Кристина Золендз - Единственное спасение

Такер щелкнул выключателем, и мы все могли слышать его бормотание и падение в коридоре по пути в ванную.

Я забралась рукою под одеяло, пока не нашла руку Шейна, и не переплела свои пальцы с его, но от этого его напряженные мышцы не расслабились. Действительно ли он думает, что я могу бросить его ради Такера? Все могут подтвердить, что, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, я так не сделаю!

— Похоже у Такера серьезные проблемы. Все знают, что Шейн не стал бы спать с кем-то из его группы, это против правил, не так ли братан? — Алекс усмехнулся. — Ох, и Грейс? Твоя рубашка одета не той стороной?

Плечи Шейна расслабились, и он рассмеялся в ответ. — Парень, почему бы тебе не поспать в другой комнате?

Я могла слышать, как Алекс переворачивается и устраивается поудобнее в своем спальном мешке.

— Ну, эээ. Если вы решили изменить правила группы, я бы хотел посмотреть на это.

—Ты отвратителен, — я засмеялась.

Руки Шейна потянулись ко мне в темноте и увлекли меня в свои объятия.

— Не волнуйся, Грейс. Я уверен, что ты слышала все слухи обо мне, и у Алекса есть бурное дело, и мы не хотим, чтобы наши поклонники узнали о нем. Ну это правда, и он в действительности хочет посмотреть на меня, а не на тебя.

Я громко рассмеялась, и он притянул меня ближе и уткнулся своим лицом в мою шею. — Эй, Алекс?

— Что, чувак?

— Я отчаянно хочу изменить правила, — прошептал Шейн.

— Я не виню тебя в этом. Но, Шейн, если ты ее обидишь, мы убьем тебя.

Шейн прикоснулся губами к задней части моего плеча прямо над татуировкой со сломанным крылом ангела и нежно поцеловал меня.

— Тогда я буду жить вечно.

— Гм, а вы ребята в курсе, что я еще здесь? Все эти романтические разговоры заставляют меня думать, что мне стоит покинуть комнату, и дать вам обоим понежиться на кровати.

Плечи Шейна затряслись от смеха.

— Заткнись и давай спать, Грейс.

Еще пять моих любимых слов.

Когда дыхание Алекса выровнялось, и Такер, споткнувшись десяток раз, вернулся в комнату и захрапел, Шейн мягко заправил мои волосы за ухо. Он наклонился, облокотившись на подушку позади меня, и проговорил прямо на ухо.

— Грейс?

— Что?

— Что у тебя было с Такером?

— Он просто поцеловал меня в своей машине, — я перевернулась на спину и посмотрела прямо в его глаза, в его темные, холодные и льдино-голубые глаза. Неужели он так расстроен из-за того, что было раньше? — Он пытался пойти дальше, но я отказалась. Я не люблю его, он мне даже не нравится.

— Больше нет.

Это был не вопрос, это было утверждение.

— Что «больше нет»?

— Больше никаких поцелуев для кого-либо, кроме меня.

Мое сердце начало дико колотиться, словно в лихорадке. Мои бабочки сейчас запели хор.

Я хотела сказать ему, что у меня осталось, не так уж и много времени. Я хотела сказать ему, что я была настолько сломленной, что уже никогда не буду прежней. Я хотела сказать ему, чтобы он убегал от меня и Габриеля и всего того зла, что происходит в моей жизни. Но я не могла. Я убежала от Шейн уже один раз и не собираюсь делать этого снова. Сейчас мои правила. Даже если у нас осталось не так уж и много времени, и я не смогу победить Габриеля, я собираюсь провести каждую оставшуюся минуту с Шейном. Все что я хочу это он.

Я прикоснулась своими губами к его, мое сердце очень быстро заколотилось.

— Больше нет, — прошептала я и крепко обняла его руками. Я глубоко вздохнула, вдыхая аромат Шейна и засыпая.

Глава 29

Во второй половине дня солнце светило брызгами света на мои глаза через открытые шторы. Устойчивое сильное сердцебиение музыкально ударило прямо под щекой. Моё тело повисло на Шейне, а наши ноги были запутаны, мы были вместе под одеялом. Моя рука легла на мышцы, которые расположились вдоль его живота, пальцы наслаждались гладкостью и жаром его кожи. Медленное сладкое жжение пробежалось по моей плоти, когда я медленно провела рукой по изгибам его кожи. Шейн переместил голову, зарылся лицом в моих волосах и глубоко вдохнул, выпуская глубокий стон. Стук сердца в груди ускорился, и резкий трепет пробежал по моей спине. Его губы прошлись по моему плечу, пока он сам скользнул на меня, двигая своё тело так нежно и прекрасно, чтобы жесткие мышцы его бедра скользнули, дразня мои пижамные штаны V-образной формы. Управляя губами по моей шее и щеке, он горячо вздыхал, что послало набор тепла через мои внутренности. Медленно, очень медленно, он пробежался кончиками пальцев по щекам и шее, нацеливая губы чуть выше моих:

— Я могу так прекрасно просыпаться каждое утро всю оставшуюся жизнь, Грейс.

Он положил ладони на кровать по обе стороны от моего лица и провёл языком по моей нижней губе, затем осторожно взял её зубами и прикусил.

— С несколькими исключениями, — прошептала я ему в губы.

— Например?

— Меньше чёртовой одежды.

— Грейс..., — прорычал он низко, передвигая свой локоть. Он потянул меня за колено, обёртывая мою ногу вокруг себя, и сунул руку назад, медленно вниз, на внешнюю часть моего бедра. Он пробежал пальцами под рубашку, лаская меня, и поцеловал долго, глубоко и жёстко. То, что началось, как медленное, нежное касание превратилось в бешеный отчаянный поцелуй. Я провела пальцами по его шелковистым тёмным волосам и притянула его ближе, желая гораздо большего.

— Господи, вкус, как кто-то нагадил мне в рот прошлой ночью, — простонал Такер с пола.

Шейн и я отстранились друг от друга, тяжело дыша друг против друга.

— О Боже! — простонал он, — почему они ещё здесь?

Смеясь и немного пошатываясь, я откинула одеяло и села, свесив ноги через край и болтая ними. Растрёпанные чёрные волосы Алекса торчали по всей голове, когда он поднялся с пола:

— Если я не получу кофе в ближайшее время, я могу убить кого-то, — прохрипел он, — и, Так, у тебя вкус такой, потому что ты такой грёбаный мудак.

Такер встал, поднялся рядом с ним:

— Где я, чёрт возьми? — он оглядел комнату, и его глаза расширились, когда он заметил меня, потом почти выскочили из орбит, когда он заметил Шейна:

— Я спал на грёбаном полу в комнате Грейс? И этот придурок спал в её постели?

Шейн зарычал и двинулся, чтобы приблизиться к Такеру, но я потянула его за руку, чтобы остановить:

— Ух, ты. Стоп. Алекс? Шейн? Пожалуйста, сделайте кофе; мне нужно поговорить с Такером наедине. Опять.

Глаза Шейна сузились на мне, а Такер наградил его самодовольным видом. Алекс рассмеялся и подошел к Шейну, постукивая его по спине:

— Давай, чувак, — сказал он.

Шейн вышел из комнаты всё ещё с сузившими глазами. Я уж е собралась наброситься на Такера. Такер, молча, поднялся, массируя виски, и попытался сесть на мою кровать, но я остановила его, прежде чем он сел.