Невозможная принцесса - Ольга Олеговна Пашнина

- Увы, мы лишены этого дара.

Но Селин как-то очутилась на Земле и убила меня. Значит, лишены не все, только блондин не в курсе. А что насчет Самаэля? Он обязан знать о талантах любимой супруги.

Здесь даже ветер был! Искусственный, конечно, но такой приятный и ласковый. Я бы просидела здесь всю ночь, но наверняка начнется официальная часть, речи, танцы, представления. Но, быть может, удастся ускользнуть и дать себе пару часов наедине с природой. Никогда не думала, что мне ее будет не хватать. Клянусь, стыжусь каждой брошенной на землю бумажки.

Блондин вдруг поднялся. Сначала я подумала, он хочет пройтись. Но он зашел мне за спину и на несколько секунд застыл. А затем с ножки бокала сорвалась капля холодной воды, коснулась шеи и стекла к ложбинке, оставляя влажный след, по которому заскользили горячие пальцы.

От такой наглости я даже рот открыла.

- Эй!

- До полуночи еще есть время, но я всего лишь дразню аппетит…

- Я тебе бревно в одно место засуну! Боги, ну почему вы все одинаковые? Что, познакомиться на вечеринке с девушкой и не облапать ее в первые же минуты – недостижимое колдунство?

- Хочешь поиграть? Понял, жду полночь, но не думай, что упущу тебя из виду.

- Все, хватит! – Я поднялась и выплеснула содержимое бокала прямо нахалу в лицо. – Счастливо оставаться!

- Погоди! Стой!

Он вцепился в мое запястье, не давая покинуть сад.

- Ты что… да быть такого не может… ты вообще не понимаешь, куда пришла, верно?

8.3

Иные не стареют. Не превращаются в дряхлых развалин и не чувствуют того, что души – в своих воплощениях на Земле – называют возрастом. В детстве Самаэль часто задавался вопросом: почему тогда они не остаются вечными детьми? Почему Харон и Вельзевул выглядят старше, а Ридж так и остался почти юнцом?

«Все зависит от баланса энергий, - говорил отец. – Старение – лишь проявление дисбаланса. Ничто не мешает жизненной энергии смертных утекать из тела. Нашей мешает магия. Именно она не пускает нас на Землю. Именно она не дает нашим телам стареть, гнить и растворяться в окружающем мире. Именно магия мешает душам жить на Земле, сами законы мироздания. Поэтому души запечатывают эту энергию. Их жизненная энергия должна утекать, они должны стареть и умирать, отдавая всех себя миру. А иначе почему, как ты думаешь, Земля так прекрасна?».

Селин осталась в самом прекрасном своем облике. Самаэль помнил ее ребенком, ровесницей Аиды, но восхищаться начал, когда жена стала такой – взрослой, знающей себе цену, идеальной в каждом проявлении.

Сегодня, как, впрочем, и всегда, Селин выбрала темно-зеленый. Классическое сочетание с огненной копной волос. Наверное, они и впрямь смотрелись эффектно. И Самаэль прекрасно понимал: каждый в этом зале, несмотря на маски, знает, кто перед ними.

- Я с детства знала, что стану твоей женой, - вдруг произнесла Селин, когда Самаэль принес ей бокал эссенции. – Никто не скрывал, Повелитель не упускал случая напомнить, что мой дар должен быть под контролем.

- Селин…

- Сначала я не думала об этом. Потом мы выросли, и ты мне понравился. Я подумала: «а ведь быть невестой Самаэля – это нечто невероятное!». Потом мы поженились, и я тебя полюбила. Конечно, у меня не было выбора, можешь смеяться, но он мне и не был нужен.

- Селин, это мой первый выходной за много месяцев. Нам обязательно сейчас это обсуждать? Именно в эту ночь?

- Если я попрошу развод, ты меня отпустишь?

- Ты хочешь развод?

- Я хочу знать.

- Ты прекрасно знаешь. Нет, Селин, для нас с тобой развод невозможен. Ты не можешь от меня уйти. Ты это хотела услышать? Зачем? Чтобы сделать себе еще хуже?

- Иногда кажется, - она поморщилась, и Самаэлю стало стыдно, - что тебе это нравится. Нравится быть мне не мужем, но хозяином. Только знание, что я не могу уйти, заставляет тебя меня хотеть.

- Возможно… - Он повертел в руке рыжую прядку. – Через несколько минут посмотрим… в чем еще ты не можешь мне отказать. И насколько…

Она с шумом выдохнула, а от эссенции донесся отчетливый аромат его любимого черного кофе.

- Твои ощущения соответствуют действительности.

- Кто она?

- Что?

- Кто такая Аида Даркблум? Ты никогда не заставлял меня убивать. Ты знал, что существует эта грань. Ты использовал мой дар столько, сколько я себя помню, но всегда делал так, чтобы мне казалось это помощью. Или, может, работой. До нее. Ради нее ты перестал считаться со мной, и я хочу знать, почему. Кажется, я имею на это право?

Никто не должен знать. Ни одна живая и мертвая душа, ни один иной, ни одна горгулья не должна услышать, что Аида – его сестра, по крайней мере пока. Но Селин становится сложнее контролировать. Она боится. А ее дар – единственная ниточка, связывающая Самаэля с Землей. И во взгляде у нее уже нет былого обожание, хотя желание еще осталось неизменным.

- Она…

- Я должен советовать тебе немедленно убираться отсюда, - услышали они знакомый голос – Риджа ни с кем не спутаешь. Разумеется, он не пропустит маскарад. – Но я лучше просто подожду полуночи, и буду наслаждаться тем, как ты принимаешь правила игры.

- Знаешь, правила едины для всех, но если однажды на маскараде Риджу дадут по морде, то не удивлюсь.

Губы Селин тронула улыбка, но тут же исчезла, когда раздался второй голос:

- Ты, похоже, и вправду меня не знаешь. Когда я не могла обыграть отца в шахматы, то начинала играть в шашки. Счастливой оргии!

- Это же не… - Самаэль осекся.

- Не смей! – Селин с такой силой сжала ножку бокала, что та разломилась надвое, и остатки эссенции выплеснулись на платье. – Минута, Самаэль, минута! Не смей оставлять меня одну ради нее!

- Я скоро вернусь, - бросил он.

А потом рванул в зеленый лабиринт, ловить эту невозможную девчонку прежде, чем ее поймает кто-нибудь еще.

***

- И куда же я пришла? Не хочешь просветить?

Блондин пожал плечами.

- Ты облила меня, с чего бы мне тебя просвещать?

- Ты меня облапал.

- Здесь