Эшелон сумрака - Анна Цой

— Спасибо, — отпрянула я только через время, понимая, от этого ничего хорошего не будет.

Не были же это объятья? Для меня может и да, а для него скорее как простая помощь.

Поезд уже набрал скорость, и мелкие волоски на моей голове раздувало в разные стороны ветром, а кончик косы болтался из стороны в сторону.

— Я никогда не был на крыше, — произнёс мужчина, — где-то здесь есть третий люк. Однако, предлагаю спуститься по моему. Я помогу тебе, не беспокойся из-за высоты.

Я кивнула, ловя на лице лучик солнца. Ещё только конец лета, но здесь уже быстро заходило солнце. От этого на душе становилось немного тоскливо.

— Вы бы хотели, чтобы лето было всегда? — прошептала я так, чтобы он услышал.

Он обошёл меня, едва коснувшись краем плаща, и продолжил путь меж поручней.

— Я предпочитаю зиму, — донеслись до меня слова.

И я отправилась вслед за ним, ловя себя на мысли, что он — совершенно не романтичная натура. В отличие от меня.

Глава 11

Я проснулась от резкого толчка, впечатавшись в острый угол короба со своим инструментом. Бок сразу же полыхнул острой болью, но сама я не издала и звука, боясь разбудить остальных. Правда в этом уже не было смысла: остальные женщины повскакивали со своих мест, испуганно вскрикивая и сбивая с ног друг друга, пока освещенный лишь светом из распахнутой двери со слетевшей пружиной вагон кренился вбок, издавая страшный скрежет.

— Лу! Всемогущий господь, вставай сейчас же! — дёрнула меня за руку Мери, — быстрее! Проснись же ты!

Она заставила меня спрыгнуть на пол. Я добежала до мужского вагона и замерла, глядя на то, как мужчины отцепляют наш вагон, уже без нашей испуганно братией, но с нашими пожитками.

Пожитки! Моя мандолина!

— Женщины, на колени! Глаза к полу! — приказ поверх головы.

Но я почти ничего не слышала — в ушах было только бьющееся галопом сердце, и его было не становить.

Я вырвала руку из захвата начавшей опускаться на пол управляющей, прежде чем она успела это понять. Разбег, прыжок! И из груди выбило весь воздух, когда она напоролась на жёсткие руки, прижавшие меня к такому же твёрдому телу спиной.

— Ты должна была быть в другом месте, Луана! — злой голос Оушена над моим ухом, — какого чёрта я вижу тебя здесь?!

Сбоку по воздуху мазнула светлая длинная прядь его волос. Я выдохнула, удерживая им на весу всё это время. Мои глаза были круглыми, потому как я слышала его живой голос. Через маску он был приглушённее и не таким живым, а сейчас… я хотела обернуться, чтобы взглянуть на мужчину, находящегося так близко ко мне.

— Закрой глаза, — строгий приказ.

Я с сожалением зажмурила их, борясь с желанием приоткрыть хоть один. Хоть на секундочку.

— И не шевелись, — более мягкое, — прекращай ходить босиком, Луана. Это выводит меня из себя. Как и твое непослушание.

Он ловко перекинул меня в воздухе, развернув и прижав к своей груди руками, почти заставляя меня бесстыдно обвить его ногами, чтобы не упасть. Как в детстве.

— Голову на плечо, — подсказал он.

Я послушалась, пробравшись пальцами по его боку к спине. Он был тёплым, не таким мягким, как я представляла, но очень приятным, а ещё защищающим — мне хотелось доверять ему. Даже так, с зажмуренными глазами и в ужасно нехорошей позе.

Мы уже шли куда-то, развернувшись на том месте. У лорда были размеренные чёткие шаги, которые он подкреплял такими же приказами:

— Съехать с моста и разобраться. Вагон уже под водой — вытаскивать его долго и не к чему.

— Моя мандолина! — вспомнила я, — и… ответственность!

На последнем слове я дёрнулась, резко подняв голову и заставив мужчину замереть. Глаза распахнулись сами собой, а нос мазнул по тёплой щеке, дернувшейся будто от удара.

— Милорд… о боже! — увидел нас подлетевший в вагон со шкафами врач.

Мои глаза расширились от страха, но я всё же вспомнила, что мне нельзя смотреть на лорда, потому я зажмурила их что есть силы и бахнула головой о его плечо, стараясь сделать всё так, будто бы ничего не случилось.

Мужчина стоял почти минуту, не поворачиваясь и не шевелясь.

— Пронесло…? — прошептал врач, — вы не задели, маленькая госпожа?

Я стянула пальцами ткань мундира на его спине.

— Я больше не буду, — пробурчала извиняющимся тоном, — простите.

Оба мужчины выдохнули так, словно освободились от чего-то очень тяжелого.

— Это было безрассудно даже для вас, милорд, — пожурил вновь шагающего вперёд Оушена врач, — если бы она вас коснулась…

— Она коснулась, — ледяным тоном произнёс лорд.

Я нащупала пальцами прядь его волос, которую стиснула, стараясь не показать это самому мужчине.

— Это невозможно, — удивлённый тон господина, — госпожа бы уже…

— Потом, — все тот же тон, — у нас проблема серьёзнее, Арзт. Избавь меня от своего извечного желания докопаться до всего и исчезни.

Я уткнулась носом в его плечо — он пах так, как никто никогда не пах. Первыми лучами солнца после нескольких дней грозы, морозным утром, тёмным весенним вечером в яблоневом саду, грибным дождём и утренней росой на яркой траве. Он пах любовью. Моей первой любовью.

— Клаус! — вернул меня в реальность его голос над ухом.

— Милорд, — ответил мужчина где-то рядом.

Я вновь открыла глаза, разглядывая офицера, который вчера был на платформе. Растрёпанный, сонный, но в форме и даже в сапогах, а главное — чётко воспринимающий приказы.

— Я жду отчёт о количестве пострадавших, потерях среди состава и слуг. Материальные убытки переложи на управляющую и её подсчеты. Свободен.

Мужчина строго и безэмоционально кивнул, после чего исчез за той дверью, из которой мы только что вышли — комната для Весты и Мери.

Я напряжённо закусила губу, понимая, что лорд может наказать не только за то, что меня не было в их комнате, но и за то, что солгала ему об этом. Точнее, умолчала.

— Лу…шка! — дернулась ко мне Веста, открыв дверь, но была сбита с ног стоящим рядом солдатом.

— Т-так нельзя! — дернулась я, — ей же больно! П-пожалуйста, отпустите!

Лорд усилил объятья, которыми меня удерживал и ответил с долей злости:

— Сиди спокойно, Лу! Он спас её от смерти. Она не выполнила приказ, — пробирающий до костей тон, от которого я вздрогнула и затихла, — помоги ей подняться, когда мы выйдем, — сказал он тому солдату.

И шагнул в следующий вагон.

— Я могла бы… — начала было я, смотря на то, как закрывается за нами дверь.

— Не могла, — рыкнул он, — молчи и