Мой невозможный дракон - Натали Палей

Почувствовала невероятное облегчение, услышав о Дарише, и в то же время горечь. Радовалась, что Дариша искренно любила меня, и разочаровалась в старших Сервиках. Выходит, те, кому доверяла, всегда сдавали меня, а желание меня удочерить каждый раз разыгрывалось очень правдиво.

— Кто поджег дом родителей?

— Этого не знаю, — не отводя глаз, ответил Кастет. — Не мои люди. Но слышал, что после доноса… Сервиков.

— Какого доноса? — из меня словно воздух выбили, я пошатнулась, но Мэлвис поддержал. — О чем был донос⁈

— О твоих встречах с неким юношей, который дарит тебе подарки. Мать Дариши ночью ездила в дом герцога с твоей шкатулкой… после этого визита…— Кастет не стал продолжать, и так стало понятно.

Как шкатулка и мои подарки могли кого-то насторожить? И, главное, чем⁈

— Предметы и вещи несут в себе отпечаток энергии хозяина. Если они были подарены, то энергетику прежнего хозяина тоже, — задумчиво проговорил Миральд Мэлвис. — Сильный маг мог определить, кому принадлежала энергия того, кто подарил тебе вещи.

То есть герцог дес’Оринис понял, что я общаюсь с Рафаэлем, узнал, что он дракон, и… приказал поджечь дом родителей? Чтобы Раф решил, что я погибла?

— Как получилось, что я стала миссис Росер? — спросила сквозь зубы, стараясь не впадать в истерику.

— Когда твой отец приказал лишить тебя… невинности, то оформил у жреца наши документы. Не хотел для тебя бесчестия.

Упасть не встать. Какая забота! Впилась ногтями в ладони, чтобы успокоиться.

— Какова была моя роль в вашем заговоре? — задала последний интересующий меня вопрос.

— Я уже ответил на этот вопрос лорду Грею, — поджал губы Эндрю, вдруг закрываясь от меня, тускнея взглядом.

— Расскажи.

— У нас мало времени до рассвета, — вздохнул за спиной Мэлвис. — Вы потом обо всем узнаете. Обещаю, что все расскажу.

— Эндрю, — мягко произнесла и подошла к бывшему любовнику, заглядывая в словно больные глаза.

— Я скажу тебе, — прошептал он, — но знай — я был против этого, только молчал. С твоим отцом нельзя спорить — чревато не проснуться. Но я надеялся спасти тебя и сбежать.

— Меня собирались… убить? — с недоверием спросила. И похоже, что в третий раз — по-настоящему.

Кастет поморщился, услышав вопрос. Мрачно взглянул на Мэлвиса за моей спиной, потом остановил хмурый взгляд на мне.

— Сначала у герцога был один план. И тебя в нем не было. Совершенно. Свою роль ты сыграла пятнадцать лет назад, когда подстроили твою смерть от простуды. Но когда Мэлвисы вдруг встретили тебя в том ресторане и похитили тебя, мы поняли, что они не отстанут. Если бы мы спрятали тебя, они стали бы искать и могли все раскрыть, узнать то, что нельзя было им знать. Поэтому план изменили. Твой отец решил, что так даже лучше, ведь он все время хотел слепить из тебя леди, а ты сопротивлялась. Он решил с твоей помощью, наконец, добраться до сокровищницы императора.

— Как бы я пробралась туда?

— Невеста младшего принца смогла бы.

Вот значит как.

Невеста. Принца. Новости все невероятнее. Хотелось вдруг закричать. А ещё что-нибудь разбить.

— У Мэлвисов и императора была своя цель, Нина. У нас — своя. Но для достижения обеих ты должна была стать невестой младшего сына императора — Алессандра Кассия Рафаэля. Не знаю, что задумали твои драконы, а твой отец, после того, как ты обчистила бы сокровищницу белых драконов, собирался снять с тебя заклятие ауры, чтобы принц узнал тебя, позволить выйти замуж и лишить тебя жизни на глазах мужа, чтобы он тоже погиб от горя.

— Замечательный план, — голос предательски дрогнул. — Жаль, что у вас не вышло. Это был бы сильный удар по надежде драконов на возвращение магии.

— Нина! Ты не понимаешь! Цель оправдывала средства! — вдруг зло процедил Кастет. — У нас была великая цель — вернуть Ританию людям и изгнать чужеземцев из страны!

— Да, конечно, — прошептала, глаза жгли слезы злости. — Моя жизнь, жизнь моих родителей и сестры, исковерканные судьбы остальных ничего не стоят, когда Ританию ждало светлое будущее.

— Мы хотели свободу для истинных ританцев. Вернуть им прежнее положение. Мои предки, знаешь, кем были? — Эндрю вдруг подался вперед, сжав ладони в кулаки. — Состояли в личной охране императора. А кем я стал?

— Вы хотели, чтобы Ританию возглавил монстр, разрушивший жизнь собственной дочери? Который по колено в чужой крови? Считали, что с таким императором вас ждет… что?

— Ты все не так понимаешь. Все искажаешь, — зло процедил Эндрю.

— Серьезно? — горько усмехнулась. — Извини, что не в восторге от всего, что ты поведал мне. Как-то, знаешь, меня тошнит от всех ваших интриг.

— Я хотел сказать тебе… — Эндрю бросил яростный взгляд на дракона, он явно хотел приблизиться ко мне, но под ледяным взглядом Мэлвиса не посмел сделать и шага. — Хотел признаться… ты стала дорога мне. Я не позволил бы убить тебя. Я бы защитил.

— Сомневаюсь, что у тебя получилось бы противостоять герцогу, — прошептала и отвернулась.

— Нина, прости меня, — голос Эндрю за моей спиной прозвучал глухо и безжизненно. — И не верь драконам. Особенно, когда их артефакты вновь обретут магическую силу.

* * *

Дальше мы практически бежали, я с трудом поспевала за драконом, Мэлвис ругался под нос, проклиная заговорщиков и то, что не может пользоваться артефактами. Своими смачными выражениями он шокировал и меня, и охрану, которая, похоже, впервые видела Миральда Мэлвиса таким несдержанным.

Особенно дракона расстраивало, что портальное кольцо было полностью дезактивировано, и мы не можем мгновенно переместиться в покои императора.

Император Кассий не спал, когда мы ворвались к нему. Он сидел за самым огромным рабочим столом, который я только видела, черная мраморная столешница которого была сплошь покрыта документами.

— Дядя, поверь, времени совсем не осталось, — тут же заговорил Мэлвис, не дав императору открыть рот. — Необходим твой указ о том, что позволяешь миссис Нинелии Росер взять девичье имя Элфорд. Вторым указом признаешь, что Нинелия Элфорд и Нелия дес’Оринис — один и тот же человек и назначаешь Нелию Оринис единственной наследницей герцога дес’Ориниса. Под моим опекунством.

Я во все глаза уставилась на самого главного дракона Ритании. Императора Кассия Юлия Мираса Первого, главу клана белых