Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда - Анна Сергеевна Платунова

заорала я и зажмурилась, не в силах смотреть, как Тай на моих глазах превратится в горящий факел, — от ужаса забыв, что он оградитель и выставит щиты.

Однако я не услышала рева пламени, а когда распахнула глаза, с трудом подавила желание протереть их и потрясти головой. Перед мордой дрэгона скакал заяц — серый матерый зайчище величиной с небольшого теленка. Чего? В пустыне не водятся зайцы. Таких гигантских вообще в природе не существует, а этот к тому же какой-то заяц-самоубийца. Дрэгон тоже ошалел от неожиданности и окатил неведомую зверушку щедрой струей пламени, растратив запас, приготовленный для Лесли. Вот только зайцу хоть бы хны — он скакал и в огне.

— Чего за?.. — пробормотал Лейс, отползая на заднице по песку. Тайлер схватил его за шкирку и поставил на ноги.

— Иллюзия… — прошептала я, во все глаза глядя на сосредоточенную Вель.

Мы с Тайлером переглянулись — Веела спасла Лесли, но выдала себя, теперь скрыть дар не получится: Лейс все видел и едва ли станет держать язык за зубами. Хотя… Выдала ли?

— О, Веела, у тебя проснулся дар! — закричала я, постаравшись выглядеть изумленной.

— Отлично. Как вовремя! Дар иллюзий — редкий и ценный, поздравляю, кадет Ансгар! — подыграл Тайлер.

— Поздравляю, Вель! — включился и Ронан. Он подбирался по широкой дуге к разъяренному дрэгону, продолжающему жечь несуществующего зайца.

— Да что ж такое! — взорвался Лесли, позабыв, что снова прошел по лезвию ножа и остался жив благодаря Тайлеру и Вееле. — А где мой дар?

— Проснется, когда ты перестанешь вести себя как полный кретин! — рявкнула я. — Ты чего там выплясывал, как танцовщица? Специально тварь привлекал?

Бестия выдохлась, захлопнула пасть, тараща глаза на неубиваемого косого.

«Два!» — посчитала я.

С тремя дарами — мерцающего, флогисцита и иллюзий — дело пошло бодрей. Веела создавала жутко раздражающих зверушек, Ронан отвлекал огнем, Тайлер несколько раз выхватывал всех нас по очереди прямо из-под носа бестии, и наступил момент, когда я мысленно произнесла: «Четырнадцать!», а потом и вслух:

— Он выдохнул четырнадцать раз. Пора?

— Подождем!

Но когда перед носом каменного дракона появился очередной заяц, он только смерил его злобным взглядом и попытался попробовать на зуб вместо того, чтобы поджарить, как обычно. Клыкастая пасть поймала лишь пустоту.

— Пора, — сдержанно сказал Тай. — У нас несколько минут, пока дрэгон накопит силы.

Я кивнула и двинулась вперед, отбросив сомнения. Моя команда сделала все, чтобы предоставить мне шанс, и я его не упущу. Чем ближе я подходила к бестии, тем сильнее колотилось сердце. Вблизи дрэгон казался не таким уж маленьким, его встопорщенный гребень достигал моей макушки, а наши глаза оказались на одном уровне. Я крепко сжимала стик, решив пустить его в дело только в самую последнюю очередь, если выхода совсем не останется.

— Ради Всеблагого, ты чего творишь, Дейрон? — растерялся Лейс: он один из нашей команды не понимал, что происходит.

Шаг. Еще шаг. Никогда еще я не чувствовала себя такой маленькой и беспомощной. Пиротическая жидкость в легких дрэгона иссякла, но оставались клыки и когти. Благо пока тварь присматривалась или же специально подпускала ближе.

Выпученные глаза дрэгона казались стеклянными шариками, такими же бессмысленными и блестящими, лишь в центре пульсировал черный зрачок, похожий на звезду с лучами разной длины. Они удлинялись и укорачивались. Таких глаз нет ни у одного существа в нашем мире. Это бестия —беспощадное и злобное создание, несущее смерть всему живому.

Как страшно… Мы с ним один на один. Глаза в глаза.

— Подчиняйся, — тихо произнесла я.

Если бы знать, как работает дар! Приходилось действовать наобум, пробираться в темноте. Меня колотила крупная дрожь, такая сильная, что почти сгибала меня пополам.

И тут уверенная и крепкая рука обняла меня за талию, помогая распрямиться. Тайлер прижал меня к себе, и я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью, ощущая опору за спиной. Все это время он оставался рядом, шел позади. В другой руке Тайлер удерживал оружие: он разложил стик, готовясь применить его в любой момент.

Дрэгон не мигая смотрел на меня. Как узнать, слушается ли он приказов? Или я смогу отразить его дар — дар огня?

— Чувствуешь что-то? — негромко спросил Тай.

Я качнула головой: ничего. Ронан рассказал, что в легких будто возникает колючая щекотка, настолько невыносимая, что рот открывается сам собой, чтобы выдохнуть пламя. Но ничего похожего я не ощущала.

Я медленно подняла ладонь, собираясь дотронуться до чешуйчатой морды дрэгона, но это стало ошибкой. Он пришел в себя, распахнул пасть и откусил бы мне пальцы, если бы Тайлер не отшвырнул меня в сторону, так что я упала на колени, пропахав борозды в песке. Когда я обернулась, бой закончился. Огромная туша растянулась у ног Тайлера, который как раз выдергивал лезвие стика из-под подбородка твари, где у дрэгона находилось единственное не защищенное чешуей место.

Пошатываясь, я поднялась на ноги. Лейс, Ронан и Веела с опаской приближались к дрэгону, чьи глаза затянулись белесой пленкой, а черные зрачки больше не пульсировали.

Почему-то вместо радости победы я ощутила опустошение. Нас учат убивать, делают из нас совершенных воинов. И да, другого выхода нет: мы защищаем города и мирных жителей от смертельно опасных бестий. Тварь, лежащая на песке, не пожалела бы никого из нас, это они непрошеными гостями явились в наш мир, и я грустила не о ней, а о том, что вот уже два столетия мы бьемся, бьемся, бьемся за существование и конца-края не видать этой борьбе.

— Все целы? — быстро спросил Тайлер, глядя при этом на меня.

— Охренеть! — Лейс пнул тварь. — Мы его уделали!

Ага, Лесли, особенно ты принимал активное участие! Хотя мне ли возмущаться, от меня в бою тоже оказалось мало толку. Видимо, у меня нет ментального и зеркального дара или же мы что-то делаем неправильно, и нет никаких подсказок, даже зацепиться не за что.

— На выход! — как ни в чем не бывало скомандовал Тайлер и сдержанно похвалил: — Все отлично держались.

Он поравнялся со мной, понуро бредущей по песку — каждая нога будто весила как десятикилограммовая гиря — и негромко произнес:

— Мы попробуем снова. Еще есть время.

— Угу…

В коридоре неожиданно оказалось многолюдно и шумно. У соседней двери происходила какая-то заваруха: кадеты обступили лежащее на полу тело. Это не