Пленение дракона - Миранда Мартин

о металл раздаётся эхом, когда охранники шевелятся, продвигаясь вперёд, держа руки на оружии. Они готовы действовать, если Трейс сделает шаг.

Трейс моргает и, кажется, сдаётся. Он вздыхает и отворачивается.

— Ха! Что там такое? — Мисто задаёт вопрос, который волнует всех нас.

Трейс смотрит на меня, затем на Розалинду.

— Вы двое будете сражаться на следующей арене за первую строчку рейтинга, — говорит он.

Вырывается вздох облегчения. Я ожидал гораздо худшего, сразиться с Брисонгом — это долгожданная возможность. Я давно хотел поставить его на место.

— Хорошо, — говорит Розалинда. — Так почему же такое вытянутое лицо?

— Я не знаю, о чём ты, сказав про лицо, — говорит Трейс. — Но это не обычный бой. Это кровавая игра.

Коллективный вздох заполняет наступившую тишину.

— Нет, так нельзя, — говорит Тодд.

— Несправедливо, — добавляет Сенар.

— Это ещё не всё, — говорит Трейс, глядя на хозяина. Озноб пробегает по моим чешуйкам, пока я жду, что он скажет. — Всё поставлено на кон. Если вы проиграете, хозяин потеряет всё.

— Почему нас это должно волновать? — спрашивает Розалинда.

— Он потеряет нас, — отвечает Трейс. — Всё имущество проигравшего становится собственностью короля.

Холод накрывает меня, моё тело застыло, ноющие мышцы задрожали, но глубоко внутри меня горел огонь.

— Ха! — выдал Мисто.

— Неважно, змай победит, — сказал хозяин, подпрыгивая от волнения.

— Что вы от этого получите? — я спрашиваю.

— Ха, ха, ха! — смеётся он, и этот визгливый звук разрывает мне уши. — Славу! Удачу! Король подарит мне на выбор одного из выживших гладиаторов и миллион кредитов!

Конечно, ставки должны были быть высокими, иначе зачем на них ставить.

Хозяин разворачивает своего монстра и возвращается в дом, его смех эхом звучит в моих ушах ещё долго после его ухода. Трейс стоит неподвижно, как камень, ничего не говоря и глядя вперёд. Кровавая игра с Розалиндой. На этот раз никакого деревянного оружия. Они будут настоящими, острыми и смертоносными. Как мне защитить её?

Слабость усиливается. Если бы она не мучилась от зависимости, возможно, она была бы конкурентоспособна, но борьба длится не несколько дней, и с каждым боем она слабела. Время ускользает, как пески Тайсса на ветру.

— Хватит, приступаем к тренировкам! — лает Трейс, прорываясь сквозь мрак моих мыслей.

Никто не двигается, глядя на Трейса, словно ожидая нового приказа или перемены взглядов. Тряся головой, чтобы очистить её от холода и нарастающего гнева, я подхожу к стойке с оружием и беру свои деревянные мечи.

— Стоять, — рявкает Трейс, возвращая всё наше внимание к нему. — Кровавые игры требуют новой стратегии.

Он поворачивается и идёт к двери, которая всегда заперта. Никто никогда не открывал её и не входил туда с тех пор, как мы здесь. Он достаёт ключ из кармана, открывает дверь и уходит в тень. Когда он снова выходит, его руки держат оружие. Настоящее оружие.

Охранники шевелятся, гремят новые блестящие доспехи. Трейс игнорирует их, подходит к середине нашего полукруга и сбрасывает свой груз на землю. Металлическое оружие с грохотом раскинулось перед нами. Глядя на оружие и на Трейса, в моём сердце пробуждается новый проблеск надежды.

Присев, я сначала перебираю кучу, выбирая два больших двуручных меча. Отложив их в сторону, я замечаю трезубец, и идея формируется в сознании. Я встаю и передаю его Розалинде. Она хмурится, глядя на него, затем её глаза загораются, и она берет его.

Остальные выбирают оружие, каждый по своему вкусу, затем мы строимся вокруг Трейса.

— Кто-то манипулирует играми, — говорит он. — Это стало очевидно после последнего боя, но теперь всё кристально ясно. Правила исчезли. Это уже не игра ранга и престижа. Это выживание. Единственный вопрос: а вы справитесь?

— Сэр, да сэр! — отвечаем мы, говоря в унисон.

— Хорошо. Разбейтесь на пары, — рявкает он.

Мы приступили к работе, меняя команды и тренируясь усерднее, чем когда-либо. Трейс прав. Мы сражаемся за выживание.

***

Последние лучи солнца скользят по тренировочной площадке. Боль и мышечная усталость затмевают мои мысли. Розалинда опирается на трезубец и тяжело дышит. Сенар сидит на земле, а Тодд рядом с ним лежит на спине и хрипит. Только Мисто кажется таким же свежим, как и тогда, когда мы начали, его явно неисчерпаемый запас энергии ещё не иссяк.

— Хорошо, — говорит Трейс. — Вы можете выжить. Ужин готов, поешьте.

Я протягиваю руку Розалинде, и она опирается на неё, одарив меня короткой улыбкой. Накрыт длинный стол, уставленный едой. Устроил всё Трейс или хозяин, я не знаю, и меня это не волнует. Еда хорошая, богатая и вкусная, лучшее, что мы пробовали с момента приезда. С удовольствием изголодавшегося тела, я проглотил несколько порций, прежде чем наконец почувствовал себя сытым. Трейс присоединился к нашему кругу и ест вместе с нами.

— Трейс, что происходит? — спрашивает Розалинда.

Трейс медленно жует, глядя на тарелку перед собой.

— Я не знаю, — ответил он, сглотнув. — Я здесь уже давно. Такого никогда не было. Кровавые игры — для преступников или ветеранов. Они редки, и не для тех, кто поднимается по лестнице. Ценность гладиатора — в долгосрочном развлечении. Ставка такого размера, сделанная самим королём?

Мне вспоминаются слова Аркана. Эпис. Речь должна зайти об эписе и Тайссе. Когда нас схватили, я смирился с тем, что никогда больше не увижу Тайсс. Я нашел в этом определенную привлекательность. На Тайссе нам с Розалиндой не позволили бы быть вместе долг и требования нашего положения. Всё это осталось позади, но ответственности, оказывается, не избежать.

Моё присутствие здесь привело всё в движение. Неприятные события ждут Тайсс, а он ещё не готов. Закрываю глаза, тяжесть легла на мои плечи. Мои планы побега заключались в том, чтобы спасти Розалинду, но всё выходит за рамки наших личных забот.

— Кто что выиграет? — спрашивает Розалинда. — Какова политическая подоплёка в этой игре?

Трейс качает головой.

— Я не знаю. Слишком много всего, слишком разнообразных ветвей, но есть только одна вещь, которая когда-либо так волновала галактику.

Он смотрит на меня, не говоря, о чём подумал, но я понял. Розалинда тоже. Его подозрения такие же, как и мои. Король хочет знать, жизнеспособен ли ещё Тайсс. Ему нужен эпис и контроль над его распространением. Власть в этой галактике снова могла оказаться у тех, кто будет контролировать эпис.

Тайсс должен снова стать потерянным в прошлом. Есть только два пути, чтобы это произошло. Знания, которые им нужны, находятся в нас с Розалиндой. Либо мы убежим, либо… Другая