Леди из охотничьего домика, или Отвергнутая жена - Екатерина Стрелецкая

Марго откинулась на спинку кресла и сложила руки на груди, отведя задумчиво глаза в сторону, словно не зная с чего начать. Я её не торопила, хотя и волновалась за Софи: всё-таки её открытость и спокойствие, с которым она рассказала о себе, мне импонировали. Никаких лишних эмоций – просто рассказ о прошедших временах. Значит, пережила те моменты, справилась и не цепляется за них, акцентируя внимание на ошибках или успехах. Просто какие-то этапы, оставшиеся позади. И это тоже немало сказало о личности Марго.

– Скажите, госпожа Вербер, а вы вообще хоть что-нибудь знаете о Зауберерском озере?

– Совсем ничего, кроме того, что вода в нём чем-то отравлена, а рыба вырождается, превращаясь в уродцев.

– Отравлена... – фыркнула Марго, качая головой и сразу как-то темнея лицом. – Вот тут вы не ошиблись, но вначале в двух словах попробую рассказать о его особенностях. Зауберерское озеро считалось некогда одним из самых чистых не только в этих краях, но и во всём Бронхедже, даже когда он именовался Зеенландом. Многие до сих пор ругаются, что из-за смены правящей династии поменялось не только название страны, но и суть. Но да ладно. Главной особенностью являлась вода, но вот ценностью, сделавшей его таким – рыба. Само озеро и так богато было различными видами, водившимися в достатке, а порой даже в избытке, но главное его сокровище – это сиприны. Вы, возможно, даже могли их видеть, хотя встречаются они всё реже и реже, к сожалению. Сиприна – это достаточно крупная рыба золотисто-бурого цвета и парой усиков, но не таких длинных, как у обычного сома.

Сиприны... Так вот кто устроил мне целое представление перед тем, как я отправилась к Марго. Вообще забавно, учитывая, что по-латыни cyprinus – это как раз-таки карп.

Однако Марго сделал верный вывод, бросив мельком на меня взгляд: – Значит, видели... Мне же проще: понимаете, о какой именно рыбе идёт речь. Так вот, основная ценность сиприн заключается в их способности очищать воду, неважно, чем бы та ни была загрязнена. В общем-то, это было достоянием семьи Вангер, которое, к сожалению, сгубил Эгон собственными руками.

– Это как? Если вы сказали, что сиприны способны очищать воду, то каким образом озеро пришло в такой плачевный вид?

Раздался тяжёлый вздох, после чего Марго налила себе из графина воды в стакан: – Согласна, хрустальный графин со стаканами смотрится в трактире нелепо, но бывая в доме Эгона или в его охотничьем домике, всегда хотела иметь у себя такие же. Небольшая слабость к роскоши, которую я могу себе позволить удовлетворить. Но я отвлеклась от темы нашего разговора. Пусть вы не в курсе особенностей озера, зато наверняка слышали, что с годами Эгон Вангер катился по наклонной всё сильнее и сильнее. Бесконечные кутежи, карты, необдуманные поступки, разорившие его в конце концов... А чем любят ещё заниматься подвыпившие мужчины? Верно! Хвастаться, показывая своё превосходство и уникальность. Вот однажды он решил всем доказать, каким поистине удивительным озером владеет. Его хмельные дружки поддержали идею проверить, насколько долго вода способна оставаться чистой и как быстро очистится, если в неё накидать всякой дряни. Двух чанов с помоями, вылитых в озеро, им показалось мало, тем более что не такой уж и серьёзный урон, если посмотреть с обывательской точки зрения: всё это прекрасно со временем уничтожается природой. А надо сказать, что помимо озера Вангеры владели шахтами по добыче различной руды.

Тут уже настала моя очередь схватиться за голову. Я никогда не забывала о первом своём образовании и прекрасно помнила, какой урон экологии может наносить разработка ценных ископаемых.

– Марго... Неужели они вылили в озеро отходы от производства и добычи...

– Именно. И не просто вылили, а сбросили семь огромных бочек, пробив в них предварительно дыры. Я плохо разбираюсь во всех тонкостях горного дела, но Эгон рассказал, что там не только сливы были, но и ядовитые руды, которые являются неизменными спутниками тех, которые нужны для литейщиков. Первое время ничего не происходило: вода оставалась чистой, рыба вела себя как ни в чём не бывало. Эгон даже выиграл тот спор, заполучив кругленькую сумму, которую, впрочем, также быстро прокутил.

– И он решил, что бочки доставать не нужно?

– А зачем? Всё же в порядке! – раздражённо сверкнула глазами Марго, кивая на стоящий позади неё шкаф. – Госпожа Вербер, может, вам чего покрепче плеснуть, а то вы и так бледненькая, сейчас же совсем на смерть похожи стали.

– Нет-нет, – я резко запротестовала. – Мне лучше воды. Нам с дочерью всё-таки ещё домой возвращаться.

– Как знаете, могу попросить Хэрба вас проводить, чтобы не сбились с дороги.

– Всё равно не стоит. К тому же слышала, что тут в округе нет-нет, да и промышляют разбойники. Я себе места не найду, переживая, что с вашим сыном может что-то случиться, ведь возвращаться ему придётся уже затемно.

– Напрасно беспокоитесь: люди Горста не тронут ни моего сына, ни вас. У них хоть и свои понятия о чести и достоинстве, равно как и отношение к букве закона, но женщин и детей не трогают. Собственно, в трактире царит порядок не только одними моими усилиями, – Марго многозначительно несколько раз приподняла, а затем опустила брови.

– Так понимаю, что после ныне покойного барона Вангера вы недолго оставались одна...

Я понимала, что ступаю на скользкую дорожку, но лучше вот так, полунамёками выяснить расстановку сил, чем гадать и случайно ошибиться.

– Сердцу не прикажешь, а сильные мужчины меня всегда привлекали. Тем более что профессия опасная, век недолог, а тихую пристань все хотят иметь. Вечно бегать от королевских стражей не получится, всё равно рано или поздно настигнут... Зато обеспечить себе репутацию и подготовить всё для спокойной старости время есть. Год-два, и осядут у своих женщин. Дети мои подросли, думаю, смогу ещё одного-двух спокойно родить. Возраст позволяет, силы – тоже. А зная, что это места Горста, другие любители лёгкой наживы сюда не сунутся, иначе встретятся со стражами гораздо быстрее, чем того пожелает судьба. Ещё и проживут меньше, чем отмеряно на роду.

Сурово, однако, зато с этой точки зрения могу быть спокойна за нашу с Софи безопасность. Зато понятно, через кого реализуют и мой золотой лом, и камни. Ещё один плюс в пользу Марго: Ойген точно никогда не узнает о моих махинациях с платьями, даже если заподозрит неладное.

–