Кукла для монстров - Елизавета Владимировна Соболянская

девушка поежилась и попросила: – Не рычи, голова болит. Кажется, у меня сотрясение.

– Сотрясение?

– Сильно ударили по голове. От громких звуков меня тошнит. Просыпайтесь и предупредите всех, кого можете. Не знаю, сколько я тут протяну – без магии.

Тут Виктория постаралась лечь удобнее, но стукнулась головой о прутья и со стоном проснулась.

В сарае стало темно. Кто-то шуршал в темноте, но во рту страшно пересохло. Вика подобралась к миске, немного попила и легла снова, кутаясь в одеяло. Только бы братьям Лимьер поверили!

* * *

Сколько девушка пролежала в темноте, пытаясь согреться – Виктория не знала. Наконец раздались тяжелые шаги, глаза резанул свет фонаря, и возле клетки встал человек в рабочей куртке. Какой-то совершенно невзрачный, не привлекающий внимания. Он молча налил в миску воды, хмыкнул на нетронутые корки и ушел. Вика не стала вскакивать или кричать. Она лежала тихо, стараясь произвести впечатление обессилевшей и больной. Впрочем, притворялась она не сильно – колова казнила за любое движение.

Через несколько часов сверху начал пробиваться неровный серый свет. В узкие окошки-отдушины заглядывало рассветное солнце. Виктория смотрела на солнечный свет и отчаянно сожалела о том, что плохо знает географию и астрономию этого мира. Может, смогла бы понять по движению солнца, где она находится. Впрочем, она и на Земле такими талантами не блистала.

Вскоре строение прогрелось, стало жарко. Скинув одеяло, девушка подобралась к миске и попила. Если день будет жарким, воды надолго не хватит… К ней придут еще раз? Или нет? Зачем вообще ее украли? Аудитор уже сделал записи, вел допросы, да и гвардейцев и помощников непросто будет отвлечь…

Отвлечь! Вот зачем ее украли!

Девушка пришла в такое возбуждение, что даже встала и, пошатываясь, прошлась вдоль прутьев, цепляясь за каждый. Помощница-болтушка пропала, риоры и гвардейцы бросятся на поиски, потратят время, а в суете со склада вывезут то, что там пряталось. И бумаги подчистят. Она ведь видела темный закуток, отделенный от остального пространства склада хлипкой перегородкой.

Только вот что такое она нашла? Корзины, полные соломы, в которых стояли бутылки темного стекла. Здесь стекло уже не запредельно дорого, но вот цветное все еще в чести. Темное стекло, пробки… На стекольном заводике разливают вино? Маловероятно, местность не та. Тогда для чего эти бутылки и почему их пытаются вывезти с риском для жизни?

Побродив по клетке, девушка забралась в самый тенистый угол, чтобы еще подремать и подумать. Бутылки. Ну зачем?

В сон скользнула легко и тут же увидела возбужденного Бирна:

– Вика, ты здесь! Мы отправили вестников! Как ты?

– Сижу в клетке. Воды принесли. Бирн, ты не знаешь, что разливают в бутылки темного стекла с во-о-от такой длинной пробкой?

– Где ты такое нашла? – побледнел магистр.

– На складе. После этой находки меня и украли. Подозреваю, хотят отвлечь риора Бленхейма и вывезти со склада те самые бутылки!

– Я должен срочно уведомить коменданта! Королевское дело! – воскликнул Бирн и пропал.

Вика вздохнула и приказала себе уснуть. Королевское дело – значит королевское дело. Мужчины разберутся. Иногда так приятно быть маленькой, слабой девушкой, от которой ничего не зависит.

Глава 50

Вестники от братьев Лимьер прилетели сразу к его величеству, к риоре Лерае и к аудитору Бленхейму. Старый лис поймал птичку, развернул записку, нахмурился и немедля засвистел, созывая всех к себе.

– На склад! Гвардейцы, приготовить оружие. Королевское дело!

Улыбочка “всеобщего дедушки” скатилась с его лица, и бывалые вояки подобрались.

– Не пулять магией! – предупредил всех шепотом аудитор. – Если мне не соврали, тут, на складе, лежит зажигательная смесь… В разрывных бутылях!

Воины побледнели и подняли все доступные щиты.

– На бархатных лапках! – еще раз предупредил риор, окутываясь щитами, как мантией.

Они успели вовремя – у задней двери склада уже стояла загруженная телега, а два молчаливых мужика накрывали корзины соломой и рогожей. Увидев гвардейцев, они застыли, как сломанные куклы, и были тотчас оттащены от телеги как можно дальше. После чего аудитор сам подошел к корзинам, открыл одну, заглянул и, отойдя немного, пнул одного из грузчиков:

– Сколько тут?

– Триста бутылок, риор управляющий сказывали.

– Куда должны были отвезти?

– До развилки, там встретят и заплатят.

Было ясно, что эти грузчики не знали, что везут, куда и зачем. Скорее всего, бедолаг прикопали бы прямо там, у развилки.

Риор Бленхейм быстро отправил вестница в столицу – с предупреждением и просьбой о подкреплении, и приказал гвардейцам скрытно следовать за другой телегой. Очень-очень похожей, но груженной обычными винными бутылками.

Не успели гвардейцы отъехать, как аудитор с остальными вояками отправился арестовывать управляющего и бухгалтера. А еще спрашивать – куда они спрятали риору Лимьер?

Поймать успели только управляющего. Шустрый бухгалтер, почуяв, что пахнет жареным, скрылся до того, как за ним пришли. Но риор Бленхейм и так был весьма доволен – доказательств преступления целая телега, а значит, никто не выкрутится. Заговор против короля – ни больше ни меньше! Это, риоры мои, орден! И медали всему составу аудита! Вот только девочку куда упекли?

– Ну-ка, любезный, скажите-ка мне, куда вы подевали мою помощницу?

– Я не знаю, риор, – побледнел управляющий, – это все он, бухгалтер наш! Он устраивал!

– А вы, значит, не в курсе?

– Нет-нет, что вы! Ну вот прудик я зарыбил, рыбку коптил, малую копеечку откладывал, а все остальное – это не я!

– Ну-ну, – недоверчиво качал головой аудитор и снова спрашивал. Если помощница погибнет или серьезно пострадает – будет нехорошо. Все же девочку он взял по рекомендации самого короля. А еще риора Лимьер весьма толковая и способная штучка. И “болтушку” сыграла виртуозно, и все козыри предоставила. Даже как-то связалась с королем и прислала подсказку – что искать. Саму вот только неизвестно где спрятали…

– А если подумать? – риор Бленхейм перешел на пугающе-вкрадчивый тон.

– Не знаю! – задергался управляющий.

Аудитор собирался приказать гвардейцу врезать преступнику без затей, но тут завибрировал его медальон – подавая знак о том, что стоит выйти на улицу, потому как риор Бленхейм служил сейчас ориентиром для портала.

Пришлось прервать допрос. А из портала посыпались… сначала братья Лимьер – их риор знал лично. Потом королевские гвардейцы. Потом следователи. Последней явилась риора Лерая с неизменной трубкой в зубах:

– Мою будущую невестку кто-то осмелился обидеть!