Злодейка на полставки или драконий переполох - Анита Жарова

Просто сверлю глазами, пока хаотичные мысли в моей голове пытаются выстроиться в стройный порядок.

— Странно, — обвожу подушечками пальцев царапины, не желающие заживать.

На уровне подсознания возникает чувство, что все в порядке. Так и должно быть.

Но нет. Это не в порядке. С моей рукой точно что-то не так. Повод для беспокойства есть.

Протяжно выдыхаю. Бью ладонью по воде. Раздражаюсь.

— Почему все так сложно?! — спрашиваю саму себя.

Скребу ногтями запястье. Кожный покров краснеет и ненадолго узор сравнивается со следами от моих ногтей.

А затем проступает снова. Будто говоря, не старайся, ничего не выйдет.

Стискиваю зубы. В ход идет мочалка.

Да что ж такое-то?

Сознание сопротивляется и гонит самую безумную версию появления этого пресловутого узора.

Уинтер даже перед смертью продолжала лгать и доказывать Александру, что она его истинная.

Зачем? Ведь проще было признать свою вину и успокоиться, она же знала, что ее эта глупая ложь не спасет.

Или она думала иначе?

Где-то с глубин моего подсознания раздается грустный смех.

А если она не лгала?

Нет. Нет. Нет.

Мотаю головой, отгоняю безумное предположение.

Александр не мог убить свою истинную. Тогда бы умер его зверь.

Да и истинная может быть и только одна. Это Фло.

Мысленно ставлю уверенную точку в этом вопросе и вылезаю из ванной. Правда чувствую, что уверенность во мне тает.

Утром я спускаюсь к завтраку с четким планом пообщаться с Фло и заодно узнать, не обнаруживала ли она на себе странных меток.

Обеденную наполняют запахи сдобных булочек и ароматного кофе. Барон во главе стола читает газету, неторопливо переворачивая листы бумаги. Фло в легком нарядном платье сжимает в ладонях фарфоровую чашечку.

Травница преобразилась. В шелковом наряде кремового цвета и с лентой в мягких каштановых волосах она выглядит как настоящая леди. Даже осанка добавилась.

— Сестрица, — она озаряет меня лучезарной улыбкой. — Доброе утро. Вы так поздно вчера вернулись.

Бросаю вороватый взгляд в сторону барона. Тот отодвинув край газеты, сурово поглядывает на меня.

Готовлюсь получить очередную порцию нравоучений, но ничего не происходит.

Блеквуд пожимает плечами и спокойно произносит:

— Будь добра, на забывай сообщать об подобных ситуациях в будущем. Не заставляй никого о себе беспокоиться лишний раз, золотце.

«Золотце» из его уст звучит на удивление сухо. Даже странно. Мне всегда казалось, что в это домашнее прозвище Блеквуд вкладывал много чувств и эмоций, но не сейчас.

— Разумеется, папенька, — приседаю в коротком поклоне и барон кивнув, снова погружается в чтение новостей.

— Что же случилось, сестрица? — обеспокоено спрашивает Фло.

— Да ничего особенного, — присаживаюсь поближе к девушке, тянусь за сливочником. — Встретила знакомых, не смогла отказать им в своей компании.

— Вы встретили его сиятельство?

— Александра? — замечаю, что щеки Фло краснеют. — Хм, его тоже встретила. Было дело. Фло, могу спросить?

Девушка прикусывает губу, кивает.

Добавив в кофе сливок, помешиваю и думаю. Так как бы лучше сформулировать вопрос.

— Фло, скажи, ты ничего странного не замечала?

— В последнее время в моей жизни много странностей. Точнее неожиданностей, но все исключительно приятные.

— Ну может быть ты заметила нечто особенно выделяющееся.

— Я не понимаю…

По настроенному выражению лицу заметно — действительно не понимает.

Хорошо. Попробую спросить в лоб. Чувствую себя ужасно глупо, но что делать.

— Александр не вызывает у тебя никаких необычных эмоций?

Щеки девушки заливает пунцовый румянец. Ресницы трепещут и с искусанных губ срывается судорожный выдох.

— Почему ты спрашиваешь, сестра?

— Да просто так. Ничего странного связанного с ним не чувствуешь?

Фло продолжает заливаться краской. Ну вот, я смутила бедную девушку.

— Если честно…, — тихо, почти шепотом наконец произносит она, а я напрягаюсь всем телом. — Кажется Александр…он…, — Фло осекается, прикрывает испуганно губы ладошкой. — Боги. Ты его невеста, я не должна говорить такое.

Вот черт.

— Тебе он нравится, — констатирую с тяжелым выдохом.

— Нет. То есть…я не знаю. Просто, когда он рядом, у меня такое чувство, что нас что-то связывает. Это так глупо. Прости.

Фло прячет лицо в ладони, а мне хочется нецензурно выразиться.

С другой стороны, я же сама спросила и сама хотела разобраться.

— Ты думаешь, вы истинная пара? — скрепя сердцем снова спрашиваю. Сжимаю в кулаке маленькую ложечку так, что серебро вонзается в кожу.

— Не уверена….

— У тебя есть метка?

— А?

— Метка, Фло. Отметина? Что-то подтверждающее вашу истинность?

Видимо мой вопрос звучит грубо, раз Фло напряженно сглатывает и испуганно таращится на меня.

Мы разговариваем тихо, но видимо барон слышит. Громкий шорох газеты заставляет нас с Фло вздрогнуть и поднять головы на Блеквуда.

В этот момент в обеденную входит Карлос с пышным и очень нарядным букетом алых роз.

— Цветы для баронессы Уинтер.

— От кого? — опешив, вжимаясь в спинку кресла.

— Принес курьер.

— Курьер? — удивляюсь я, в этот момент молчаливый Карлос подносит ко мне коробку с цветами.

Под атласной лентой замечаю маленькую бархатную открыточку.

Открепив ее, раскрываю, в ней размашистым почерком написано:

«Прощу прощения за то, что не заветы богов. Считайте, что это просто извинение за вчера»

Подписи нет, но догадаться не сложно, от кого пышный букет в дорогой коробочке.

Зато в конце записки милый «смайлик», один в один как тот, что я нарисовала в своем послании, покидая охоту.

Врядли Александр догадывается, что означает этот символ, но… это чертовски мило с его стороны.

Сама не замечаю, как губы расплываются в улыбку и чувствую румянец на щеках.

— Какая красота! — От восхищенного мурлыканья Фло я вздрагиваю. — Ты такая счастливая. Эти цветы так идут к твоим волосам.

— Правда? — откровенно теряюсь, растягиваю губы в скомканную улыбку.

Машинально убираю открытку, потому что замечаю, как Фло с любопытством на нее поглядывает.

Не стоит ей ее видеть. Вдруг все таки им с Александром предстоит быть вместе, а тут такие цветочные скелеты в коробках.

— Ой, прости, я опять лезу не в свое дело? — она явно замечает, как я прячу послание и стеснительно опускает глаза.

— Я не злюсь, но это личное.

— Понимаю, — тянет Фло, густо краснея.

— Хехе, — напоминает о себе Карлос, давая понять, что он еще не все новости сообщил.

Мы с Фло поднимаем на него глаза и слышим сухое:

— Еще цветы