Семь с половиной женихов Евангелины (СИ) - Фрес Константин

- Подхалим каков! - выкрикнула матушка, покраснев от комплимента, но уже не так сердито, ибо вампир, склоняясь над ней, снова поцеловал ее ручку.

- Думаю, я не оскорблю ничьих нежных чувств, - продолжил вампир, так же хитро и обаятельно улыбаясь, - если попрошу руки Евангелины, по всем правилам, у ее почтенной матушки. Господин гном - это, разумеется, не та партия, которая подходит нежной невинной девушке. Особенно с учетом его трусов.

Еще один! Снова предложение! Я почувствовала, что кровопускание скоро понадобится мне самой.

- Дор-р-рогая Евангелина, - снова подал голос ревнивый гном, - точно никого не надо прибить моим молотом?!

- В очередь, кровосос, - рыкнул один из магов-охотников, поднимаясь из своего кресла. -Или я нашпигую тебя серебром, как свинью-копилку! Прелестной Евангелине собирался сделать предложение я! А вы тут устроили цирк...

Вампир ехидно посмеивался.

- Ой, как стра-ашно, - протянул он с самой обворожительной улыбкой, на какую только был способен. - Ты и стреляешь-то как попало, три попадания из десяти.

- Тебе хватит и одного! - рыкнул неудержимый охотник, и вампир снова гаденько рассмеялся.

Второй охотник не сказал ни слова. Он выхватил арбалет и на взмахе выпустил стрелу с красивым серебряным наконечником в вампира.

Но, кажется, вампир был прав.

Охотники из этих болтунов были никудышные.

Стрела вонзилась прямо в подлокотник кресла, на котором сидела матушка, а вот вампирские когти, блестящие, как отполированный ветрами белый лед - прямо в брюхо незадачливому охотнику. Вампир в один миг незаметно преодолел разделяющее их с охотником расстояние и выпотрошил его одним ударом.

Матушка заинтересованно завизжала.

- Да что же вы творите, негодяи! - кричала она, топая ногами. - Хорошенькое дело! Ломаете мне мебель, убиваете друг друга! Как же я дочь выдам замуж, если половина из вас будет трупами, а вторая - истинные головорезы?!

- Один момент, мадам, - некромант тотчас же сорвался с места, засучивая рукава как мясник. - Это же такая мелочь!

Мелочь?!

Маг с выпущенными кишками, лежащий посередине гостиной - мелочь?!

- Он сам нарвался, честное слово, - сказал вампир, увидев мой яростный взгляд и пряча руки за спиной.

Меж тем некромант присел над охотником и мастерски сложил рассеченное тело как было. Бормоча какую-то жутковатую тарабащину, он посыпал охотника каким-то порошком, словно голодный людоед свежую добычу солью, и раны охотника прямо на глазах заживали.

Скоро он и сам ожил, захлопал изумленными глазами и уселся, потирая живот и болезненно морщась.

- Да ты просто сжульничал, - задиристо произнес он, увидев вампира, тщательно делающего невинный вид. - Если бы мы дрались сейчас, ты бы и пальцем не успел...

Вампирские когти безжалостно вонзились в маковку охотника, тот закатил глаза и снова рухнул. Некромант взвыл.

- Да вы что, издеваетесь, что ли!? - кричал он. - Оживляющий порошок не казенный! Вы знаете, как сложно его изготовить и как аккуратно его надо использовать!? А знаете, какие дорогие и редкие ингредиенты для его приготовления нужны?!

- Я извиняюсь, - сказал вежливый вампир. - Вон, на темечко ему гуще посыпьте.

- Держите себя в руках! - прорычал некромант, с остервенением тряся над поверженным магом своей солонкой.

Маг заворочался, приоткрыл мутные глаза. Солонка звенела у него над головой, некромант заботливо пристраивал у охотника на темени срезанный под корень клок волос. Охотник снова был как новенький, только левый глаз у него дрыгался.

- Если бы мы дрались сейчас, - еле ворочая языком, снова начал неугомонный маг, и вампир многообещающе усмехнулся.

- Молча-а-ать! - проревели некромант и матушка в один голос.

- Некоторых жизнь ничему не учит, - философски заметил гном. - Обвор-р-рожительная Евангелина, позвольте, я пристукну его своим молотом? Там некроманту и собирать нечего будет, и одной проблемой будет меньше.

- Ну, уж нет! - со слезами закричала я. - Стукайте себя, если так хочется! Что же за помолвка такая. кому рассказать - засмеют! Женихи передрались, как бандиты какие-то! Перегрызлись как собаки! Как. как мальчишки на переменке в школе! Пошли вон сейчас же отсюда! Свадьбы не будет! Вам всем еще рано жениться!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- На собак прошу не грешить, - вступился чешущийся оборотень. - Они ведут себя намного разумнее.

- Мне все равно! Убирайтесь все! И прекратите чесать своих блох на наш ковер!

Тут побледнели все, и даже охотник с дрыгающимся глазом. И вампир тоже стал на пару тонов белее. Похоже, мой отказ казался им страшнее смерти. Вот что Влюблярмус ядреный делает с людьми.

- Евангелина! - одернула меня матушка, видя, какой оборот приобретает невинная затея с зельем. - Возьми себя в руки! Как ты себя ведешь?! А вам, господа, и в самом деле лучше удалиться. Мы сегодня все перенервничали. Вернемся к этому вопросу потом. И по очереди. Думаю, вам следует наносить визиты Евангелине по одному. Не встречаясь друг с другом. Так будет намного лучше и безопаснее. Так вы сможете проявить себя один на один. с самой лучшей стороны, не являя Евангелине своего. богатого внутреннего мира.. И Евангелина, конечно, выберет одного из вас.

Предложение было хорошо.

Молча, вежливо раскланявшись с матушкой и со мной, женихи потянулись на выход, нее забыв, впрочем, в помолвочную вазу кинуть карточку. Кое-кто даже ссыпал целый десяток, да так небрежно, что старую, видавшую виды вазу затошнило, и она приседала под каждой новой карточкой, делаясь все ниже и все толще.

Когда дверь за женихами закрылась, ваза, державшаяся из приличий, не снесла и рыгнула их карточками, засыпав все, словно конфетти.

Глава 5. Побочные явления Влюблярмуса

Весь вечер мы с матушкой собирали отовсюду рассыпавшиеся карточки, сметали их вениками, выгребали из камина полуистлевшие, чтобы потом разложить на столе по кучкам и усесться над ними в раздумьях.

- Ну что, - подперев рукой голову, произнесла матушка, - совсем никто не понравился?

Ну, вот хотя б некромант. Ты смотри, какой умелец! Мастер своего дела!

Я скривилась.

- А этот, убиенный два раза, - продолжила матушка. - Нет, конечно, дурак редкий. Но зато смелый какой, а? Дерзкий! Ух!

- Тогда некроманта надо тоже выбирать, - сердито прогудела я. - Иначе долго этот смельчак не протянет. Так и будет задирать кого попало. И я скоро останусь вдовой.

- Ну а вампир? - оживилась матушка. Щеки ее покраснели, она смущенно спрятала глаза. -Какой галантный кавалер! А какой сильный! А ловкий!

- И вампир, - напомнила я. - Холодный, как лягушка. Бр-р!

- Губы у него теплые, - заметила матушка. - Даже горячие.

От этого замечания меня в дрожь бросило.

- А дракон? - ворковала матушка. - Какой темпераментный господин! Бац, бац этого гнома!

И она так и покатилась со смеху, вспоминая, как злой дракон пытался угомонить наглого гнома.

Меня же другое волновало. Тот, кто был влюблен в меня. Тот, кто попался в магическую ловушку.

Он пришел в наш дом, как только было объявлено о том, что девица Евангелина, потомственная магичка, достигла совершеннолетия и готова выйти замуж.

Он любил давно. Когда-то давно мы с ним встретились, пересеклись, и он полюбил. И терпеливо ждал этого дня, не остывая ни на миг, а лишь утверждаясь в своем чувстве и в своем решении жениться на мне.

И я даже вспомнила нашу встречу! Романтическую настолько, что у меня перехватило дыхание, а в ушах зазвенело.

Это было летом, в июне. Было жарко, легкий ветерок, налетая, освежал и ласкал мою кожу, трепал поля соломенной шляпки. Сняв туфли, я шлепала босиком по дороге, виляющей в тени деревьев. Пахло цветущей лавандой с сиреневых полей, протянувшихся от деревянной изгороди вдоль дороги и до самого горизонта. На лице моем танцевали солнечные пятна, пробивающиеся сквозь резную листву... и на его лице - тоже.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})