Пленение дракона - Миранда Мартин

уронить. Его рука сжимает моё горло, перекрывая мне воздух. Кровь стучит у меня в ушах, и в глазах темнеет, поскольку он продолжает пятиться от Висидиона.

Висидион ревёт, атакуя.

Принц бросает меня, чтобы встретиться с нападающим безумным змаем. Висидион атакует шквалом ударов так быстро, что я не могу уследить за ними. Перекатившись на колени, я задыхаюсь, отчаянно хватая воздух, но каждый вдох сопровождается острой колющей болью, которая прерывает его. Постепенно моё зрение проясняется, когда кислород наполняет мои легкие.

— Нет! — женщина кричит.

Висидион нанёс как минимум один сильный удар, и Принц упал на землю. Девушка бросается к нему, уронив оружие. Висидион настороженно смотрит на неё, пока она не оказывается на коленях рядом с принцем, и слёзы потекли по её лицу. Не сводя с неё глаз, он пятится ко мне и становится на колени.

— Ты в порядке? — спрашивает он, всё ещё держа мечи наготове и смотря на девушку.

— Со мной всё будет в порядке, — говорю я, морщась от боли и хрипя, пытаясь отдышаться.

Толпа скандирует, а Висидион помогает мне подняться на ноги. Встают люди, размахивают руками, топают ногами, шум настолько какофонический, что мне требуется мгновение, чтобы понять, что они говорят.

— Убить! Убить! Убить! Убить! — они скандируют.

В сердце открывается бездонная яма, поглощающая тепло моего тела, оставив меня ледяной статуей. Отвернувшись от девушки, я смотрю на балкон, где сидит король. Такого не может быть. Кровавые игры редки. Они не могут запускаться по прихоти.

Нам так сказали, но добавление в бой смертельного монстра тоже не входит в правила, которые нам говорили. И всё же он теперь лежит посреди арены. Мёртвый или оглушенный, я не знаю.

Король поднимается на ноги, ему пытаться помочь слуги с обеих сторон трона. Медленным шаркающим шагом он подходит к краю балкона и смотрит вниз. Его выпуклая голова поворачивается в разные стороны, рассматривая толпу. Он протянул одну короткую толстую руку перед собой ладонью вниз. Толпа кричит громче, требуя смерти.

Король улыбается, и кажется, что наши взгляды встречаются. Его рука сжимается в кулак, большой палец указал в сторону. Моё сердце колотится в предвкушении. Если он прикажет убить, я не смогу этого сделать, и не думаю, что Висидион сделает. Если мы этого не сделаем, что будет дальше? Через равные промежутки расположены хорошо бронированные стражники, у которых было настоящее оружие, а не деревянное.

Рука короля дрожит, большой палец движется вниз, а затем вверх. Вниз — приказ о смерти, вверх — всё кончено.

Закрыв глаза, я прошу его поднять руку вверх. Не делай этого. Не нарушай больше свои правила.

Когда я открываю их, его рука шевелится.

Вверх.

Всё кончено. Слава всем звёздам, всё закончилось. Я даже шлю благодарность семи вдовам, не то чтобы я много о них знаю, но если они существуют и имеют к этому какое-то отношение, я их благодарю.

Висидион резко выдыхает и падает рядом со мной. Обняв друг друга за талию, мы помогаем друг другу вернуться в туннель и спуститься к остальной части нашей команды. Стражники выходят на арену, чтобы забрать принца и его девушку с собой.

— Проклятие вдов, — рычит Трейс, когда мы выходим из туннеля.

Приходят медики и помогают нам обоим сесть к столам и начать обрабатывать наши раны. Медики — невысокие, худощавые, серые мужчины с тремя длинными пальцами и большим пальцем на каждой руке. Тот, кто осматривает меня, тычет меня в бок, и звёзды взрываются, выбрасывая мысль, пока она не пройдёт. Он что-то бормочет и начинает миксовать.

— Что, чёрт возьми, это было? — я спрашиваю.

— Кто-то нарушает правила, — сказал Трейс. — У нас есть враги.

— Думаете? — Висидион резко шипит, когда медик подталкивает его.

— Держите рты на замке, — говорит Трейс, окидывая взглядом всех гладиаторов, подслушивающих наш разговор.

Мурашки пробегают по коже, волосы встают дыбом. Вода становилась всё глубже, а спасательного плота у нас нет.

Глава 22

Висидион

Звуки лающих приказов Трейса эхом разносятся в нашей хижине. Мы с Розалиндой всё ещё восстанавливаемся после нашего последнего боя, так что Трейс дал нам время восстановиться. Медики приходят раз в день, осматривают нас и уходят. Наряду со звуками тренировок наших товарищей-гладиаторов доносится шум стройки. Мы выиграли достаточно боев, и на вилле идёт ремонт.

— Должен быть какой-то способ передать сообщение Аркану, — говорит Розалинда.

— Я не могу придумать ни одного, — говорю я. — Наверное, за ним следят. Нам придётся подождать, пока он свяжется с нами.

— Не думаю, что у нас есть столько времени, — говорит она, сгорбившись и нахмурив брови от беспокойства.

Снаружи раздаётся рёв, который становится всё громче. Нахмурившись, мы оба встаём и выходим из хижины. Звук уже близко, эхом отдаётся от каменных стен. Он приближается к воротам виллы, и стражники суетятся вокруг, пока наконец один из них не открывает их.

Заходит свита, одетая в зелено-золотые цвета короля. Дверь в главный дом распахивается, и хозяин выезжает на своем пурпурном чудовище.

— Добро пожаловать! — говорит он, подходя к делегации. — Могу я предложить вам… что-нибудь?

— Нет, — говорит мужчина в середине группы, с презрением оглядываясь по сторонам. — У меня послание от короля. Прими его, чтобы я мог продолжить путь.

— Конечно, какая честь, — говорит хозяин, заставляя своего скакуна согнуться в талии, а затем он протягивает руки, чтобы принять сообщение.

Посыльный протягивает ему бумагу, затем поворачивается и, не говоря ни слова, выходит за ворота. Охранники захлопывают дверь, и рёв возвращается, и через отверстие видно поднятую в воздух жёлтую пыль. Машина, на которой он ехал сюда, приходит в движение и уносится прочь.

Хозяин разрывает письмо, бумага выпадает. Все мы, гладиаторы и стражники, смотрим в ожидании. Я наблюдаю, как его глаза расширяются, как его голова трясётся, а затем наклоняется в сторону. По его лицу медленно расплывается улыбка. Он подъезжает к Трейсу, который стоит, скрестив руки на груди.

— Трейс! — восклицает он, размахивая бумагой. — Хорошие новости!

Бумага летит к Трейсу, который подхватывает её из воздуха и читает. Его глаза сужаются, а рот сжимается в тонкую линию.

— Нет, — говорит он, качая головой. — Это отметает все правила.

— Смотри! Посмотри на награды!

Трейс перечитывает ещё раз и отрицательно качает головой.

— Не стоит того, — говорит он.

— У тебя нет выбора!

Трейс выпрямляется, сердито, и на мгновение кажется он вот-вот сорвётся. Трейс мог бы уничтожить хозяина. Мы все это знаем, и сам хозяин тоже. Металл