Это жгло. Я посмотрела на часы на стене. Было 3 часа дня и у меня было 4 часа перед началом шоу. Я вернулась на кухню с пустой чашкой и снова налила кофе, глядя на Леа. Коннер понял мой взгляд и объявил, что остальную часть дня, пока мы не пойдём, будет смотреть телевизор.

— Идите и делайте свои девчачьи дела, — когда он уходил, то свистел.

— Пожалуйста, не говори мне, что ты была заперта Алексом и Такером вчера вечером, — попросила она меня, входя в свою спальню.

— Ну, тогда я бы соврала, — я провела рукой по моим спутанным волосам, — я даже не хочу думать о прошлой ночи. Всё, что я хочу сделать, это принять горячую ванну и подготовиться к шоу сегодня вечером, и я не хочу встретить Габриеля, пока я не сделаю ничего из этого.

— Ты знаешь, ты должна всё рассказать Шейну. Правду о Габриеле и о том, откуда ты родом, и чья душа сейчас находится в нём, я не думаю, что он урод, так как ты думаешь. К тому же он может быть тем, кто будет смотреть на тебя в ванной, а не я, — засмеялась она. — Но подожди, я возьму ноутбук, и буду сидеть на полу возле открытой двери в ванную, и постараюсь дать тебе немного личной жизни.

Я просидела в ванной около часа, а затем сидела в коридоре, в то время, как Леа принимала долгую ванну. Мы выкрасили наши ногти и дико растрепали наши волосы. Она положила наряд для меня на комод, пара крайне низких обтягивающих джинсов и рубашку с большим вырезом, которая так вливалась в моё тело, что было видно мои соски и тату через ткань, которую мужчины были готовы сорвать. Я чувствовала себя очень горячо и отчаянно подумала о том, что Шейн хотел бы увидеть этот шелковистый материал на полу его спальни... За час до ухода мы начали наносить макияж и одеваться, Коннер позвал Леа, чтобы она пошла с ним в спальню. Чувство вины ударило меня прямо в грудь, когда она сказала, нет, и я подтолкнула её, чтобы она пошла, провести время с Коннером:

— Просто постучи мне в дверь, когда придёт время, — улыбнулась я.

Конечно, Габриель сидел на моей кровати, когда я вошла:

— Грейс.

Я стояла в дверях и гнев, глубокая жестокость бежали моим жилах:

— Уходи.

Габриель стоял, и его прекрасное ангельской формы тело повернулось ко мне:

— Я люблю смотреть, когда ты выходишь из ванной, Грейс. Такая нежная и чистая, неземная.

Я посильнее закуталась в халат, чувствуя себя совершенно голой.