Академия мертвых душ. Целительница - Матильда Старр

подробно пересказывал нам историю болезни. Магистр был на высоте. Уточняющие вопросы, которые он задавал, были вполне толковые. Но, к сожалению, отсутствие даже начального лекарского образования чувствовалось. Так что кое о чем приходилось спрашивать самой. Свои вопросы я сопровождала глупым хихиканьем. Для конспирации — нельзя же выходить из образа!

К сожалению, эта долгая беседа хоть и пролила свет на будни лежачего пациента Икс, но никак не прояснила ситуацию с Лартиссой.

— А кроме вас за темным магом никто не наблюдал? Хотелось бы услышать еще одно мнение.

— Периодически мы устраивали лекарские консилиумы… Но вряд ли возможно собрать кого-то из участников сейчас. Это именитые лекари, и у них хватает по-настоящему серьезных дел.

Ну да, ну да. Развлекать взбалмошную девчонку они не станут. Да мне они и не нужны.

— А может быть, вы поручали присматривать за ним кому-то из помощников? — невинно похлопала глазками я. — С ними переговорить было бы куда проще!

— Разумеется, никому я его не поручал! — сверкнул очами лекарь. — Вы, наверное, не понимаете, насколько опасен этот человек. Если бы понимали, не сунулись бы к нему вот так вот, запросто, без магической защиты.

— Был опасен, — напомнила я.

— Ну да, был, — нахмурился доктор. — И все же это был сильнейший ментальный маг. Да я и сам заходил к нему, с головы до ног обвешавшись амулетами. К тому же мы до последнего не знали, не притворяется ли он…

— Да разве можно притвориться, что ты в коме? — воскликнула я совершенно искренне. — Ну то есть… недвижимый и оторванный от жизни. Или у вас были какие-то подозрения? Он делал что-то особенное?

На какое-то мгновение лекарь ушел в какие-то свои мысли, словно забыв о том, что в кабинете есть настырные посетители, и напряженно о чем-то думал. Возможно, вспоминал.

— А ведь, может, что-то такое и было… Хотя нет, не было. Я уверен — он лежал без движения и не приходил в себя.

— Вы уверены? А вдруг ваши помощники что-то заметили?

Хорошо быть дурочкой. Ну не то, чтобы быть, а казаться. Можно задавать один и тот же вопрос хоть десять раз. Глядишь, со временем и услышишь нужный ответ.

— Я же сказал нет! — раздраженно рыкнул лекарь. — Нет у меня достаточно толковых помощников, чтобы я бы мог доверить такое дело.

А вот тут ты, дорогой сэр Ксиландер, ошибаешься. Такая помощница у тебя была. Только вот ты ее не помнишь. Или делаешь вид, что не помнишь. Да-да, этот вариант тоже нельзя сбрасывать со счетов.

Я резко поднялась.

— Ну что ж, вы все очень толково рассказали. Подготовьте нам завтра к утру все документы по темному магу.

— Какие документы? Зачем документы?.. — растерялся лекарь.

Ага, купился! Неужели и правда поверил, что если расскажет все, то я больше не полезу в его записи?

— Я же сказала, по темному магу, — я посмотрела на лекаря как на идиота. А как еще можно смотреть на человека, который лишь с третьего раза вспоминает имя своей королевы? — Мне нужны выписки, цитаты. Иначе преподаватели решат, что я все это выдумала. Это же научная работа, понимаете? Ну же, вы должны знать, что такое научная работа. Вы же где-то учились? Или нет?

Выдав эту тираду, я бросила взгляд на магистра Лэнсора. Если тяжеленное пресс-папье все-таки полетит в мою сторону, надеюсь, он успеет отразить эту атаку.

Но ничего не полетело. Сэр Ксиландер в очередной раз скрипнул зубами и произнес:

— Конечно, приходите с утра. Все будет готово.

Я вцепилась в руку своего фиктивного жениха и потащила его к выходу.

— Милый, ты же зайдешь ко мне? Мы так мало времени проводим наедине, я ужасно соскучилась, — промурлыкала я.

— Конечно, дорогая, не могу же я не пожелать тебе спокойной ночи, — низким хриплым голосом проговорил магистр мне на ухо.

От его мурлыкающего голоса по спине хлынула волна колких мурашек, а в щеки бросился жар.

Оставалось лишь надеяться, что магистр Лэнсор этого не заметил.

Глава 29

Стоило нам войти в мои апартаменты, магистр Лэнсор сразу получил две пощечины. Под одной щеке и по второй, одновременно.

Однако я тут была ни при чем, хоть врезать невыносимому магистру очень хотелось. Вместо меня это сделал Мыш: не вовремя материализовавшись из пустоты, хорошенько хлестнул его крыльями. Сам перепугался, испуганно что-то скрипнул, исчез и тут же появился в дальнем углу комнаты.

— Ого, как он может! Интересный зверь, — кажется, магистра Лэнсора это нападение ни капельки не смутило… — А что еще он умеет?

Кажется, любопытство было главной чертой характера этого парня.

— Очень многое! — с гордостью за питомца сказала я, хоть это было не совсем правдой. До сих пор Мыш талантливо поедал фрукты и разносил все вокруг, материализуясь в самых неожиданных местах. — И как вы можете заметить, он абсолютно здоров, хотя две недели еще не прошли.

Но магистр, похоже, не собирался признавать моих заслуг, в том числе и на лекарском поприще. Вместо этого он развернулся ко мне и спросил:

— Ну и зачем был этот феерический спектакль, моя дорогая?

Последние слова магистр Лэнсор выделил голосом.

Я смутилась.

Валять дурака в присутствии лекаря было гораздо проще, чем теперь наедине выдержать этот пристальный и чуть насмешливый взгляд.

Однако я не позволила себе показать смущение, лишь равнодушно пожала плечами.

— Но ведь это сработало. Он нам все рассказал. Сам, добровольно.

— Это, конечно, здорово, но нам все равно придется завтра смотреть документы. Не думаете же вы, что мы быстро с этим справимся.

— Как раз-таки думаю. Нам нужно будет лишь внимательно изучить, что в них подправлено.

— Подправлено? — не понял магистр.

— Ну, конечно. Он рассказал нам историю, которую мы должны были услышать. Странный пациент, вместо того чтобы через две недели прийти в себя, провалялся безжизненной тушкой пять лет. И как ни пытались его привести в норму, ничего не выходило. Если что-то из этого неправда, завтра мы это выясним. Зная, что так или иначе нахальная студентка полезет в его записи, за ночь лекарь приведет в соответствие все бумаги. Так что смотреть надо будет внимательно. Не вчитываться в каракули, а искать свежие чернила, недостающие страницы или что-то в этом роде.

— То есть вы его в чем-то подозреваете.

— А вы нет?

— Пожалуй, — нехотя согласился магистр.

И вот ведь я уверена: этот лекарь ему самому не нравится и кажется подозрительным. А соглашается так неохотно просто потому, что это я так считаю.

— Между лекарем и пациентом возникает особая связь, — стала пояснять