Похититель разбитых сердец - Эля Рин

Она напевала что-то ужасно грустное и древнее, пробуждающее в воображении образы беззвездной ночи и безглазых воронов, истинно ведьминское. И помешивала в большой колбе искристое черное зелье.

– Привет, – прошептала я.

Она оглянулась и улыбнулась:

– Привет.

– Я… Мне, короче, жаль, что Мия так сказала. Про любимчиков и все это вот.

Лия пожала плечами:

– Про любимчиков, положим, она права. Несколько дней назад Лира предложила мне специализацию по черной алхимии. Углубленную программу на следующих курсах. И переехать сюда после окончания академии. Я ходила и думала над ее предложением, прикидывала так и этак… А сегодня поняла, что соглашусь.

– И что? Всю жизнь будешь создавать… проклятия? Яды и токсины?

– Морализаторство слышу в твоих словах я, юный падаван, – протянула Лия.

– Ну, мне бы не хотелось. Вот так.

– Кому не хочется, тому и не предлагают. – Лия похлопала по соседнему стулу, приглашая меня присесть рядом. – Тебе не интересно, ты не расспрашиваешь про перспективы. Все остаются при своем. Сдашь двенадцать положенных зелий и свободна.

– А ты расспросила?

– Конечно. Надо же знать, чем я буду заниматься всю новую оставшуюся жизнь. После того как отомщу и поставлю точку в старой, – она зло улыбнулась и заглянула в колбу. – Кажется, готово.

– Что это?

– Проклятие, что же еще! С ингредиентом, который я достала во время Зимнего бала. Наконец получилось. Отблеск падающей звезды, на которую загадано желание, ненависть, жажда саморазрушения, безысходность, отчаяние. В почти равных пропорциях. Пришлось только помучиться с порядком добавления.

– Смертельное?

– Угу-у-у… – протянула она. – Особенно для двух милых людей в этом мире. Но остальным тоже не понравится, если что.

Она кивнула на дальний край стола, и я увидела, что там лежат два перстня, которые достались Лие в волшебном городке. Она взяла один и протянула мне.

– Смотри! Это не просто камни, а крошечные флакончики, – и ловко отщелкнула ногтем кусочек камня, оказавшийся плотно притертой крышкой. – Наливаешь туда проклятие, а потом, если понадобится, достаточно просто врезать врагу по носу. И он повержен.

– Полезная штука. Особенно если ходить в опасные районы.

– Вот и я так подумала, – она взяла маленькую медную воронку и аккуратно, по капле, принялась переливать зелье в перстень. – Я так решила: один – мне, второй – Мие. В подарок. А что останется, пусть идет в зачет.

– По-моему, у тебя и так зачет автоматом.

– Слушай, – она подняла голову, мечтательно посмотрела в потолок и прищурилась. – Это же истинное волшебство. На кончиках пальцев. Все путешествия во времени и пространстве, трансформации, заклинания, истории… Их не потрогаешь, не попробуешь на себе, на вкус, на запах. А тут…

Она улыбнулась так ярко и по-доброму, что невозможно было представить, будто минуту назад та же самая Лия рассуждала о мести и смертельных проклятиях.

– Обычному человеку трудно контролировать эмоции и слова. А алхимики забирают их у людей. Приводят в порядок. Концентрируют, гранят, полируют. Ты знаешь, сколько на Земле есть могильников с зельями? Которые запечатаны навсегда, никогда не прольются и не принесут никому вреда? Или специальные хранилища проклятий на случай войны…

– Какой войны?!

– Например, с фейри. Последние несколько столетий они не вмешиваются в дела людей, но чем дальше, тем больше в мире холодного железа. Так что кто знает, что будет дальше. Если они нападут, то обычное оружие не поможет.

– А проклятия, значит, помогут? – я смотрела на Лию и начинала понимать ее сестру. Лия уходила. Все дальше и дальше. От нас. В глазах у нее горел тот самый энтузиазм исследователя, который ради любимого дела готов на все.

– Угу, – она кивнула и принялась наполнять зельем второй перстень. – Помогут. Короче, я не знаю точно, что буду делать через два-три года. Куда алхимия в итоге приведет. Но уже точно уверена, что надо подарить Дэну громадный праздничный торт.

– Торт? – Вот так поворот!

– Именно торт. За то, что нашел меня и позвал в «Иней». Благодаря которому у меня наконец есть смысл жизни. Настоящий. Не связанный с кем-то другим. Мой, только мой. Когда зелье получается, мне хочется танцевать.

Она выбралась из-за стола и начала кружиться по комнате, тихонько смеясь. И, готова поклясться, все колбы, флаконы и мензурки в аудитории позванивали в такт ее шагам.

– Сегодня хороший день для магии, – пропела русалка, когда урок начался. Мы с Лией так и не успели ни позавтракать, ни пообедать, потому что просидели в аудитории до самого занятия. Хорошо, что Даша принесла с собой сырники, и теперь мы смотрели на Лиру очень внимательно и пытались максимально беззвучно их жевать, давясь от жадности. – Око бури, пауза между штормами. Поэтому мы поработаем с более тонкими материями. Чем ярче чувство, из которого дистиллирован ингредиент, тем легче с ним совладать. Правильно отмерить и вычислить нужную порцию. Но бывают еще не совсем темные ингредиенты, так называемые основы. Обычно первокурсники не справляются с ними… но сегодня звезды и море сошлись идеально. Давайте попробуем.

Она вытащила из шкафа большой мерный стакан с голубовато-серой жидкостью.

– Например, вот это – сожаления о прошлом. А вот это, – следом появился графин с мутно-белесым содержимым, – ностальгия вдали от дома. Решайте, что вам ближе, и подходите с мензурками. И, кстати, сегодня можете поэкспериментировать с блюдцами, зеркалами и выпаривателями. Основы довольно безопасны, и не будет ничего страшного, если капли случайно попадут на кожу.

Мы с Дашей тут же синхронно обернулись и посмотрели на Санечку. Тот улыбался еще более победно, чем с утра. Мол, видите, да? Она сама разрешила! Я вздохнула и наклонилась к Даше:

– Слушай, – прошептала. – Он настолько бесстрашный?

– Они, – ответила Даша и фыркнула от возмущения. – Нарушать правила интереснее в компании.

– И кто наши герои?

– Санечка, Миша и Мия.

– Черт, – сказала я, глядя на близняшек за соседним столом. Лия сунула в рот последний кусок сырника, облизала сметану с пальцев, отодвинула в сторону колбу с искристым проклятием и стала увлеченно настраивать маленькую горелку. А Мия, покосившись на нее, отцепила от воротника свитера брошку, опустила руки под стол, скривилась на секунду от боли, вскочила и пошла за основой для зелья. А потом вернулась, улыбаясь, с… сожалениями о прошлом. Голубая жидкость чуть помутнела, как если бы по дороге в нее успели добавить каплю крови. Или две.

– Сегодня у меня точно получится! – сказала она, поставив мензурку на стол.

– Здорово, – улыбнулась Лия. – Блюдце дать? Кристаллизовать будешь?

И потянулась к Мие.

– Эй, я сама! – прошипела та и рванула мензурку на себя. Так резко, что основа плеснула через край и попала Лие на