Ритуал Старлинга - Девни Перри

что это путешествие изменит меня навсегда.

Взяв карту, которую он нарисовал для меня, я проложила свой курс.

— Расскажи мне еще раз о искорках. Какого у кого они цвета?

— У Куэнтиса — янтарные. У Туры — зеленые. У Лейна — пурпурные. У Озарта — голубые. А здесь, в Генезисе они цвета хурмы. — Цвет плодов, которые росли на дереве возле хижины.

— Никакого серебра.

— Нет.

— И у всех на Каландре бывают искорки?

Он кивнул.

— У всех. До тебя я никогда не видел человека без них.

Возможно, среброглазый воин тоже был с другого континента. Если его глаза были уникальными, то найти его будет намного проще. Люди бы заговорили.

Теперь, когда Андреас научил меня говорить по-каландрийски, я могла бы начать задавать вопросы и понимать их ответы.

— Спасибо. Я клянусь отплатить тебе за твою доброту.

— Останься в живых, — сказал он. — Это достаточная плата.

— Может быть, я вернусь сюда. Принесу тебе более интересную книгу и новый альбом для рисования.

Он грустно улыбнулся мне.

— Тогда тебе лучше отправиться в Куэнтис.

— Почему в Куэнтис?

— Потому что, когда ты уедешь отсюда, я вернусь домой.

Тогда, я думаю, мы оба прощаемся с этой крошечной хижиной.

— Куэнтис. — Я коснулась двумя пальцами середины своего лба. — Клянусь.

— Я буду молиться Аме и Оду, чтобы они указали тебе путь. И Шестерым, чтобы они следили за твоим путешествием.

Я покачала головой.

— Число шесть не предвещает ничего хорошего. Молись Божеству.

— Я не знаю никакого Божества.

— Тогда мне придется найти тебя в Куэнтисе и рассказать о Божестве.

Его глаза сощурились.

— Я надеюсь, что наши пути снова пересекутся, Каспия.

— Я тоже, Андреас.

Он поднял руку, словно собираясь дотронуться до меня. Но прежде чем его пальцы коснулись моих, он отступил.

И когда он вышел на улицу, когда за ним закрылась дверь, я поняла, что мы только что попрощались.

Восемнадцать

Одесса

У деревни за болотами пещерного имбиря не было официального названия или постоянного места на карте. Но, по словам Шрайкера, некоторые называли ее Миддл, поскольку она находилась почти точно в центре Озарта.

Люди, жившие здесь, были в основном фермерами, которые отправлялись на болота собирать ягоды со своих участков. Большинство из них покидали Миддл по окончании вегетационного периода, возвращаясь в свои родные города и к своим семьям. А когда начинался следующий сезон, расположение деревни, чаще всего, менялось.

Хижины и палатки были разбросаны по травянистой равнине. Строения были хрупкими и маленькими. Временными. Ничего, что могло бы пережить миграцию.

Не было обустроенных дорог, только грунтовые дорожки, которые становились шире в зависимости от популярности места, к которому они вели. Дорожка перед торговой палаткой была такой же широкой, как и сама хижина. Такой же была и дорожка к амбару, который служил таверной. Но большинство троп были достаточно широкими только для одного всадника.

Откуда-то из деревни, вероятно, из таверны, донесся взрыв мужского смеха.

Как и в лагерях на реке Харроу, здесь не было никакой спешки или паники по поводу предстоящей миграции. Почему весть о разведчике не распространялась быстрее?

Мы прибыли в деревню незадолго до наступления темноты, и до захода солнца у нас было достаточно времени, чтобы выбрать место для лагеря, привязать лошадей и развести костер.

Быстро перекусив, Эви положила голову мне на колени и крепко заснула. Фэйз был крепко зажата у нее под мышкой.

Мой желудок так скрутило после сегодняшнего путешествия, что я так ничего и не поела.

— Это всегда так? Путешествовать по болотам? — спросила я у Шрайкера.

— Сегодняшний день был… необычным. — Он сидел рядом со мной, и пламя костра освещало шрамы на его лице, когда он ворошил угли палкой. — Я никогда не видел, чтобы так много аллигасков пытались прорваться через изгородь.

Сегодня прорваться через изгородь пытались девять монстров. К счастью, это удалось только одному. Тем не менее, это был тяжелый день.

Если нападения на изгороди были необычными, то это была моя вина. В Эллдере это была всего лишь теория, что монстров тянет ко мне. Но я не могла продолжать игнорировать знаки.

Во мне было что-то, что привлекало этих существ.

Рэнсом отказался позволить мне проверить нашу теорию. Что ж, это путешествие было достаточной проверкой.

Сколько людей умрет просто потому, что им не повезло оказаться в моей компании? Список имен людей, убитых чудовищами, в моей голове рос.

Сарайя, женщина из таверны в Эшморе.

Уитт, мальчик из Эллдера.

Луэлла. Завьер. Джоселин. Бриэль. Все они погибли в ту ночь, когда появился крукс. Не из-за меня ли разведчик напал на крепость?

Из-за давления, которое весь день нарастало в моей груди, было почти невозможно дышать.

Я не могла везти Эви в Куэнтис одна. Я не смогу смириться с тем, что ее имя появится в моем списке.

— Ода благословил нас тем, что Мавины были рядом, — сказал Шрайкер, взглянув на группу воинов в лагере рядом с нашим.

В этой команде Мавинов было одиннадцать мужчин и одна женщина — Тора.

Согласно слухам, которые слышал Шрайкер, в Каландре были сотни Мавинов, хотя никто точно не знал, сколько именно. Они не были верны ни королю, ни королевству, но присягнули на верность золоту.

Я надеялась, что они не рассчитывают получить плату за свои услуги сегодня.

Мавины ехали с нами по болотам, размахивая ножами и топорами против аллигасков, которые бились об изгороди.

— Вам следует выяснить, куда они направляются, — сказал Шрайкер, откладывая свою палку и поднимаясь на ноги. — Узнать, сможете ли вы поехать с ними. Берегите себя, Одесса. Да защитят вас Ама и Ода в вашем путешествии.

— Подождите. — Я пошевелилась, осторожно выбираясь из-под Эви. — Вы уходите? В темноте?

— Это не первый раз, когда я проезжаю через болота ночью. Хотя, думаю, что это будет в последний раз. Если я уйду сейчас, то успею домой к завтраку Эдды.

— А как же монстры?

— Они оставят меня в покое. — Он накинул капюшон своего пальто из крокодиловой кожи.

— Шрайкер. — Я подошла ближе. — Вам следует покинуть берег реки. Как можно скорее найдите убежище на время миграции.

— Но еще не время. Предполагается, что она начнется только весной.

— В Туре видели разведчика.

Он наморщил лоб.

— Я не слышал предупреждения.

Казалось, никто не слышал предупреждения. Почему? Королю Рэмзи следовало бы разослать своих всадников на пони или солдат с посланиями ко всем королям континента.

— Пожалуйста, просто доверьтесь мне.

Он внимательно посмотрел на меня, затем кивнул.

— Хорошо. Прощайте, Одесса.

— Прощайте, Шрайкер. Спасибо. За все. — Я смотрела ему