Александр Бромов - Игры богов

Чарскьен с трудом сфокусировал на нем взгляд и попытался замахнуться, но его руку легко перехватили и завернули, разворачивая спиной. Йёвалли выпустил когти и провел ими по шее принца, рисуя кровавые полоски.

— Ае, не надо, — шепотом попросила Эджен, судорожно прижимая ладони к груди, — Пожалуйста.

— Ты слушаешь меня, Высочество? Конечно, слушаешь, — Лас говорил тихо, так, чтобы его слышал только он, — Если ты еще хоть раз дернешься в сторону Санти, я буду иметь тебя как захочу, где захочу и когда захочу. Ты понял меня, принц? Если обидишь сестру — убью. Ничего не обсуждается.

Ласайента брезгливо оттолкнул Чарскьена от себя и уже на ходу вытер руки платком, небрежно перебросив его слуге.

— Миледи, — йёвалли учтиво склонился пред Эджен, — Он больше не будет.

Девушка быстро кивнула и взяла Ласа под руку:

— Папа, мы пойдем, да? — она нервно поправила волосы и быстро покосилась на шатающего брата, вытирающего лицо рукавом.

Найири хмуро качнул головой и махнул рукой стражникам у входа, чтоб помогли сыну. Андерс усмехнулся: плохой знак, сам не подошел. Побрезговал.

Чарскьен медленно оглянулся вокруг себя и не встретил ни одного сочувствующего взгляда. Осуждение. Пренебрежение. Презрение. Отвращение.

— Отец, — он нашел глазами Найири, — И ты это так оставишь?

Король уже повернувшийся, чтобы подняться наверх, оглянулся.

— Нет, как можно? — он огорченно всплеснул руками, — Поймаю и уши надеру, чтоб дурью не маялся. У них гастроли скоро, дом надо достраивать, дел на заводе выше крыши, на северной границе не спокойно, а он решил отпуск взять. Оригинальное решение проблемы, конечно, но меня оно не устраивает.

— Ты ненормальный! — сын вырвался из рук стражников, и сделал нетвердый шаг вперед, чуть не споткнувшись, но один из дэмов успел придержать его.

Гости, начавшие расходиться с места драки, замерли на месте.

— Извини, Найири, — Таамир смерил принца холодным взглядом, под которым тот почувствовал себя букашкой, — ты прекрасный отец, но мальчикам не хватает материнской ласки и внимания. Женился бы ты что ли? — дракон вопросительно повернулся к мрачному королю.

— Надо обсудить, — задумчиво произнес быстро сориентировавшийся в ситуации Андерс и пощелкал Найири по груди, — Пошли, у меня как раз парочка кандидатур на примете имеется, — он подхватил друга под локоть и увлек вверх по лестнице, продолжая расписывать достоинства будущих королев. Вардис быстро переглянулся с Таамиром и прошел следом, а Ин чу не спеша приблизился к принцу.

— Вам помочь, Ваше Высочество? — он заботливо поддержал демона, и тому стало страшно, — Не дергайся, мой маленький друг, — тихо проворковал король, стискивая его локоть железными пальцами, — и тебе не будет больно. Обещаю.

От его улыбки ашурта прошиб холодный пот, он попытался вырваться, но стрельнувшая до самого плеча боль, попросила не делать глупостей и повиноваться. Таамир кивнул Маярту, чтоб тот прикрыл его, открыл портал и вежливо помог демону переступить границу. В следующий миг тот чуть не пропахал носом насыщенно-красный ковер гостиной Ин Чу.

— Произведение искусства мне не испорть, — холодно посоветовал ему дракон, — Сколько тебе лет? — он начал медленно обходить поднимающегося ашурта, заложив руки за спину, — Почти тысяча, если мне память не изменяет? Взрослый сильный мужчина, — дракон усмехнулся и вдруг, шагнув к нему со спины, стиснул в железных объятиях и схватил за волосы, оттянув голову назад, — Сопротивляйся, что же ты? — дракон прижался к его щеке и прошептал, — А ему было шесть лет, и он дрался, как дьявол. Заметь, мальчишка, а не взрослый. Знаешь, что я сделал? — рука Таамира скользнула вниз по груди принца, чтобы перехватить и вывернуть его кисть, — Бросил его в подземелье.

Резкая боль остановила рванувшегося в сторону Чарскьена, заставляя выгнуться дугой, и его начало ощутимо трясти от омерзения и страха перед тем, что сейчас с ним сделают. Неужели отец дал согласие на это? Нет, он ничего не знает! Он бы не допустил такое никогда! Демон забился, пытаясь освободиться, и тут же снова чуть не задохнулся от боли.

— Спокойно, мой маленький друг, спокойно, — сквозь зубы тихо посоветовал Таамир, — я не собираюсь тебя туда садить, если ты меня к этому не вынудишь. А ведь ты меня не вынудишь? Или нет?

Демона передернуло, потому что Ин Чу, грубо притянув его к себе, проникновенно зашептал прямо в ухо:

— Темнота, тишина, сырость, одиночество и крысы. Там есть такой желобок, с которого капает водичка. Кап-кап-кап, — дракон сокрушенно покачал головой, — Сильно действует на нервы. Мальчишка продержался два года. Целых два года, но и после этого пощады не запросил. Просто лег и перестал подниматься, — король сжал челюсти, отгоняя старые воспоминания, — Взрослые ломались через месяц-другой. Сколько продержишься ты, мой маленький друг? Год? Два? Пять? Что ты замер? Тебе нравится? — он провел рукой по груди ашурта, едва сдерживая отвращение, и вдруг резко оттолкнул его и закричал, — Давай, дерись, как твой брат! Дерись, дьявол тебя побери! Какой-то мальчишка два раза отсидел в моем подземелье и не сдался, а ты — сильный закаленный воин, дрожишь, как девка! — Таамир провел по лицу ладонями и добавил уже спокойнее, — Неужели мальчишка сильнее тебя? Я со счета сбился, сколько раз он сбегал. Это же надо иметь столько фантазии! Я понятия не имел, что он сделает в следующий раз. Даже убить попытался, — король удивленно покрутил головой и хмыкнул, — Пришлось освежить детские воспоминания.

Ин Чу неожиданно ударил демона в живот, потом под колени.

— Устал стоять на ногах. Отдохни, — посоветовал он, — Мне как-то это действует на нервную систему: качаешься и качаешься, — он присел за спиной ашурта, потянул его за волосы, выпрямляя, и, положив ладонь на его шею, продолжил, — Когда через два года он рассмеялся мне в лицо — я сдался. И он все-таки сбежал, чертов мальчишка, — дракон недоуменно покрутил головой и неожиданно свистяще прошептал, — А чтобы ты прочувствовал всю ситуацию до конца — эксклюзив. Только для тебя, мой маленький друг.

Таамир неожиданно оттолкнул его, спокойно встал и отошел, вытирая руки платком и временами поглядывая на стоящего на коленях демона.

— Как ощущения? — с любопытством поинтересовался он, — Ничего не понял?

Чарскьен исподлобья смотрел на короля, начавшего снимать выпачканный в крови камзол.

— Ты, мой красавчик, — Таамир расстегнул манжет рубахи и ласково позвал, — Ползи сюда, — он потопал носком ноги по ковру, — но помни, он мне дорог.

Ашурт послушно коснулся руками пола и пополз к нему на четвереньках.