Даниэла Сакердоти - Сны

— Алло? Привет, Брайони. Да, она здесь. Сара! — услышала она Гарри, когда он ответил на звонок.

— Иду, — отозвалась она, вздыхая. Сара всегда была счастлива поговорить с Брайони, но ей нужно было репетировать. Прослушивание всего через семь недель, и со всем происходящим...

— Привет... Лучше. Я не уверена... может, в другой раз. Да, я знаю, что нигде не была уже сто лет... Брайони, серьезно, мне нужно репетировать. Нет, я не буду откладывать на следующий год. Конечно, я могу это сделать. Я знаю, я знаю. Ладно. Тогда всего на часик. Увидимся. Пока.

Она посмотрела на Гарри и пожала плечами, словно говоря: что я могла сделать?

— Сара... — голос Гарри был полон упрека.

— О, не надо читать мне нотации. Мне нужно пойти. Мы просто собираемся в Роял Молл. Я вернусь через пару часов.

— Ты знаешь, что это опасно. Если они нападут, то могут навредить и Брайони...

— Я нигде не была уже недели, я не виделась ни с кем недели... Брайони говорила странно. Я не могу потерять ее. Я не хочу ее терять.

— Она что, не понимает, через что ты проходишь?

— Конечно, понимает. Но она не понимает, почему я не могу положиться на нее. Мы всегда доверяли друг другу, все эти годы.

— Это не меняет того факта, что ты подвергаешь ее опасности.

— Я знаю, — Сара вздохнула. — О, ты прав. Я позвоню ей и скажу, что не могу пойти. Как только этот кошмар закончится, может, у меня снова будет нормальная жизнь...

Я — будто проклятие. Мысль повисла в сердце, словно камень. Сара выглядела такой бедной, что Гарри посочувствовал ей. Он задумался на минуту.

— Слушай, а что, если я буду следить за вами? Как в школе? Я присмотрю за вами всеми. Если что-то случится, я буду там.

— О, Гарри, если бы ты мог...

— Это не аннулирует угрозы, но я помогу в случае чего.

— Ты опять будешь супержутким сталкером, как обычно. Мы не будем тебя видеть, но ты там будешь, как шпион! — улыбнулась Сара.

— Я не супержуткий! — запротестовал Гарри.

— Ну, ты везде за мной ходишь, и, если это не жутко, то я не знаю, как это назвать, — поддразнила его Сара.

— Я не жуткий! — настаивал Гарри. Сара изогнула брови.

— Ладно, может чуть-чуть. Но это спасло тебе жизнь как минимум один раз.

— Правда?

Гарри кивнул.

— Серьезно?

— Да.

— Ну, значит, это работает. Ты можешь подвезти меня, а потом слоняться там. В кустах, или где-нибудь еще.

— В торговом центре нет кустов.

— Есть несколько очень убогих. Думаю, они пластмассовые. Или ты можешь украсть форму охранника...

Гарри улыбнулся.

— Это не так делается.

— А как? Похоже на то, что ты ходишь вокруг весь такой тихий, а я даже не могу услышать, как ты подходишь и пугаешь меня до смерти.

— Тот же принцип, да.

— Полезный навык.

— Очень.

Гарри очень боялся, что друзья Сары могут пострадать в случае нападения. Это было правдой. Но была еще одна причина, по которой он не хотел отпускать ее, и он не хотел признаваться в этом даже самому себе. Он знал, что не должен это чувствовать, но ничего не мог с собой поделать.

Он никогда не был так одержим никем. После того, как он потерял своих родителей в тринадцать, он поклялся, что никогда, никогда не заведет семью. Он не мог даже подумать о том, чтобы сблизиться с кем-то, а потом снова потерять. Девушки и друзья приходили и уходили, не оставляя следа, пока не ушел настоящий Гарри. Гарри Миднайт был первым человеком, который проник в его сердце, его первый настоящий друг.

И он тоже умер.

А затем, появилась Сара, словно из сна. Весь ужас и горе от потери родителей и Гарри перенеслись на нее. Желание защитить ее, спасти ее поглощало. Оно было таким сильным, что он не знал, что с этим делать. Он хотел выть, нарезать вокруг нее круги, как дикий пес. Он знал, что его чувства к Саре выходили за рамки привязанности, он не тешил себя иллюзиями и признавал, что любит ее. Он не мог вынести мысли, что с ней может что-то случиться. Он не мог вынести мысли, что кто-то отнимет ее у него.

Другой мужчина.

Вот, он сказал это, даже если только в мыслях.

Он также знал, что у него не было прав на нее, что он никогда, никогда не мог позволить своим чувствам всплыть на поверхность — он должен быть ее кузеном, и она верила, что так и было, весь мир верил. Находиться рядом с ней, быть ее семьей — этого для него недостаточно.

И если она снова попросит его лечь рядом с ней так же, как вчера, сможет ли он снова отшутиться? Или он ляжет рядом с Сарой и позволит своему телу, а не разуму, решать, что правильно, а что нет?

Он хотел быть ее миром. Опасность держала их вместе, она нуждалась в нем, и он хотел, чтобы так было всегда.

— Эй, о чем думаешь?

— Ни о чем. Давай, пошли.

— Ладно. Я только пойду, переоденусь.

Через сорок минут (и что, ради бога, можно там так долго делать?) Сара вернулась. Ее длинные волосы были распущены и ниспадали на плечи, черные и сияющие. Она выбрала черные леггинсы, черные туфли на шпильке и свитер серо-голубого оттенка, который открывал ее белые, мягкие плечи. Серебристые тени заставляли ее глаза сиять, а на губах переливался легкий блеск. Ее щеки были розоватыми от счастья.

Гарри лишился дара речи.

Сара видела, как он смотрел на нее, как не мог оторвать взгляда. Она поняла, что и не хотела, чтобы он отворачивался, и это ее пугало.

— Я возьму куртку, — пробормотала она.

— Я прогрею машину, — пробормотал он в ответ.

Пока Гарри шел к автомобилю, он понял, что ничего он не хотел больше, чем запустить руки в ее волосы.

— Да! Мы вытащили тебя из дома! — Брайони крепко обняла Сару. Сара вдохнула ее сладкий запах колокольчиков и почувствовала себя счастливой, абсолютно счастливой, как когда они были детьми и им разрешали ночевать друг у друга. У Брайони в волосах, собранных на одну сторону, был фиолетовый тканевый цветок. У нее всегда был эксцентричный вкус в одежде, яркий и красочный. Она страдала, надевая серо-голубую школьную форму каждый день, и возвращалась к жизни по выходным, когда у нее появлялась возможность выразить свою креативность и поиграть с любимыми цветами. Сара думала, что она потрясающе выглядит, такой яркой, веселой и полной жизни.

— Привет, Сара!

Пришли Элис и Ли, и Сара обняла их обеих. Они тоже отлично выглядели. Элис со своей блондинистой стрижкой боб и большими голубыми глазами. Она была очень высокой и очень красивой — она и ее кузина Шивон были главными претендентками на звание королевы красоты академии Тринити. У Ли были длинные, прямые каштановые волосы и веснушки. Она была наименее яркой из трех девушек, но такой же красивой.

Все четверо были настолько разными, что отлично сочетались, дополняя друг друга, давая друг другу то, чего не было у других. Брайони была творческой, эксцентричной, полной жизни. Элис — страстной и уверенной в себе не по годам. Ли — милой и щедрой с беззаботной жизнью. А Сара была застенчивой, немного меланхоличной и самой темной из четверки, из-за своих странных родителей, которых не могли понять ее друзья.