Волчий дурман. Не моя луна - Елена Синякова

Или в ближайшую гостиницу. Я просто не хочу больше оставаться здесь.

Я медленно моргнул, тут же почувствовав, как в груди заныло.

— Не говори глупости, Дева…

— Я больше не могу! — вдруг выдохнула девочка с дрожью, а я сделал порывистый шаг к ней.

И замер.

Потому что понял отчетливо и страшно, что всё это из-за меня. Снова.

В очередной гребаный раз я сделал ей только хуже, стараясь прорваться в ее сердце и мысли так настойчиво, что только испугал!

— Килан, ты везде! Куда бы я ни пошла, что бы я ни сделала, я знаю, что всё закончится тобой и тем, что я буду вне себе от эмоций! — сжав кулачки, она подняла голову, заглядывая мне в глаза своими голубыми глазищами, заставляя меня задохнуться. — Я хочу быть дальше от тебя, понимаешь? Хочу, чтобы тебе было хоть немного так же больно, как было мне! Я хочу наказать тебя и не думать о том, что я снова тону в тебе, как глупая трусиха! Но вместо этого я понимаю, что ты цветешь и сияешь, а я начинаю медленно сходить с ума от своих мыслей и эмоций!

Я не знал, что ответить на это.

Потому что Дева была абсолютно права.

Я не давал ей прохода в надежде на то, что смогу доказать, что ее ненависть ко мне ничто по сравнению с любовью, от которой она по понятным причинам так сильно хотела отказаться.

Я не давал ей возможности сделать выбор.

И вот итог всему.

Вместо того чтобы приблизиться к ней и стать ближе, я снова откинул себя в этом деле на тот же уровень, когда отказался от нее.

— Я никогда ни о чем тебя не просила. Но сейчас. Пожалуйста. Дай мне уйти.

Если бы сейчас она взяла револьвер и выстрелила мне прямо в грудь, эффект был бы таким же.

Дышать я не мог.

И заговорить сразу не получилось.

Но когда она снова потянулась к двери, я хрипло выдохнул:

— Дева, подожди. Я… Я клянусь тебе памятью своей матери, что не прикоснусь к тебе больше, пока ты не захочешь этого сама. Но не уходи. Пожалуйста.

Впервые за очень долгий период времени я говорил настолько серьезно и с полным осознанием того, что выходит из моего рта, что самому стало не по себе.

Мама была для меня самым близким человеком.

Ее неожиданная смерть подкосила меня настолько, что я до сих пор не мог полностью оправиться от этого.

И Дева знала это.

Поэтому она остановилась и задержала дыхание, глядя в мои глаза не моргая.

Словно могла увидеть мою бешеную обожженную волчью душу.

Я не знал, что бы сделал, если в эту минуту она бы всё равно развернулась и закрыла дверь за собой.

Умер бы, наверное, от тоски и безысходности.

Но Дева застыла, обдумывая мои слова, и неожиданно тихо кивнула, не говоря вслух ничего.

Она поверила мне.

Поверила!

И больше не было права на провал!

Скованно и заторможенно я сделал шаг назад, давая ей больше пространства, и девушка прошла мимо меня, чтобы подняться в свою комнату.

Дева была в комнате и даже переоделась и легла в кровать снова, а я всё никак не мог пошевелиться.

Стоял, глядя в дверь, и чувствовал, как внутри меня вместе с дрожью поднимается комок в горле.

В последний раз я чувствовал такое на похоронах мамы, когда понимал, что больше ничего не будет как прежде… что ее не будет рядом с нами. Никогда. Что мы потеряли ее и, что бы ни сделали сейчас, уже не сможем вернуть.

В голове тонким обрывистым пульсом билась только одна мысль: мне должно быть больно.

Должно быть настолько больно, чтобы Дева пресытилась этим.

Волчьи боги, да я бы умер, если бы только знал, что меня смогут вернуть с того света ради нее!

Впрочем, только одно мое состояние было похоже на смерть.

И если Дева этого хотела, то я был готов пройти через свой собственный ад.

От эмоций и боли дрожали руки, когда я достал телефон из штанов и быстро набрал Ская, потому что знал своего друга слишком хорошо и представлял, где он мог быть.

Он ответил не сразу.

— Кил, снова не спишь? — задорно прозвучал его голос, а я только выдохнул:

— Ты в «логове»?

То, что Скай перестал улыбаться и тут же поспешил выйти из шумного помещения в коридор, я ощутил даже через телефонную связь.

— Чернявый, что случилось? — от игривого настроения друга не осталось и следа.

— Приезжай за мной.

— Ты серьезно?

— Да. Я жду.

***************************

Ну что?

Теперь ты довольна, Дева?

Ты сказала ему всё, что было на душе, и, кажется, теперь могла бы вздохнуть с облегчением и чувством полного облегчения!

Так почему не радуешься?

Я смотрела на себя в зеркало ванной и не понимала, что происходит.

Не было ни радости, ни облегчения, ни хоть какого-нибудь изменения в душе.

Добавилось еще больше боли… и стыда за то, что я не сдержалась.

Взгляд Килана не выходил из моей головы.

Растерянный, подавленный… если не сказать убитый.

Так он еще никогда не смотрел на меня.

Его не было рядом.

Впервые за то время, что я стала жить в его доме.

Не было рядом его искрящихся эмоциями глаз, в которых можно было захлебнуться за долю секунды.

Не было его шальной широкой улыбки, которая всегда встречала утром и провожала сотни раз за день.

Ведь ты этого добивалась, так почему не спала всю ночь и