Госпожа для отверженных - 2 - Лена Хейди

подробные инструкции. Ирнел займёт один из столиков в зале и будет отслеживать ситуацию. В случае чего — подаст знак, который парни увидят через окно и примут меры. Натали покинет этот ресторан, когда сама захочет, — объяснил Брендон.

— За все восемь месяцев, пока нас не будет — въезд Жермену на территорию Риваса категорически запрещён, — твёрдо заявил Дениз.

— Он настырный тип и наверняка не остановится на одном свидании в «Амброзии». Постарайся его мягко, и в то же время решительно отшить, — погладил меня по ноге Брендон.

— Да, конечно, — подавленно кивнула я.

В голове не укладывалось, что мы уже всерьёз обсуждаем отъезд моих разведчиков на целых восемь месяцев!

— А в постели тебя в это время утешит Джереми, — заявил Дениз.

Художник активно закивал.

— Будешь стараться за нас троих, эстет, понял? — пристально посмотрел на него Дениз.

— Понял, — улыбнулся тот. — Пожалуй, я единственный, кому ваш отъезд на руку. Хотя бы восемь месяцев Натали будет только моей, — мечтательно улыбнулся он.

— Смотри, чтобы в её постель не просочился Ренни, — предупредил Микаэль. — Он обаятельный жук, всё время крутится у неё перед глазами, и он ей нравится.

— Да за кого вы меня принимаете?! — возмутилась я.

— За нежную, красивую и очень уязвимую лапушку, — ответил Брендон.

— На эмоциях и нервах женщины часто совершают импульсивные поступки, — со знанием дела произнёс Дениз.

— Мы его, конечно, примем в семью, но всё же немного покалечим, — предупредил Микаэль.

— Моя семья — это только вы трое и Джереми! — воскликнула я. — И Ирнел, который заменил мне отца, — заявила я, и телепат просиял. — Мне больше никто не нужен! Все остальные — друзья или работники.

— Надеюсь, так оно и останется. Но время покажет, — философски отозвался Микаэль.

— Норман, ну что ты там вычитал в этом документе? — повернулся к юристу Дениз.

— Составлено грамотно, я бы сказал дотошно, — отозвался парень. — Учтено множество мелких деталей. Видимо, учли опыт первых двух сезонов. Но есть и подводные камни. На мой взгляд, нужно внести пару-тройку уточнений.

— Каких? — вскинул бровь Микаэль.

— Во-первых, тут написано, что невольники Брендон Нортон, Микаэль Ларон и Дениз Стайрон обязаны выполнять все распоряжения организаторов шоу, — ответил Норман.

— И в чём подвох? — не понял Майкл.

— «Все распоряжения» — это значит все. Вплоть до «ублажи меня в постели этой ночью» или «проведи ночь с той богатой дамочкой, которая наш спонсор», понимаете? — объяснил юрист.

— Это неприемлемо, — нахмурился Микаэль.

— Согласна, — сказала я и твёрдо покачала головой: — На таких условиях вы никуда не поедете!

— Я внесу изменения в этот пункт, — заверил Норман. — Надеюсь, маркиза Рой будет с этим согласна.

— Ей придётся согласиться ради шоу, — уверенно произнёс Ирнел.

 

Глава 57. Условия

 

Натали

 

— Ладно, с этим понятно. Что ещё, Норман? — уточнил Дениз.

— Хочу отметить, что в целом договор неплохой и очень выгодный для госпожи Натали, — уверенно посмотрел на меня юрист. — Если всё будет исполнено в полном объёме, без каких-либо накладок — леди Игнатова через неделю получит аванс в размере ста тысяч золотых монет. А спустя восемь месяцев — ещё девятьсот тысяч.

— Один миллион золотых монет за восемь месяцев?! — у Джереми округлились глаза. — Парни, да я вас лично в дорогу снаряжу и белым платочком помашу!

— Это огромная сумма, — согласился Ирнел.

— Её будет более чем достаточно для покупки поместья Гранд с его Ареной, — без тени сомнений добавил Норман.

— Вот и отлично, — подвёл итог Дениз.

— Ещё мне понравились многие пункты, а именно те, в которых описывается, как тщательно организаторы шоу будут следить за здоровьем участников. Гарантируется хорошее питание, круглосуточная лечебная помощь при необходимости, ежедневные массажи и посещения бассейна. Каждый вечер перед сном всех участников будут осматривать целители — отслеживать давление, переутомление, аллергии и прочее. Плюс отдельным пунктом выделено обеспечение комфорта для участников, а также уважительное к ним отношение,

невзирая на рабский статус.

— Ну надо же, — хмыкнул Брендон.

Норман продолжил:

— В гостиницах их будут селить в лучшие номера, с высшим уровнем всех удобств. Здесь прописаны даже мягкие постели и одежда из приятных на ощупь тканей. Никаких грубых одеяний, царапающих кожу. Выбор марки мужских духов — только с одобрения самого участника. То есть, если вам не понравится какой-то запах — вы от него просто откажетесь, вам подберут другой. Если возникнет аллергия на что-то — моментально вылечат. В общем, очень лояльный к участникам договор. И безопасность выше всяких похвал. Более тысячи охранников, защитные купола, маскировочные экраны, сигнальные системы. Ни одна поклонница втихую не подберётся, только организованно, в рамках установленных правил — за автографами и совместными фото.

— Это всё чудесно, но ты говорил, что есть пара-тройка пунктов, которые нужно изменить. Один ты уже озвучил. Какие ещё? — внимательно посмотрел на него Ирнел.

— Я бы внёс изменения в пункт относительно корреспонденции, — ответил Норман. —

В договоре написано, что Брендон, Микаэль и Дениз имеют право один раз в неделю, по воскресеньям, отправлять своей хозяйке письма.

— Разве это плохо? — непонимающе уставился на него Майкл. — Или ты хочешь увеличить количество «почтовых дней»?

— Нет, в целом это, конечно, неплохо, — заверил Норман. — Насчёт увеличения дней — возможно, в этом откажут, поскольку написание писем будет отвлекать парней от шоу. Я хочу внести в этот пункт два уточнения. Первое — это чтобы количество страниц в письме не регламентировалось. Пусть Брендон, Микаэль и Дениз будут писать госпоже Натали раз в неделю, но зато всё, что пожелают.

— Согласен, — одобрил Микаэль.

Остальные два разведчика кивнули.

— А второе, что бы я исправил — это внесение в договор уточнение о конфиденциальности и отсутствии цензуры, — добавил Норман. — Ваши письма могут читать перед отправкой и вымарывать всё, что покажется угрозой имиджу всего шоу.

— Ты толковый парень, молодец, — одобрил Дениз.

Мы все согласно закивали.

Норман расплылся в смущённой улыбке:

— Спасибо. Стараюсь.

— Это всё или что-то ещё? — спросила я его. Такое чувство, что внутри до предела натянулась струна, которая вот-вот лопнет.

—