Тихомира Матвеева - Желание (СИ)

Еще кивок.

— Легкого вам путешествия. Выздоравливайте.

Доктор Криссель пригласил меня вернуться в свой кабинет, чтобы переодеться и принять лекарство.

Одна из медсестер принесла мне кое-какую одежду, явно с чужого плеча. Все оказалось великовато, но вполне сносно.

Переодевшись в простые тканевые брюки и рубашку, я взглянула в зеркало и замерла.

Летиция Кастелли была очень похожа на меня, Марину Скворецкую. Такого же роста, такого цвета и длины волосы, светлые глаза и лицо разве что с более пухлыми губами и более широкими скулами. С женственной стройной фигурой и высокой грудью — точно больше моей. Не скрою, Летиция была куда миловидней. Даже шторм и купание в холодном море не повредили ей.

Что же случилось? Почему все так?

Я провела ладонью по лицу и отчего-то вспомнила желание, в шутку загаданное накануне. Нет… Не может быть… Бред какой-то!

— Летиция, у вас все в порядке? — доктор Криссель тактично постучал в дверь, не спеша входить.

Вместо ответа я открыла и кивнула.

— Вот и славно. Идемте, я дам вам лекарство. Можете не волноваться. Вас будет сопровождать Берта, моя ассистентка.

Я охотно последовала за врачом, надеясь, что спасительное снотворное все-таки прервет мой кошмар.

Вновь и вновь прокручивая в голове слова, услышанные якобы о себе от инспектора, я пыталась понять их смысл. Что значит «третья ступень»? И где находится «Ангресс»? И вообще, почему все так носятся со мной?

Надеюсь, мне не придется искать ответы.

Глава вторая

Первым, что я увидела после пробуждения, стал белый матовый потолок. Идеально ровный, обрамленный кремовыми плинтусами, светло-голубыми и гладкими.

Под теплым одеялом было так уютно, что вылезать не хотелось. Но я все же сделала усилие и поднялась.

Села на кровати и огляделась.

Воспоминания острыми иголками впились в сознание и оставили за собой неприятный холодок на коже.

Сон не помог. Волшебное лекарство доктора Крисселя не вернуло меня в прежнюю жизнь. Оно не проявило никаких волшебных свойств, так и не прекратив мой кошмар.

Я взглянула на правое запястье. Металлический браслет все еще красовался на нем. Попытка снять его завершилась неудачей. Проклятая штуковина не просто была надета на руку, она была вшита в кожу. Наверное, чтобы избавиться от браслета, его можно только срезать — вместе с частью руки.

От этой мрачной мысли стало совсем жутко.

Я откинула одеяло, надела мягкие белые тапочки, стоящие на полу и тут же усмехнулась. Белые тапочки… У кого-то слишком черное чувство юмора.

Комната, а, вернее, купе, оказалось непривычно большим. Я не сразу поняла, что нахожусь в поезде — его плавное движение почти не ощущалось. Лишь за окном, которое я только что открыла, стремительно проносились картинки нового мира.

Да, именно нового мира.

Как я не старалась отогнать эту невозможную назойливую мысль, она все больше и больше приобретала реальные очертания. То, что происходило вокруг, нельзя назвать иначе, чем другим миром. С одним маленьким недостатком — я не знала, как выбраться отсюда.

Мир, мелькавший за окошком, не был чем-то совсем фантастическим. Никаких ледяных или огненных пустошей, которые так милы современным фантастам. Ядерной зимой и джунглями тут тоже не пахло. Скорее, север России. Густые леса, преимущественно, хвойных деревьев, горы с заснеженными вершинами вдали и зеркала серебряных озер.

Поселок с маленькими аккуратными домиками белого и металлического оттенков и красными крышами. Весьма странный выбор цвета для жилища. Впрочем, я уже поняла, что такие здесь любят. И неизвестно еще, из какого материала построены дома. Ясно только, что не из унылых панелей и серого волнового шифера.

В моем купе также преобладали белые, кремовые и металлические оттенки. Все было роскошно, комфортно и вместе с тем как-то уныло и аскетично. Правда, стоило отдать должное формам — они тяготели к скруглениям и овалам. Весьма и весьма удобно для поездов, где острые углы частенько становятся причинами травм.

Еще меня удивило отсутствие линии электропередач за окном. Вообще, из всего того, что обычно сопровождает железную дорогу, я обнаружила только сигнальные светофоры. Поезд, похоже, был сверхскоростным и мчался, подчиняясь каким-то иным силам. Не знаю, что и думать — в технике я не сильна.

Услышав легкое жужжание, я обернулась. Дверь мягко двинулась на шарнирах и в купе вошла Берта, ассистенка доктора Крисселя.

Сейчас на девушке не было костюма медсестры. Лишь строгое темно-синее платье, туфли на низком каблуке и аккуратная прическа. Возраст Берты я определить не могла. Скорее всего, она старше. Внешность девушки была самой обычной, даже неприметной. Русые волосы, светлые глаза, немного веснушек и невыразительно лицо.

— Леди Летиция, зачем вы поднялись? — тут же всполошилась она. — Вам нужно немного полежать, пока действие снотворного пройдет окончательно. Доктор Криссель дал слишком большую дозу и вы проспали дольше положенного.

— А сколько я проспала? — мне-то показалось, что не больше часа или двух.

— Сутки с четвертью, — ответила Берта. Подошла ко мне и взяла за руку. — Идемте, я помогу вам вернуться в постель.

— Сутки с четвертью… — эхом повторила я за ней. — И как далеко мы уехали?

— Через пять часов прибудем в Ангресс, на центральный вокзал. Идемте.

Я отпустила край подоконника, который до этого сжимала просто с небывалым упорством, сделала шаг и вдруг ощутила легкое головокружение.

— Вам не нужно было вставать, — снова повторила Берта. — Вы еще слишком слабы.

— Я не хочу снова ложиться, — возразила ей.

— Вам нужно отдохнуть, не спорьте.

— Нет, Берта, я не хочу. Мне нужно поесть.

Девушка коротко кивнула и указала мне на кресло у столика, прикрепленного к полу.

— Простите, — сказала она. — Конечно, вам нужно перекусить. Садитесь, а я схожу и принесу вам что-нибудь из ресторана. Только, пожалуйста, больше не вставайте.

Через несколько минут Берта вернулась, а следом за ней вошел официант в черно-белом пиджаке, с приветливой протокольной улыбкой и подносом с завтраком. Судя по часам, висящим на стене, было позднее утро.

— Приятного аппетита, леди Кастелли, — парень приготовил все необходимое и ушел.

Я взглянула на стол. Шикарно! Такие завтраки раньше видела только в фильмах.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Берта.

Ее волнение не казалось мне напускным. Девушка всерьез переживала за меня. Точнее, за то, что со мной не должно ничего случиться. Не знаю, кто я такая, но почему-то все стремятся сохранить и доставить в целости и абсолютной сохранности.