Искра твоей души - Иванна Осипова

— Это невозможно, Тея, — серьёзно ответил Тиан. — Некромантия запрещена королевским указом не только потому, что противоестественно и опасно поднимать мёртвых, но и бесчеловечно их мучить.

— Йони страдает, — согласилась я. — Иногда невозможно смотреть без слёз, а иногда я его боюсь.

— Я должен вытащить тебя отсюда, — горячо выдохнул Тиан, целуя меня в шею и прижимая к себе. — Но придётся немного подождать. Лазарь подсказывает, какие бумаги следует скопировать, чтобы обвинить Клариссу в незаконном присвоении имущества казнённых землевладельцев в обход королевской казны. Кое-кто из гвардии в Каменном Клыке дал показания. Много мелких доказательств. Агенты из личной гвардии королевской семьи прибудут в особняк только после сбора всех сведений.

— Надо заставить Эдама признаться в убийствах, — осенило меня.

— Если завтра он не убьёт меня, то не доживёт до суда, — покачал головой Себастиан. — В любом случае не доживет. Проклятие убьёт командора вернее пули. Ты наш главный свидетель против Клариссы.

37

Я беспокоилась, что после бессонной ночи Тиану тяжело дастся дуэль. Мы не могли расстаться до утра, а Эдам, как все мерзавцы, наверняка спал крепким сном и не страдал от угрызений совести.

Себастиан не отпускал меня, поэтому пришлось решительно высвободиться из желанных объятий. Я одевалась, внезапно засмущавшись своей наготы, а Тиан давал последние наставления. За окном медленно бледнело небо.

— Эдам не привык вставать рано. Дуэль назначена на двенадцать. Я успею написать несколько бумаг, — успокаивающе сказал маг, поднимая с пола моё платье.

— Письма для твоих друзей?

— И для тебя, моя Искорка, — он обхватил меня сзади, нежно подул в шею.

— Щекотно, — я хихикнула, но сразу же нахмурилась, думая о дуэли. — Если тебя убьют, то наши планы рухнут, а я навсегда останусь в заложниках у эрри Уикфил. Нет! — Я развернулась, обняла обнажённого Тиана, которого совсем не волновало отсутствие одежды. — Я буду бороться! За себя и за тебя.

Омут из поцелуев снова лишил меня чувства времени и реальности.

Тиан пояснил:

— Моя смерть ничего не изменит. — Продолжая говорить, он принялся одеваться. — Друзья не бросят тебя. Я сразу предусмотрел такую возможность. Меня могли раскрыть в особняке. Герата обнюхивала со всех сторон точно ищейка.

— Лазарю придётся скрываться, если убьют его копию. Как уличить Клариссу?

— Большая часть доказательств по преступлениям с имуществом уже в наших руках. Остальное откроется, когда агенты лично осмотрят резиденцию. К сожалению, просто нагрянуть к герцогине они не могут, а то лицо… — Он потёр пальцами лоб. — Я говорил о человеке из приближённых к королю. Это лицо не захочет открыто выступать с обвинениями.

— Пусть твоя рука не дрогнет. — Я в последний раз поцеловала Тиана, отступая к двери.

Он продолжал сжимать мои пальцы в своих, словно из последних сил держась за жизнь.

Маг досадливо поморщился:

— Не могу проводить тебя, пока не восстановлю образ. Это потребует времени и сил.

— Моя искра переполнена магией. Используй её, — предложила я, так и не дойдя до порога комнаты.

Так не хотелось покидать моего любимого мага! Чудесное спасение смертника из Каменного Клыка всё ещё казалось мне сном. Я продолжала ощущать сладость поцелуев и приятную истому в теле, но не верила сама себе. Тиан жив, а я не безумна⁈

Тиан с нежностью провёл ладонью по моей щеке.

— Сегодня ночью ты отдала достаточно сил. Я справлюсь. Это проще, чем создание образа в первый раз и наложение чар на амулет. — Тиан взял со стола простенькую подвеску, которую всё время носил под одеждой. — Мне помогали трое магов, а Лазарь участвовал в особом ритуале, чтобы слепить двойника. Увы, я всего лишь скромный артефактор, а не могучий колдун, — усмехнулся Лласар.

— Самый лучший колдун, — прильнув к нему, прошептала я.

Как найти силы, чтобы отпустить только что обретённое счастье?

— Я не успел никому сказать этих слов, — лицо Тиана стало серьёзным. — Не успел дать любовных клятв. Наверное, я ждал свою хранительницу, как это случалось в давние времена в семье Эйр-Лласар. — Маг внимательно заглянул мне в глаза. — Я люблю тебя, моя Тея.

— Тиан…

Мы обнялись, точно прощались навсегда. Я вернулась в свою комнату, плохо помня, как добралась до неё через спящие галереи и проходные гостиные. Взглянув в зеркало, я увидела растрёпанною девушку с сияющими глазами, алыми припухшими губами и нежной порозовевшей кожей. Тиан наполнил меня новыми силами и светом. Мне будет трудно скрыть радость.

Я не напрасно с утра озаботилась нарочитым выражением печали. Увидев меня, Герата знакомо пробурчала:

— Откуда только берёт магию эта девчонка⁈ Вчера всё отдала на пустое дело, а сегодня снова юна и прекрасна.

— Всего лишь хороший сон, Герата, — отворачиваясь, чтобы спрятать улыбку в уголках губ, ответила я.

Во время завтрака Кларисса, подмечающая любую мелочь, бросала на меня подозрительные взгляды, а затем, когда я собралась уходить, поймала за локоть. Я рассчитывала поскорее сбежать, чтобы встретить Лазаря в библиотеке.

— Постой, птаха.

Эрри Уикфил сильно сжала мою руку цепкими пальцами. Я даже зашипела от боли, а она словно и не заметила этого.

— Твоя хозяйка приказывает тебе не скрывать правды, — властным тоном велела она, рассчитывая на магическую клятву.

Герцогиня так и не поняла, что я не подчиняюсь дому Уикфил, как и любому другому господину. Я же изобразила покорность и опустила голову:

— Да, эрри?

— Говори, чем ты занималась вчера вечером? Или сегодня ночью? — Она прищурилась, думая напугать меня. — Я всё знаю о проделках маленькой ведьмы.

— Я исполняла свои обязанности, эрри, — спокойно доложила я. — У нас есть новые успехи.

— Да, — она заметно растерялась. — Я была у… Была во флигеле. Это чудо — дело твоих рук, Тея. Неужели поэтому ты так расцвела? — с сомнением произнесла Кларисса. — Выходит Герата и правда никуда не годная ведьма, раз у неё не хватило сил сохранить прелесть юности?

— Без Гераты я ни за что бы не справилась. Она всегда подсказывает и помогает мне.

Красивые и правильные линии губ эрри Уикфил исказились презрительным недоверием.

— Ведьмы спелись. Не старайся выгородить Герату. В особняке достаточно одной молодой целительницы.

— Я не всесильна, а дуэль между господином