Академия мертвых душ. Целительница - Матильда Старр

от целительства, это бы впечатлило. А я очень даже не далекий. В том смысле, что в целительстве немного разбираюсь. Поэтому кристаллы меня заворожили, я такие видела только на картинках. Безумно дорогие и очень действенные. А ведь такой кристалл вполне мог бы исцелить сестру магистра Лэнсора… Или не мог бы?

— Так вы мне объясните, что вы делали в этой камере? И почему пришли туда именно сейчас, когда пациент скончался.

Лекарь рассматривал нас из-под кустистых бровей, и мы ему явно не нравились.

Откровенно говоря, он мне тоже не нравился. В конце концов, это он присматривал за темным магом, и он отправил туда Лартиссу. Кто знает, может, они были в сговоре.

Как проверить, что пациент Икс не приходил в сознание? Может быть, и пришел. Они сговорились с лекарем и…

И что? Какая польза магу от исчезновения Лартиссы?

Я понятия не имела. Но это вовсе не значило, что лекарю можно доверять.

Магистр Лэнсор уже собирался ответить, но я его опередила.

— А что такого мы сделали? — капризно проговорила я. — Полиночка нам разрешила.

Я нарочно сказала королевское имя вот так вот, запросто, без положенных «ее величество» и «королева». Ну а что, если уж нарушать правила приличия, то все сразу!

Магистр метнул в меня удивленный взгляд, в котором явственно читалось: «А не сошла ли с ума моя фальшивая невеста?» Но я этот взгляд проигнорировала, лишь легонько сжала его пальцы: все в порядке, не мешай.

— Я пишу курсовую работу. И выбрала в качестве темы именно вашего пациента. Много лет назад лекари говорили, что от укуса паука он пробудет в коме максимум недели две. А эта длится годами. Разумеется, это интереснейший случай.

— Где пробудет? — не понял лекарь.

Ах, ну да, пришлось уточнить.

— Недвижимым и оторванным от жизни.

— Однако я видел, какие документы вы изучали. Что-то не похоже, что вы искали информацию о нем.

— А вы видели сколько там документов? — тем же противным, капризным голоском пропищала я, изо всех сил стараясь не рассмеяться. Конечно, он видел, он их все писал. — Их же целая уйма! Мы только начали, и уже надо было готовиться к балу. Не могла же я пропустить бал, на котором мы с женихом, — я обернулась к магистру Лэнсору и посмотрела на него с подчеркнутой нежностью. Если тут кое-кто боится брака, что ж, пусть поймет, что мало боится! — объявим о нашей помолвке. Полиночка никогда бы мне не простила, если бы я опоздала…

Взгляд, который адресовал мне главный лекарь, был настолько свиреп и уничтожающ, что чудом не прожег во мне дыру.

Что поделать, видно, такая у меня теперь судьба — всех бесить.

— Полиночка? — переспросил он.

— Ну да, наша королева, — я посмотрела на лекаря как на идиота. — Вы хотите сказать, что не знаете, как зовут королеву? Ну так вот, Полиночка сделала мне такой шикарный подарок к помолвке — разрешила узнать все-все-все о темном маге, и оставаться во дворце сколько нужно, пока все не выясню. Так что, — я с улыбкой развела руками, — мы тут надолго. Нам здесь очень нравится, правда, милый? — я одарила «жениха» еще одним нежным взглядом.

И в ответ получила такой же, полный любви и нежности.

— Да, любимая. Здесь прекрасно! Я же говорил, тебе понравится.

Кажется, он понял мою игру. Или не понял, но тут же подхватил. В зеленых глазах плясали веселые черти. Ух ты, а ведь теперь мы и правда сообщники. Я задержала взгляд на магистре чуть дольше, чем нужно было для дела и для спектакля, который я разыгрывала сейчас перед лекарем. Очень уж мне нравилось, как он на меня смотрел. И пусть восхищение в его глазах было таким же притворным, как и мой капризный голосок, все равно видеть его было приятно.

— Гхм-гхм…

Да что же не так с этим дворцом? Ни поругаться не дадут, ни нежными взглядами обменяться.

Я с неохотой перевела взгляд на лекаря и раздраженно произнесла:

— Ну что непонятного? Мы будет приходить сюда каждое утро и разбираться с бумагами. История болезни, наблюдения за пять лет — все это очень важно для моего исследования. Полиночка считает, что я талантливая девочка, а значит мне нужно помочь.

Когда в третий раз произнесла: «Полиночка», лекаря перекосило.

— Ее Величество королева Полина, — сквозь зубы прорычал он.

— Да-да, — радостно воскликнула я. — Наконец-то вы вспомнили!

Главный лекарь сжал пальцы на пресс-папье так, что они побелели. На минуту мне показалось, что он сейчас метнет в меня эту каменюку. Я вздохнула.

— Вообще-то за пять лет — это очень много, — невинно похлопала я глазками. — И почерк неразборчивый. Боюсь, как бы это на месяц не затянулось. Но ничего, мы же выдержим, да, милый?

Я снова бросила в магистра нежный взгляд.

— Конечно, любимая, — Лэнсор задавил смешок и погладил меня по руке.

Черт, не хватало, чтобы он засмеялся и все нам испортил. На самом деле я просто хотела, чтобы главный лекарь хорошенько, в подробностях и красках представил себе, какой беспокойной станет его жизнь, если глупая, противная девица, подружка королевы, на месяц засядет рыться в его бумагах.

— Ой! — вдруг подскочила на месте я, словно от внезапно пришедшей в голову гениальной идеи. — Вы ведь его наблюдали все это время. Если вы все расскажете, то дело, возможно, пойдет быстрее.

— Милая, — с укором сказал магистр Лэнсор. — Ты же хотела побыть во дворце подольше.

— Ну да, но все время сидеть за бумагами ску-учно. А здесь столько всего интересного: балы, развлечения, мы даже сад не осмотрели… А еще мы можем вернуться в королевские казематы и поговорить с охранниками. Вдруг расскажут что-то интересное. Там так загадочно и жутковато, такая мрачная атмосфера.

В глазах главного лекаря затеплилась надежда.

— Конечно, давайте, я вам все расскажу, и не придется сидеть над документами. Вы правы, это очень скучно.

— Ах, как здорово, что вы меня понимаете! Рассказывайте! И дайте мне чистую тетрадку и самопищущее перо. Мне ведь надо конспектировать то, что вы говорите, верно? Если не запишу, обязательно забуду.

Главный лекарь скрипнул зубами, но все же достал из ящика стола требуемое: пустой журнал для записей и самопишущее перо.

— Обязательно расскажу Полиночке, какой вы милый, — пообещала я, в очередной раз не заметив, как перекосило несчастного лекаря.

— Пупсик, — обратилась я к магистру, с удовольствием наблюдая, как недобро сузились его глаза и как сжались челюсти, — ты, пожалуйста, задавай уточняющие вопросы. А то они у меня плохо получаются.

Мы просидели в кабинете лекаря часа полтора. Он