Хэллоуинская история в академии магии - Марго Генер

я правильно сделала, что не побежала на него доносить. Всё равно ничего не добилась бы. Зато прослыла бы истеричкой и трусихой. Но загвоздка в том, что именно поэтому мне придётся рассчитывать только на себя.

– Я просто не хочу с тобой пересекаться, – сообщила я.

– В тот вечер я и не собирался с тобой встречаться, – начал оправдываться Закарий. – Я вообще сидел в комнате и пил сельдереевый сок. Но потом твой запах… Он будто взорвался в голове. И дальше я плохо помню.

– Вот это и пугает, – заключила я и ускорилась, оставив Закария позади.

Потом миссис Голдвинд заставила нас собирать светлячков и светящихся слизней для украшения зала под маскарад. На возмущённые вздохи она сообщила, что из слизи хорошо делать сияющую краску, а также что тот, кто соберёт больше всех, получит дополнительный балл на семинаре. После этого энтузиазма у всех прибавилось, и через час сборов появился победитель. К моему удивлению, им стал Закарий. Он собрал в свой пиджак, который сложил и использовал в качестве мешка, доверху слизней, за что старая ведьма его прилюдно похвалила и сказала брать с него пример.

Я многозначительно промолчала, потому что знаю, каким Закарий может быть на самом деле. Затем мы полетели к пустоши Роголана и прибыли туда только к ночи. Пришлось остановиться на постоялом дворе.

Здесь, как и везде, вовсю шла подготовка к Хеллоуину – по таверне развесили паутинки, листья и гирлянды из тыковок, что теперь весьма неоднозначно, поскольку я тыквоглав. Хотя до сих пор до конца не разобралась, что это значит и почему я зовусь тыквоглав, если голова у меня вполне себе не тыква. Но я надеялась, что Джек Лантерн мне всё объяснит.

В таверне пусто, потому что постояльцы уже спят, но дородная женщина-гном выделила нам целый угол и сказала басовито, недовольная, что приехали среди ночи:

– Ужин уже был. Так что накормлю тем, что осталось.

Медноволосый ей лучезарно улыбнулся:

– Спасибо, красавица. Нам подойдёт.

Хозяйка тут же растаяла и расцвела.

– Ещё бы не подошло, – хмыкнула она, но уже беззлобно. – Спать будете наверху, у меня как раз несколько свободных комнат. Но там по несколько коек. Так что без вывертов.

– Мы не привередливые, – поблагодарил её Джек и обернулся к нам. – Значит, так, парни в одной комнате, девушки в другой. Леди Лист и миссис Голдвинд в третьей.

Хозяйка стала подниматься по ступенькам, видимо, пошла проверять готовность комнат, а Виола зачем-то спросила Джека, прищурившись:

– А вы, значит, будете ночевать отдельно?

Медноволосый пожал плечами.

– Видимо.

– И вам не будет одиноко?

Я толкнула её локтем в бок, Виола ойкнула, но взгляд брюнетки остался таким же хитрым и даже ехидным. А Джек Лантерн усмехнулся и ответил:

– С одиночеством я справляться умею.

Меня выходка Виолы разозлила. Когда расселись ужинать, я наклонилась к ней и прошептала:

– Это что было? Зачем ты полезла?

Она снисходительно на меня посмотрела и ответила:

– Я просто хочу тебе помочь.

– Задавая двусмысленные вопросы Джеку?

– А ты думаешь, зачем ему отдельная комната? – пододвигая к себе тарелку с тушёным мясом, спросила Виола, когда разносчица принесла поднос с ужином.

Я взялась за ложку.

– Не с Белолией и миссис Голдвинд же ему ночевать.

– Ну-ну, – хмыкнула Виола и отправила в рот ложку мяса. – Не с Белолией, как же. А ты ночью проверь, чем он будет заниматься.

– Да не буду я ничего проверять! – выдохнула я.

– Очень зря, Алиса. Ну, как знаешь.

Доедали под стук ложек и негромкие разговоры однокурсников мы опять в молчании. Мне её подозрительность казалась преувеличенной, но своего Виола добилась – она поселила во мне новое сомнение. И когда после ужина все легли спать, я ворочалась на жёсткой койке, пытаясь выгнать непрошеные мысли и уснуть. Безразмерная ночнушка, которую мне, как и остальным девушкам, выдала хозяйка постоялого двора, путалась в ногах.

В итоге я не выдержала и, сунув стопы в мокасины, поднялась. Виолы в постели не оказалось, видимо, она снова убежала встречаться с Максом. Несколько секунд я сомневалась, стоит ли выходить, но я уже так себя накрутила, что ноги понесли к дверям.

Приоткрыв створку, я осторожно высунула нос. В коридоре пусто, на деревянных полах играют отблески свечей, в окно над лестницей в конце прохода светит луна, и оранжевые тыковки под потолком поблёскивают масляными бочками. Тишь да гладь.

Только я с облегчением выдохнула, как одна из дверей бесшумно открылась, из комнаты выпорхнула Белолия в тонком зелёном халатике и на цыпочках направилась к комнате Джека, после чего исчезла за ней.

У меня перехватило дыхание, а в груди ухнуло. Прежде чем я успела обдумать ситуацию, ноги меня уже пронесли по коридору следом, и я застыла под дверью, прислушиваясь изо всех сил. Ситуация пикантная, но я ничего не смогла с собой поделать, потому что от мысли, что Джек и Белолия там вдвоём, в груди забурлил кипяток.

Сперва звенела тишина, и она казалась особенно гнетущей. Но потом я расслышала разговор за дверью. Надо же? Кто бы мог подумать, что двое, оставшись наедине за дверью, начнут разговаривать?

Я прислушалась, голос Белолии прозвучал так, будто она выпрашивает.

– Может, всё-таки попробуем?

– Я уже говорил, что не стану идти на такой риск, – ответил Джек.

– Но ты же не станешь отрицать, что у тебя есть чувства. Я же предлагаю тебе не мир захватить. А лишь признаться в них, – не отставала леди Лист, а у меня от этих слов сердце пропустило удар. – Кому это навредит?

Что-то зашуршало, а у меня голова пошла кругом, если бы не дверной косяк, точно с грохотом свалилась бы, и они обнаружили бы меня под дверью.

– Бели, я сто раз говорил, что не хочу торопиться.

В голове застучало: он назвал её Бели? Значит, у них и уменьшительные имена есть. А она его называет как? Джеки? Тыквоглавик?

Мне стало дурно, захотелось на воздух, но перестать вслушиваться в разговор не могла и только сильнее впилась пальцами в дверной косяк.

Снова послышался голос леди Лист:

– Да сколько можно? С таким успехом нужное время никогда не настанет. Мне надоело, что ты тянешь. Если так продолжится, я сама всё скажу.

– Не смей, Бели, – потребовал медноволосый негромко. – Сейчас не время для этого. Сама знаешь, что происходит. Я хочу, чтобы всё было красиво, а не в спешке перед самым напряжённым Хеллоуином.

– Знаю, – раздался чуть повышенный голос Белолии, – именно поэтому настаиваю. Кто знает, что будет после Хеллоуина. Глупо не пользоваться моментом.

От волнения мне сделалось