Невозможно удержаться (СИ) - Орлан Нари

— Моя вчера собрала вещи и ушла, — вдруг сообщил друг. — Сказала, что все из-за меня: я не хочу ничего менять в своей жизни. Ее не устраивает моя работа. А я-то знаю, что нашла она какого-то хмыря с деньгами и все. Она девчонка красивая и запросы у нее не хилые. Зачем я ей со своей квартирой в хрущевке.

Я промолчал. Что могу ему посоветовать, когда у самого жизнь летит к чертям собачьим…

— Пошли в клуб какой-то, — предложил друг и выпил остатки пива.

— Ты же в ночь.

— Поменяюсь с кем-то. Не проблема.

Не радовала меня идея идти в клуб, а наоборот вызывала отвращение. Гулкие басы, однотонная музыка, дрожащее освещение, доступные девушки, литры крепкого алкоголя — явно не то, что мне сейчас нужно. Хотя литры алкоголя на общем фоне кажутся довольно привлекательными.

— Правильно твоя сделала, — сказал Руслан. — Раньше расстанешься — раньше забудешь.

— И ты туда же… И так гадко.

— Разбил сердце девушке…

— Да ничего подобного! Были б у нее ко мне чувства, ушла бы так?

— Вот если бы она не расстроилась, узнав, что ты свалить собрался, вот тогда и значит — чувств нет.

— Если я в чем не разбираюсь, то не советую. От самого только что баба сбежала.

— Из-за денег.

— Не факт…

Да, осталось мне только перед отъездом поссориться с лучшим другом, бросить девушку и напиться. Друг, к счастью, не обиделся. Понимает, что я не со зла. Настроение дурацкое.

— А сам-то что? — спросил он.

Не понял.

— Ты мне рассказывал, как вы время проводили, просто перечислил события. Непонятно, как ты к ней относишься. Запал?

Молча я сделал глоток пива и вернул бокал на место.

— Погоди, можешь не говорить. Ты же ей о себе рассказал. Влип, ты, влип, — рассмеялся друг, хлопая меня по плечу. — Погряз по самые уши. Ни разу не видел тебя таким.

Плохо. Я этого не хотел. В последнее время ошибаться стало слишком приятно, чтобы отказаться от новых ошибок. Теперь я зашел в тот тупик, в который попасть хотел меньше всего. А с собой потащил и ее.

Сегодня утром мы ужасно разошлись. Если нашим встречам должен прийти конец, то не такой. Вот только если я снова захочу исправить свою ошибку, то сделаю еще хуже. Нужно остановиться.

— Отвезешь меня завтра в аэропорт?

— Чего? Ты же в воскресенье уезжаешь!

— Уеду завтра. Пора остепениться. В любом случае нашим с ней отношениям ничего не светит.

— И ты собрался так просто уехать и даже не попрощаться?

— Я передам ей посылку через тебя. Завтра отдашь ей.

Напишу письмо с извинениями и… может, купить какую-то безделушку на память? Подвеску, браслет? Или лучше ничего не надо…

Остатки пива противно горчили, и я оставил недопитый бокал. Играть настроения больше не было. Да и если я собрался завтра уезжать, то нужно спешить домой собирать вещи.

По пути к машине Руслана я позвонил домработнице и сообщил ей, что уеду на пару дней раньше, пообещав перечислить сегодня на ее счет зарплату и премию. Выслушав ее причитания из-за моего отъезда, я сел в машину друга.

— Куда денешь свой камаро? — спросил Руслан, выезжая из парковки.

— Спасибо, что напомнил. Нужно узнать, как побыстрее доставить его в другой город. Не знаешь, куда обратиться?

Пока друг объяснял мне плюсы и минусы разных вариантов, мы проехали почти половину пути домой. Черт, жаль, что я не успеваю съездить за город, в недостроенный дом. Я много чего не успеваю, собравшись улетать завтра. Но надеюсь, в спешке мои мысли будут хоть чем-то заняты и я не наделаю глупостей.

Когда мы остановились на светофоре, мой смартфон зазвонил. Первая мысль, которая пришла, — Тома. Но на экране светилось не ее имя. Я несколько секунд сомневался, поднимать ли трубку. В конце концов поднял.

— Привет, Славик. Как настроение? — слегка заплетающимся языком проворковала Даша.

— Что тебе надо?

Услышав ответ на свой вопрос, я крикнул другу:

— Останови машину!

Он быстро среагировал и притормозил у бровки. Я выскочил на тротуар, прижимая трубку к уху.

— Повтори еще раз, что ты сказала? — чуть не кричал я, спеша уйти по дороге дальше от людей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мне пришел заказ на твою ночную бабочку. Представляешь? Похоже, вечер сегодня у нее будет незабываемый! — смеялась она. — То есть забываемый, конечно. И в этом поучаствую я.

— Почему заказ пришел заранее?!

— Разве ты не знаешь, в каких случаях заказ приходит заранее?

Я остановился. Люди, спеша по своим делам, обтекали меня с двух сторон непрерывным потоком. Кулаки сжались, смартфон дрожал от перенапряжения. Я завернул в ближайший закоулок, откуда вышли девушки, побросав окурки на асфальт.

Заказ приходит заранее только в одном случае — прямое запланированное вмешательство в жизнь человека. Кому из Апексориума могло понадобиться лезть к Томе?! Разве что… Хуже не может быть.

— Зачем она, черт подери, понадобилась Службе Допроса?

— Ну не знаю… — протянула Даша. — Может, видела то, что не должна была. Или слышала.

Как они так быстро узнали? Кто-то дал наводку? За нами не было слежки, я проверял несколько раз. Передачу информации тоже никто не мог слышать.

— С какой это стати ты решила мне об этом сообщить?

— Я никогда не хотела тебе ничего плохого… — бормотала она. — Но у нас в уставе есть в пятом пункте: сообщать о подозрениях. Ты ведь ей ничего не рассказал о себе? Верно? Значит, они ее быстренько допросят и отпустят. А если нет…

— Ты? Ты сообщила?

— Я лишь высказала подозрения.

Дрянь. Если Тому допросят — узнают правду. Только об этом станет известно, по мою душу выедет Инспектор. А ей сотрут все воспоминания обо мне. Ее друзьям, родителям тоже…

Спокойный голосом я произнес:

— Ничего я ей не рассказывал. Тебя просто оштрафуют за ложные подозрения.

— Не думаю… Такая штука, как интуиция, подсказывает мне, что не все у вас с ней чисто.

Тварь.

— Не накручивай себя. И не выдумывай глупостей. Ты действительно веришь в то, что я мог, рискуя своей жизнью, рассказать о себе девушке, которую знаю всего пару недель? Не смеши меня.

— Вот и узнаем, — бросила она и отключилась.

Нужно что-то делать. Срочно. Я наслышан, каким образом проводит свою работу Служба Допроса. Тома обычная девушка, она не обманет детектор лжи. Исход один: ее допросят и изменят воспоминания. А за мной выедет Инспектор.

Нет. Этого нельзя допустить. Нужно опередить Службу Допроса и самому стереть о себе информацию.

Но я не хочу, чтобы она меня забыла. А разве есть другой выбор?

Хочется наконец-то сбежать. Посадить рядом с собой ее, вдавить педаль в пол и пролетать одну границу за другой. Пока бы не попасть в такое место, где никто не найдет. Но я сомневаюсь, что существует хоть одно место в мире, куда не доходят руки Апексориума. Стоит ли подвергать ее такой опасности? И что я ей смогу дать? Я, человек, который решил бы скрываться от самой могущественной организации в мире.

Надо возвращаться в машину. Спешить. Бежать. Но сначала решить.

Одна мысль всплыла на поверхность — несогласные. Они живут небольшими группами, разбросанными по миру. Они — это те, кто или сбежали из Апексориума или не успели в него попасть. Где именно они живут, я, конечно, не знаю и никто мне об этом не расскажет. Все, что нам говорили о них: бродяги, наживаются на мелких грабежах, но несмотря на это придерживаются перемирия, установленного полвека назад с Апексориумом. В Городе есть Список Несогласных — их трогать запрещено. А они, в свою очередь, не мешаются под ногами нам. Иногда, правда, любят следить за сценаристами или режиссерами. По неизвестной причине.

Спрятаться в каком-то лагере несогласных? Не этой жизни я бы желал Томе, не говоря уже о том, что Инспектор может поймать нас еще по дороге к тому самому лагерю. Который я даже не знаю, где находится! О чем я вообще думаю?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Самый разумный (да и единственный безопасный) выход — успеть изменить Томе воспоминания до того, как к ней придет Служба Допроса. Да, для нее так будет лучше.