Ками Гарсиа - Прекрасная тьма

Я взялся за дверную ручку и толкнул дверь. Комната Мэйкона была точь-в-точь такой, как я ее запомнил. Никто не посмел накрыть тут что-либо чехлами. Огромная кровать из черного дерева с балдахином сияла посреди комнаты, как будто ее тысячу раз полировали Дом или Кухня — невидимая прислуга Равенвуда. Черные деревянные ставни делали комнату абсолютно темной, невозможно было определить день сейчас или ночь. В высоких подсвечниках стояли черные свечи, с потолка свисала черная кованая люстра. Я узнал магический рисунок, выжженный на железе. Я не сразу понял, откуда он мне знаком, но потом вспомнил.

Я видел его у Ридли, Джона Брида и в «Изгнании». Метка Темного Мага. Татуировка, которая была у всех у них. Они были разные, но чем-то неуловимо похожие. Больше похожие на клеймо, чем на татуировки, как будто их выжигали, а не накалывали.

Я вздрогнул и взял с комода небольшую вещицу. Это была рамка с фотографией Мэйкона и какой-то женщины. Я видел, что они стояли рядом, но в комнате было темно, и я мог разглядеть только ее силуэт, скрытый тенью. Интересно, это Джейн?

Сколько тайн Мэйкон унес с собой в могилу? Я попытался поставить рамку на место, но было слишком темно, я промахнулся, и фотография упала. Когда я наклонился за ней, то заметил, что уголок ковра на полу был завернут. Этот ковер был в точности таким же, как тот, который я видел в кабинете Мэйкона в Туннелях.

Я приподнял ковер, под ним оказался идеальный прямоугольник, вырезанный из досок в полу, достаточно большой для мужчины. Это была еще одна дверь в Туннели. Я вынул легко поддавшиеся доски, заглянул вниз, в кабинет Мэйкона, но там не было лестницы, а каменный пол казался слишком далеко, чтобы прыгнуть без риска разбить себе голову.

Я вспомнил потайную дверь в Библиотеку Магов. У меня не было другого варианта, кроме как попробовать. Я взялся на ножку кровати и осторожно спустил ногу в проем. Я завис на секунду, а потом нащупал что-то твердое под ногами. Ступенька. Видеть я ее не мог, но точно чувствовал шершавую деревянную лестницу под ногами. Через минуту я уже стоял на каменном полу кабинета Мэйкона.

Он не проводил все дни в кровати. Он проводил их в Туннелях, возможно, с Мэриан. Я мог представить их вдвоем, расшифровывающих мутные старые Магические легенды, обсуждающих довоенное оформление садов, пьющих чай. Она, пожалуй, провела с Мэйконом больше всех времени, кроме Лены, конечно.

Мне было интересно, была ли Мэриан той женщиной на фотографии, и звали ли ее Джейн на самом деле. Я не думал об этом раньше, но это объяснило бы многое. Почему бесчисленные коричневые библиотечные свертки аккуратно хранились в кабинете Мэйкона? Почему профессор Дюка хоронит свои таланты, занимаясь библиотечным делом, даже будучи при этом Хранителем, в таком городе, как Гатлин? Почему Мэриан и Мэйкон так много времени проводили вместе, тем более для инкуба-затворника.

Возможно, они любили друг друга все эти годы.

Я обвел глазами комнату, и мой взгляд остановился на деревянном ящике, хранившем мысли и секреты Мэйкона. Он лежал на полке, где его оставила Мэриан.

Я закрыл глаза и дотронулся до него…

То, чего Мэйкон хотел меньше и больше всего — увидеть Джейн в последний раз. Уже прошли недели с тех пор, как он ее видел в последний раз, если не считать тех вечеров, когда он провожал ее домой из библиотеки, наблюдая за ней на расстоянии, сожалея, что не может к ней прикоснуться.

Не сейчас, только не когда трансформация так близка. Но она была здесь, несмотря на то, что он сказал ей держаться подальше:

— Джейн, тебе нужно уходить. Это опасно.

Она медленно пересекла комнату и подошла к нему.

— Ты что, не понимаешь? Я не могу уйти.

— Я знаю, — он притянул ее к себе и поцеловал в последний раз.

Мэйкон достал кое-что из небольшой коробки за шкафом. Он положил предмет Джейн на ладонь, сжимая ее пальцы вокруг него. Предмет был круглым и гладким, идеальный шар. Он накрыл ее руки своими и отчужденно произнес:

— Я не смогу защитить тебя после трансформации, только не от того, что представляет для тебя наибольшую угрозу. От самого себя, — Мэйкон посмотрел вниз на ее руки, нежно сжимавшие предмет, который он так тщательно оберегал, — если что-нибудь случится, и ты будешь в опасности… воспользуйся этим.

Джейн раскрыла ладонь. Перламутровый черный шар напоминал жемчужину. На ее глазах он начал меняться и светиться. Она почувствовала гул крошечных вибраций, исходящих от этого шара.

— Что это?

Мэйкон отступил назад, как будто не хотел дотрагиваться до него сейчас, когда он начал оживать.

— Это Светоч.

— А для чего он?

— Если наступит момент, когда я стану для тебя опасен, ты будешь беззащитна. Ты не сможешь убить или ранить меня. Только другой инкуб способен на это.

Глаза Джейн заблестели, и она прошептала:

— Я никогда не смогу причинить тебе боль.

Мэйкон протянул руку и нежно дотронулся до ее лица:

— Я знаю, но даже если ты захочешь, это будет невозможно. Смертный не может убить инкуба. Поэтому тебе нужен Светоч. Это единственная вещь, способная обуздать мой вид. Это единственный способ остановить меня, если…

— Что значит обуздать?

Мэйкон отвернулся:

— Это как клетка, Джейн. Единственная клетка, которая может нас удержать.

Джейн посмотрела на шар, светившийся у нее в руке. Теперь, когда она знала, что это за предмет, ей казалось, что он прожигает дыру в ее ладони и в сердце. Она уронила его на стол, и он покатился по поверхности, свечение прекратилось, и шар опять стал черным.

— Ты думаешь, я посажу тебя в клетку, как животное?

— Я буду хуже животного.

Слезы бежали по лицу Джейн. Она схватила Мэйкона за руку, заставляя его посмотреть ей в глаза.

— И как долго ты в ней просидишь?

— Вероятно, вечность.

Она покачала головой.

— Я этого не сделаю. Я никогда не обреку тебя на это.

Казалось, слезы выступили в глазах Мэйкона, хотя Джейн знала, что это невозможно. У него не было слез, но она готова была поклясться, что его глаза заблестели.

— Если с тобой что-то случится, если я причиню тебе боль, ты приговоришь меня к гибели, к вечности, несравнимо более ужасной, чем может ожидать меня здесь, — Мэйкон взял Светоч и протянул его ей. — Если придет время, и ты будешь вынуждена воспользоваться им, пообещай, что сделаешь это.