Мой магический год: весна и поющий фарфор (СИ) - Татьяна Терновская
В ожидании посетителей я не чувствовала волнения, наоборот, была воодушевлена. Хотелось рассказать всему миру о нашей фабрике и о её замечательном владельце. Особенно о владельце.
— Эстер, — позвал меня Бенджамин.
— Да? — откликнулась я, раздумывая, какой из каталогов показывать посетителям в первую очередь.
— Что насчёт твоей семьи? — спросил он.
Я была так увлечена своими мыслями, что не сразу сообразила, о чём говорил Бенджамин.
— А что с ней? — растерянно уточнила я.
— Ты ведь говорила, что дедушка хотел передать тебе семейный бизнес и просил приехать как можно скорее, — напомнил Бенджамин, — а ты вместо этого помогала мне.
— Я сама так решила, — сказала я, — фабрика для меня очень важна, и я хотела довести дело до конца.
Бенджамин забрал у меня визитки.
— И ты это сделала, теперь пора бы подумать и о себе, — сказал он, — поезжай домой, мы сами тут справимся.
Поехать к дедушке? А имело ли это смысл? Я ведь проигнорировала его просьбу и, наверное, уже упустила свой шанс.
Тем не менее, поддавшись на уговоры Бенджамина, я поехала на завод, чтобы увидеться с дедушкой. Наверное, он обиделся на меня и при встрече станет ругать за пренебрежение к его просьбе и наплевательское отношение к нашему семейному бизнесу. А возможно, он уже передал управление моим братьям, и меня ждёт холодный приём.
Глядя на проплывавшие за окном экипажа столичные улицы, я терялась в догадках, представляя возможные сценарии нашей встречи. Но когда увидела знакомые стены семейного завода, все тревоги как рукой сняло. Здесь я чувствовала себя, как дома.
Я неспешно вошла в здание, вдохнув привычный запах дыма и масла, поздоровалась с рабочими, а затем медленно поднялась к дедушкиному кабинету. Секретарша была на месте и поприветствовала меня тёплой улыбкой.
— Здравствуй, Эстер! — воскликнула она, — наконец-то ты вернулась. Я так рада тебя видеть!
Она вышла из-за стола и обняла меня.
— Я тоже очень рада, — ответила я, — дедушка у себя?
— Да, он сейчас свободен, можешь заходить, — сказала секретарша.
Я поблагодарила её и, собравшись с духом, открыла дверь в кабинет.
— Дедушка? — позвала я, не решаясь переступать порог.
Он изучал какие-то документы, держа в руках лупу. Услышав мой голос, дедушка оторвался от бумаг и улыбнулся.
— Проходи, Эстер! Я давно тебя жду, — сказал дедушка.
Я прикрыла дверь, пересекла кабинет и села на стул для посетителей. Похоже, настроение у дедушки было хорошим. Это замечательно.
— Как дела с фабрикой? — спросил он.
— Всё в порядке. Точнее, гораздо лучше, — призналась я, — на выставке Его Величество обратил внимание на наш фарфор и даже назначил Бенджамину аудиенцию. Думаю, скоро фабрика станет официальным поставщиком королевского двора.
— Вот как? Прекрасная новость! — Дедушка одобрительно кивнул.
Кажется, от хорошего пора было переходить к плохому.
— Прости, что я не приехала сразу, как получила твоё письмо. — Я виновато опустила голову. — Знаю, наше семейное дело должно быть на первом месте, но я столько сил вложила в борьбу за фабрику семьи Уотсон, что она стала мне дорога. Я не могла всё бросить, особенно когда решалась её судьба.
Я ожидала, что дедушка начнёт меня отчитывать или устало махнёт рукой, а он засмеялся. Я удивлённо посмотрела на него, а затем стала озираться. Что случилось? Может, пока я разглядывала свои туфли, в кабинете произошло что-то забавное. Нет, вроде бы ничего не изменилось и, кроме меня и дедушки, в комнате никого не было.
— Почему ты смеёшься? — немного обиженно спросила я.
Дедушка вытер носовым платком выступившие слезинки и посмотрел на меня.
— Моё письмо было проверкой, — признался он.
— В каком смысле? — не поняла я.
— В прямом. Человек, преданный своему делу, никогда не сдастся на полпути, — сказал дедушка, — тем, что ты отказалась от моего предложения и продолжила бороться за фабрику, ты показала серьёзность своего отношения к работе. Это признак настоящего руководителя.
— Получается, я прошла испытание? — медленно проговорила я.
— Всё верно, — подтвердил дедушка, — ты справилась с моим заданием и доказала, что тебе можно доверить наш семейный бизнес.
Меня захлестнули эмоции. Я вскочила, опрокинув стул, и бросилась обнимать дедушку.
— Спасибо тебе!
Дедушка снова засмеялся.
— Нет, это я должен тебя благодарить, — сказал он, — ты молодец, Эстер! И теперь это всё твоё. — Он обвёл рукой кабинет. — Но не торопись. Насладись пока молодостью и свободой. У меня ещё есть силы поработать. А потом я с радостью уйду на покой, зная, что наш бизнес в надёжных руках.
Мне одновременно хотелось и плакать, и смеяться. Моя мечта, наконец, сбылась! Сейчас я была по-настоящему счастлива!
Эпилог
Я, наверное, в сотый раз поправила причёску и стряхнула с подола платья невидимые соринки. Экипаж вёз нас прямиком к дворцу, и я ужасно нервничала. Ещё бы, мне и Бенджамину предстояла встреча с королём Вильгельмом, как тут не переживать?
— Не беспокойся, ты чудесно выглядишь, — сказал Бенджамин и взял меня за руку. Он казался спокойным и уверенным в себе. Рядом с ним моё волнение стало отступать.
Вообще, я заметила, что с тех пор, как дядя Оливер и дядя Эрнест помирились, семья Уотсон стала гораздо счастливее. Бенджамин чаще улыбался и работал с большим энтузиазмом. Люсиль привезла в Колдсленд своих детей и показала им фабрику, которую основал их предок. Мистер Уотсон вообще каждый день светился от счастья. Стал чаще бывать в городе, гулять по парку, заходить в кафе к Мирабель. Его можно было сравнить с деревом, пробудившимся к жизни после долгой зимы. А дядя Оливер и дядя Эрнест неожиданно для всех решили открыть общее дело: производить смеси для костяного фарфора. И пока ни разу не поругались.
В моей семье тоже всё шло как нельзя лучше. Братья поступили в Королевскую Академию Магии и теперь будут наводить ужас на преподавателей своей любовью к розыгрышам и шуткам. Дедушка стал чаще советоваться со мной по деловым вопросам, познакомил с поставщиками и постоянными клиентами. Я видела, что его обещание передать мне семейный бизнес были не простыми словами, он действительно доверял мне.
Теперь оставалось только прояснить вопрос с королём Вильгельмом.
— Уже решил, что скажешь Его Величеству? — спросила я, когда экипаж свернул на подъездную аллею к дворцу.
— Насколько я знаю, по этикету полагается ждать, когда король сам предложит тему для беседы, — заметил Бенджамин.
— Да, так и есть, но всё-таки, — не унималась я.
Бенджамин улыбнулся и поцеловал меня.
— Не беспокойся, уверен, всё пройдёт хорошо, — сказал он.
Экипаж остановился у парадной лестницы.
