Вино и вина - Марина Йелс
Он вспомнил её слова: «Нужно держаться от вас подальше, не то мои желания перестанут исполняться». И вдруг его осенило: «А что если у её дара есть изъян? Некая ахиллесова пята? Но почему она сказала, что должна держаться подальше?» На этот счёт у Бена не было никаких идей. «И если я действительно каким-то образом мешаю её силе, и она об этом знает, то почему София до сих пор не вернулась в Париж под любым предлогом?»
Бена начали одолевать сомнения и подозрения – вдруг София вела какую-то свою игру? «Нет!» – он не хотел в это верить. «У неё нет никаких причин мешать нам. Всё же похоже, что наша встреча – это просто роковое совпадение».
Бен допустил ошибку, когда купил ту подвеску. Он ведь не мог знать дату её рождения. Но, к счастью, ему удалось выкрутиться и сменить тему, не вызвав подозрений. Он знал, что София любит всякие эзотерические штучки, поэтому, когда заметил, что она заглядывается на ту подвеску, решил её купить. Чтобы у неё всегда было что-то, что напоминало бы о нём. Конечно, он не признается ей, что намеренно делал вид, будто возится с застежкой. Запах магнолий уже не казался ему таким уж отталкивающим, мама была права – он был сладкий, но вовсе не удушающий. Аромат весеннего дождя в цветочном поле.
И тут некстати позвонил Кэл, попросив заехать за документами. На винодельне София отлучилась в уборную, но, когда вернулась, Бен заметил, что она выглядела взволнованной. Она избегала смотреть ему в глаза, и это насторожило его. За время их общения Бен заметил, что она иногда обрывала заусенцы – явный признак беспокойства. «Её что-то гложет. Может расстроена потому, что придется уехать?» – подумал Бен.
Но по дороге в гостиницу София была слишком уж молчалива, это было странно. «До того, как она пошла в уборную, она была гораздо веселее», – размышлял он и вдруг вспомнил, что мельком видел Алена. «Может он снова сказал ей что-то неприятное?»
– Завтра подъеду к девяти, хочу кое-что тебе показать.
– Договорились, – ответила София, но голос её прозвучал отстранённо.
– До завтра.
– До завтра.
София ушла слишком быстро, даже не обернувшись. Это оставило в душе Бена неприятный осадок. Что-то было не так, но он не мог понять, что именно.
София
Софии так и удалось нормально поспать, Морфей отказал ей сегодня в доступе к безмятежному отдыху. Проведя полночи с Аленом, София чувствовала себя разбитой. Её накрыла лавина информации, под тяжестью которой было сложно дышать. Теперь стало совершенно ясно: если Бен и проявлял к ней интерес, то исключительно для того, чтобы использовать её в своих целях.
Это осознание жгло сильнее огня. Лёжа на кровати и сжав подушку так, что на наволочке ещё какое-то время оставались заломы, София заплакала. В который раз жизнь поставила её на место, спустив с небес на землю. Всё случившееся – от травмы водителя до поломки машины по пути сюда и их «случайной» встречи, – всё это было подстроено Беном. «Всё было лишь игрой», – думала она, чувствуя, как боль заполняет её изнутри.
Когда Ален рассказал, что Бен был в её квартире, она пришла в ужас. Бен притворялся, что ничего не знает о её жизни, а на деле рылся в её вещах. София не любила принимать гостей дома. Дом был её интимным пространством, убежищем, единственным местом, где она могла быть собой, а он вторгся в него. Вторгся в тайну её личной жизни, нанял людей, чтобы следить за ней. Как грязно. Вот таким человеком был Бен. Он был словно дорогущее вино, которое не стоило своих денег: оно заманивало красивой бутылкой, завлекало нос сложным ароматом, а на вкус оказалось вялым и пустым, оставив после себя лишь разочарование и ощущение обмана.
Несмотря на шок и разочарование, теперь София видела всю ситуацию в ясном свете и понимала, что должна сделать.
Она заставила себя встать с кровати и принять душ. Вода, стекая по телу, смывала усталость, но не боль. Затем София начала методично складывать вещи в чемодан. Подвеска, купленная Беном, теперь вызывала отвращение. Перевернутый человек в костюме шута издевательски пропел у неё в голове: «Дурочка, дурочка, всё веришь в сказки и мечты, а жизнь сурова, помни ты». София с раздражением швырнула подвеску в чемодан и вышла на балкон. До приезда Бена оставался ещё час.
«Нужно дождаться посылки от Алена, прежде чем строить дальнейший план действий», – решила София. Она и Ален договорились, что он пришлёт ей документы, которые могли бы пролить свет на правду и, в случае опасности, стать доказательством злого умысла против Дюваля.
«Я должна оттянуть их встречу любыми способами», – размышляла София, пытаясь найти способ обезопасить себя и своего босса от Бена и его дара, использовав собственный. «Интересно, получится ли? Бену удалось заманить меня сюда, значит ли это, что его сила сильнее моей? Или же всё получилось потому, что я не знала о его намерениях?»
«Что, если сказать месье Дювалю, будто Бен снова передумал и отказался от сотрудничества?» – подумала София, но тут же отказалась от этой идеи. Это не остановит Бена, а она потеряет работу и вместе с этим возможность хоть как-то помешать его планам. «Нет. Я должна быть рядом с месье Дювалем и контролировать ситуацию». София сжала перила балкона до дрожи в руках. Глубоко вдохнув и выдохнув, она тихо, но чётко проговорила:
– Я желаю, чтобы месье Дюваль отложил поездку в Бельвиль и встречу с Беном, а также с кем-либо из его людей.
После короткой паузы она добавила: – Я хочу добраться до Парижа без происшествий.
София произнесла свою мантру ещё раз и зашла обратно в комнату. Теперь оставалось только надеяться, что желание исполнится.
В восемь сорок она спустилась,
