Нежеланная жена дракона, или Император готовке не помеха! - Злата Тайна

взгляд медленно поднялся и встретился с моим. — Как и сама хозяйка.

Эти слова прозвучали как самый сокровенный комплимент. Он видел не просто еду. Он видел мою душу в ней.

Даррион встал. Его тень накрыла меня, и на мгновение в зале стало темнее. Он достал из складок плаща небольшой, но явно тяжёлый кожаный мешочек и положил его на стол рядом с пустым блюдом. Звон монет был глухим, весомым.

— Благодарю за угощение… леди Амброзия, — сказал он, и в последних словах прозвучала не насмешка, а нечто иное — уважение? Признание равной? Его глаза, горящие в полумраке, на прощанье скользнули по моему лицу, задерживаясь на губах, на спутанных от кухонного жара волосах, выбившихся из-под платка.

Он накинул капюшон и вышел так же бесшумно, как и появился. Дверь закрылась за ним, и колокольчик над ней едва слышно звякнул.

Я сидела, не в силах пошевелиться, глядя на пустое блюдо и мешочек с деньгами. Воздух вокруг всё ещё вибрировал от его присутствия, словно после пролета хищной птицы. Я знала, не открывая, что там лежала сумма, во много раз превышающая стоимость ужина. Это была не оплата. Это был знак. Его молчаливое, но безоговорочное признание.

Медленно, почти не веря, я протянула руку и взяла мешочек. Кожа была ещё тёплой от его прикосновения. Я сжала его в ладони, чувствуя, как тяжёлые монеты отдаются в пальцах тупым, весомым звоном. Сердце бешено колотилось в груди, посылая по жилам волны жара, смешанного с леденящей дрожью. Он был здесь. Он видел моё царство. Он попробовал пищу моих рук. И ему понравилось.

Это уже была не просто победа над ван Дорном. Это было нечто большее, более глубокое и опасное. Это было начало новой игры, где правила были мне неизвестны, а ставки — непредсказуемо высоки.

— Хозяйка? — робкий голос Ингрид вывел меня из оцепенения. Она стояла в дверях на кухню, с круглыми от ужаса и любопытства глазами. — Это… это был…?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— О, Боги, — прошептала она, прижимая руки к щекам. — Что он хотел? Он что-то узнал?

— Нет, — наконец выдавила я, и голос мой прозвучал чужим. — Он… просто поужинал.

Я разжала пальцы и посмотрела на мешочек. Это была не просто плата. Это был вызов. Приглашение к танцу, где партнёр знал все мои секреты, а я не знала ни одного из его. И от этой мысли по спине пробежал одновременно и страх, и пьянящий, запретный восторг. Дракон спустился в моё «Гнездо». И теперь я понимала — обратной дороги нет.

Глава 37

Утро после визита Дарриона началось с того, что Пепсомар, проснувшись, чихнул прямо мне в лицо, выпустив облачко дыма, пахнущего подгоревшим молоком и тревогой. Видимо, дракончики чувствуют эмоции хозяина. Я отряхнулась, сунула ещё тёплый мешочек с монетами в потайной карман и, позвав с собой Лео для компании и переноски, отправилась на рынок. После вчерашней грозовой атмосферы мне отчаянно нужна была простая, шумная, пахнущая жизнью обыденность.

Рынок встретил меня своим оглушительным хором. Крики торговцев, мычание скота, звон монет — это был идеальный антидот от дворцовых интриг. Я шла, вдыхая знакомый коктейль запахов: свежая зелень, копчёная рыба, специи и запах тысяч ног, протоптавших эти мостовые. В голове, однако, упрямо всплывали обрывки вчерашнего: золотые глаза в полумраке, тёплый мешочек в руке, низкий голос, произносящий «леди Амброзия»…

— Хозяйка, смотри! — пискнул Лео, внезапно материализовавшись у моего уха и указывая прозрачным пальцем на прилавок молочницы. — Новая партия сыра! Говорят, он шепчет новые комплименты!

Я фыркнула, отгоняя наваждение. Вот он, настоящий мир. Мы подошли к лавке. Молочница, дородная женщина с веснушками и хитрыми глазками, увидев меня, расцвела улыбкой.

— Леди Амброзия! Как раз для вас! — она похлопала по головке круглого сыра с голубоватой плесенью. — Этот камамбер — просто песня! Послушайте!

Я наклонилась, делая вид, что прислушиваюсь. От сыра действительно исходил едва слышный шепоток: «… хочу растаять в твоём рту…»

— Он всем это говорит? — уточнила я, поднимая бровь.

— О, нет! — возмутилась молочница. — Только самым красивым и щедрым покупательницам! Правда, вчера он то же самое прошептал Боргару, мяснику, но мы решили, что это он просто от солидности клиента.

Я не удержалась от смеха. Это было именно то, что нужно. Пока я выбирала сыр, Лео, не в силах устоять перед блестящими безделушками на соседнем лотке, начал невидимо перебирать бусы, вызывая у торговца приступ паники — украшения сами по себе перекатывались и падали.

— Ну и ветра сегодня, — буркнул торговец, хватаясь за голову.

— Очень резкий сквозняк, — согласилась я, кивая с невозмутимым видом и отвлекая Лео жестом, чтобы он ненадолго занырнул в мою сумку.

Следующей остановкой был Боргар. Увидев меня, он хмыкнул и с силой воткнул свой тесак в колоду.

— А, наша главная по скандалам! — проворчал он, но в его глазах читалось одобрение. — Слышал, твоё «Гнездо» самого «Феникса» облетело. Молодец. Значит, мясо буду поставлять дальше. Вот, держи, — он сунул мне в руки огромный окорок. — С прошлого заказа остался. Сочный. Считай, подарок с пожеланиями не доводить больше рестораторов до банкротства. А то кто ж меня тогда кормить будет?

— Постараюсь, — пообещала я, с трудом удерживая тяжёлый окорок. Лео, сидя в сумке, невидимо подталкивал его, чтобы я не уронила.

Пока я торговалась с Фреей за партию особенно упругих кабачков (она клялась, что они с магической плантации, где каждый овощ поливают лунным светом, но на вид они были самыми обычными), мои мысли снова уплыли. Я представила, что бы сказал Даррион, увидев эту суматоху. Усмехнулся бы? Счёл бы это недостойным? Или, может, в его усталых глазах мелькнуло бы то же самое, что я видела вчера — простое человеческое любопытство к этой кипучей, неидеальной жизни?

— Три медных, и ни монетой больше! — огрызнулась Фрея, выдергивая меня из раздумий. — Или ищи свои лунные кабачки в другом месте!

— Два медных и моя вечная признательность, — парировала я, возвращаясь в реальность.

— Признательность сыт не будешь! Ладно, забирай, замучила!

С покупками мы отправились к лавке специй. Здесь царил настоящий хаос. Купец, смуглый мужчина в пёстрых одеждах, с яростью гонялся за своим помощником — мальчишкой-подмастерьем, который, чихнув, случайно выпустил из мешочка облако перца чили.