Папа по контракту, или Дракона нет, но вы держитесь! - Селина Катрин

сердца в ушах, вас знобит и накрывает ощущениями холода, а руки вот-вот задрожат.

Не успел я перечислить все стандартные физиологические изменения при резком выбросе адреналина в кровь (а тут у любого выбросится, когда он поверит в то, что умирает!), как лорд Таирен заорал:

– Не верю!!! Я смотрел за вашими руками, вы ничего не подливали, да и графин не пахнет ядом! Мои перстни показали бы отраву! Вы лжёте!

– Так вы же сами отметили, что я могу зачаровать даже жемчужный фарфор. Ну а если я лгу, то и противоядие не требуется, верно?

За стремительной сменой цвета лица лорда Я-Самый-Умный было ужасно приятно смотреть. Каюсь, немножко издеваясь и мстя за то, что этот индюк украл у меня Киору на целых два часа, я добавил:

– Прямо сейчас у вас повышается потоотделение и снижается чувствительность к боли. Если вы себя ущипнете, то это будет почти незаметно. Такое уж свойство у моего коктейля трав, он убивает щадяще…

– Противоядие! Дайте мне его!!!

– Дам. Но при условии, что вы расскажете правду, почему Сём и Рём вдруг стали трансформироваться в драконов.

* * *

Киора

– Немедленно пошли Теона в Живую Бухту за исэи для близнецов и Юми, а вот эту дрянь нужно уничтожить или как минимум держать как можно дальше от детей. – С этими словами Ивэнь вручил драконице мужской амулет из сплава бронзы и меди, от которого тут же защипало пальцы. – Эта штука дестабилизирует их магию, активируя ядро, и… В общем, это не лекарство от Печали утраты, это обманка.

Киора стояла потрясённая секунду или две, потому что всё это время провела с детьми в саду, в той части, где теперь возвышался самодельный домик на камнях. Она не ожидала столь скорого возвращения Ивэня.

Слова попаданца оглушили.

– Как обманка? Я своими глазами видела…

Её мысли путались, и душа разрывалась на части от противоречивых чувств. С одной стороны, она радовалась, что наконец-то нашёлся дракон, чья магия укрепит ауры её детей и снимет проклятую болезнь, с другой стороны, с замирающим сердцем она морально готовилась к тому, что через пару часов навсегда станет леди Замёрзшие Звёзды. А может быть, даже через пару минут, если Ивэнь поспешит и подпишет договор от её лица.

– Оно вредное. Ужасно… Я ничего не понял в этой вашей магии, но лорд-альбинос сказал, что это не поможет молодым драконам.

– Он сам это рассказал?! Вот так просто?

Мысли драконицы путались. Как это может быть правдой?

– Ну-у-у… я бы не сказал, что это было просто. Но да.

– И ничего не потребовал за неразглашение?

Ивэнь криво усмехнулся.

– Ну почему же… потребовал поклясться, что я не сообщу тебе правду.

– И ты поклялся?

– Ага. Собственной магией.

Драконица уставилась на мужчину, не понимая, как реагировать. То ли это было сверхглупо, то ли гениально. Она так и не поняла, каким чудом он смог зачаровать тот жемчужный фарфор, но прежде чем задала уточняющий вопрос, рыжеволосый мужчина, так напоминающий ей девятихвостого лиса, добавил: – Киора, давай быстрее, я сам до Живой Бухты сейчас точно не дойду.

Только на этих словах драконица заметила, как Ивэнь морщится и прикрывает ладонью рёбра. Сквозь дорогую ткань мужского кимоно проступило вытянутое алое пятно.

– Ох! Как это случилось?! Вам нужна помощь? – испуганно воскликнула Киора.

По правде говоря, за свои триста лет она очень мало общалась с людьми и точно не представляла, как раны на них сказываются. В учебниках всегда писали, что люди слабее драконов и физической силой, и здоровьем, но на этом всё.

– Ерунда, само заживет. – Ивэнь на миг зажмурился, что дало Киоре понять: мужчина как минимум лукавит. – Этот лордишка решил помахать своей зубочисткой напоследок, думая, что так мы договоримся лучше.

Киора тихо ахнула повторно. Она и представить себе не могла, что лорд Замёрзшие Звёзды опустится так низко, что нападёт на безоружного человека. Драконов испокон веков учили защищать людей, а тут…

– К счастью, Кураяма-дзё вовремя напомнил вашему потенциальному жениху, что не потерпит, чтобы в нём кого-то убивали, – усмехнулся Ивэнь.

Драконица стояла потрясённая, всё ещё не понимая окончательно, что именно произошло. Ивэнь был перед ней живым и почти невредимым и с какой-то напускной лёгкостью говорил о том, что лорд Таирен пытался её обмануть и лечения от Печали утраты нет… Она смотрела лицо мужчины и чувствовала… облегчение от того, что не придётся выходить замуж за дракона, который омерзителен её сути.

– Киора. – Ивэнь внезапно положил ладони на оба её плеча и слегка потряс. – Я понимаю, у вас сейчас произошла эмоциональная перегрузка, вы поверили в то, что лекарство существует, а его нет. Это шоковое состояние, но надо действовать. Пожалуйста, уничтожьте этот амулет, я не знаю, как сделать правильно, и проследите, чтобы Сёму и Рёму была оказана помощь. Потом Юми. Как я понял, у неё нет второй ипостаси, но этот дрянной артефакт всё равно постарался на славу. – Ивэнь скривился и затем махнул рукой одному из её сыновей. – Теон, быстро давай в Живую Бухту! Одна нога здесь, вторая – там. Нам нужен исэи.

– Хорошо! – отозвался подросток, который всё это время взволнованно косился на маму и братьев и не знал, как им помочь.

И время закрутилось.

Ивэнь извинился и сообщил, что ему нужно в комнату, чтобы промыть и перевязать рану. Сём и Рём молча расположились на лавочке, что было на них совсем не похоже, а Юми обняла маму и уткнулась лбом ей в живот.

До прихода исэи Киора слой за слоем создала плотный кокон вокруг медно-бронзового амулета, который Таирен принёс в их дом. К счастью, родная магия драконицы – вода – один из самых совершенных магических изоляторов. Она умеет гасить импульсы, рассеивать их и полностью блокировать. Главное, чтобы было достаточно воды, и та растворит в себе любые магические вибрации.

Уважаемый Такеши-сан – сухощавый пожилой мужчина, обладающий самым сильным даром исэи на всём острове, – появился в Кураяма-дзё буквально через полклепсидры. Лишь взглянув на близнецов, он ахнул, а затем без промедления приступил к работе.

Киора, хоть и не была искусна в целительстве, всё же могла видеть, как мощная магия исэи оживает в руках мастера. Такеши-сан трудился с полной самоотдачей, окутывая треснувшие ауры мальчиков мягкими потоками собственной силы. Она лилась из его рук, сглаживая разломы и трещины, переплетая их и укрепляя, как тончайшие золотые нити. Это было не просто лечение – это было искусство. Хотя и временное. Уже не первый раз Такеши-сан диагностировал её детей магическим зрением