Джорджина Вилсон - Короли вечерних улиц. Наследник

— Ты, видать, хорошо французским владеешь? — ого. Ввела Леру в ступор! 10 очков в пользу Лики.

— И что с того? — явно не понимая, к чему я веду, спросила она.

— Да с русским у тебя плоховато, — и я сделала печальное выражение лица. — Должно быть, частое окрашивание волос вредит не только их структуре, но и тому, что у тебя под ними, — Лера вновь ничего не поняла. Эх. С кем я разговариваю? — Да про мозги я говорю! Правда, вижу, у тебя их и вовсе не было, а если и были, то тебе сильно не повезло — тебя забраковали с рождения.

— Да что ты…? — начала было девушка, но ее так вовремя перебила вошедшая в комнату Ксения.

— Вы тут не ругаетесь? — поинтересовалась она. Конечно. Встречу этих двух таких разных и не имеющих ничего общего, (хотя кто знает?) девушек, мы с Димой благополучно пропустили.

— С чего ты взяла? — хмыкнула я. — Мы всего лишь спорили о проблеме африканских детей в Австралии.

Обе девушки так и выпали в осадок после моего заявления. А я, оставив их наедине с отпавшими челюстями, прихватила из холодильника пакетик с кровью и удалилась.

Куда-либо ехать, чтобы развлечь себя любимую, было опрометчиво и рискованно — Москва город чужой и, к тому же, большой — потеряться в нем проще простого. Да и куда я пойду без моего единственного близкого человека? Поэтому я просто решила выйти на балкон и позагорать на теплом солнышке. Там как раз стояло два шезлонга — вот тебе и развлечение и никуда ходить не надо.

Порывшись в вещах Ксении (а что такого? Родственнички все-таки!), я нашла крем для загара, после загара и лосьон для тела. Быстренько удалившись из ее апартаментов, предварительно проверив, не осталось ли там следов моего пребывания, я надела купальник цвета морской волны и даже нашла в прикроватной тумбочке солнечные очки мужа от Ray Ban, те самые, в которых он был, когда мы впервые встретились. Это были приятные для меня воспоминания, и я неосознанно нежно провела по оправе пальцем.

— Эх. Почему не я не на их месте? — прозвучал над моим ухом голос, насквозь пропитанный наигранной печалью.

Я медленно развернулась и оказалась в руках любимого.

— Я скучал, — пробурчал он мне в плечо.

— Тогда где ты пропадал? — упрекающее спросила я, сжав в кулачках ткань его черной рубашки, в которой он так сексуально выглядел. Правильно Лика! Давим на жалость!

— Дела клана. Собирался совет. Надо было решить некоторые вопросы, — я поглядела в его ясные зеленые глаза.

— А зачем ты ездил в Италию? — этот вопрос давно меня интересовал.

— Хмм. Где ты пропадал, зачем ездил в Италию… А вчера так яро осаживала Валерию, которая чуть задержала на мне свой похотливый взгляд, — муж нахально улыбнулся. — Уж не первая ли это стадия превращения моей Лики в ревнивую жену, которая все время будет меня контролировать? — парень нагло приподнял бровь, усиливая свой образ демона-искусителя.

— Ах так, да? Чуть задержала свой взгляд? Ревнивая жена, значит? — я быстро схватила подушку с кровати и ударила Диму по попе. — Ну, держись, говнюк!

— Нет! Не надо! — театрально закричал Дима, будто призывал кого-то на помощь. — Я буду жаловаться! — отвлек все-таки меня своими речами и взял себе оружие для нашего «поединка». — Моя дама сердца, не провоцируете своего рыцаря, иначе я буду вынужден защищаться, — и Соколов прижал подушку к своей груди, как будто она действительно могла спасти его от меня! Три раза «ха».

— Приготовься к поражению, — и это все, что нужно было сказать, чтобы я перешла к активным действиям. А что тут делать-то? Порвала клыками несчастную подушку и высыпала все это на ничего не подозревающего супруга.

Дима закашлялся и принялся безостановочно чихать.

— Ну… «апчхи»… ты… «пчхи»… ты «пчхи», — Дима сумел (хотя и с большим трудом) очистить свое лицо от перьев. — Короче, это было нечестно.

— А кто говорил, что будет по-честному? — я не осталась равнодушной к этой душещипательной картине «а-ля курица» и быстрыми движениями принялась выщипывать перья из волос и одежды мужа, приводя последнего в порядок.

— Ты непредсказуемая бестия, — вздохнул он, когда все перья были вытащены из его волос и костюма.

— Но ведь ты же любишь меня за это? — улыбнулась я.

— Ну… — вот зараза! Своими методами решил меня помучить? Не дождешься! Я замахнулась на него второй подушкой. — Вообще-то не только за это.

— Ооо, — протянула я. — Тогда иди сюда, — я потянула Диму за галстук, и, он, как обычно, подумал, что я хочу его поцеловать. Ага! Как же! Сам же сказал «непредсказуемая». Вот теперь люби такой, какая есть. Его губы уже находились в трех сантиметрах от моего рта, как я все обломала. — Ты же не думал, что я просто ушла от темы? — Дима разочарованно посмотрел на меня. — Так зачем ты ездил в Италию?

— Чтобы продать свою компанию, — моментально ответил муж и снова попытался поцеловать меня. Но мне было не до этого.

— Дим, — он вновь прервался и посмотрел мне в глаза.

— Мне очень жаль, — я говорила искренне и мне хотелось, чтобы он знал это.

— Я знаю, но не стоит, — у меня создалось такое ощущение, как будто его это больше не волнует. Он опять приблизился к моему лицу.

— Нет. Почему не стоит? — Дима не выдержал и сел на кровать.

— Потому что все хорошо.

— Ага! Зашибись вообще! Ты продаешь свою компанию, а…

— Уже продал, — невозмутимо вставил он.

— Уже продал, а тебе как будто все равно! Ты же сам ее создал! Ты из нечего сделал состояние! Ты без помощи отца построил империю! — я начала задыхаться от возмущения.

Дима потянулся ко мне и усадил к себе на колени.

— Лик, все правда хорошо, — прошептал он мне на ухо. — Об одном выгодном предложении узнал Кирилл, и мы вылетели утром в Рим. А когда мы прилетели, я узнал, что покупатель — мой давний друг Филипп. Поверь, я отдал компанию в надежные руки, — я подняла свои глаза на него.

— Филипп это тот итальянец, что прилетел с вами? — теперь в моей голове все более-менее прояснилось.

— Да, — просто ответил он и уже без всяких прелюдий приник к моей губам.

— Но… — я успела выговорить лишь это, прежде чем страстный поцелуй мужа полностью подчинил меня себе. Никогда не устану восхищаться его губам и тому, что он вытворял ими со мной. Я чувствовала себя так, словно я взлетаю в облака и даже выше, как будто нас нет, как будто мы не в этом мире, а где-то там, в космосе. Мы — звездная пыль…

Глава 23

Глобальные перемены в моей жизни все еще приятно меня удивляли. Я никогда не испытывал таких чувств и не жалею, что сейчас они так внезапно возникли. Конечно, я не верю в судьбу или рок, но, встретив свою жену, начинаю сомневаться в этом.