Осторожно: маг-и-я! На свадьбе нужен некромант - Надежда Николаевна Мамаева

Условились мы с дубовым встретиться завтра в полночь на перекрестке дорог, что вели от поместья Гаррета, и тракта, который шел от города. Я же хотела вернуться в гостиницу. В ней я оставила свои вещи, а также личную грамоту. И плевать, что та липовая, на Оливию Додж. Без бумаг я далеко не уйду… Хотя, по правде, сбегать и не хотелось. Пока не увижу Диего — так точно. Но я так привыкла скрываться от законников. Это стало уже привычкой выживать… Вот и сейчас я пообещала себе, что как только скроюсь от дознавателей, обязательно вернусь к тому, кого полюбила.

Глава 13

Сердце колотилось в груди при мысли о Кремне. Хотя, может, оно так лихорадочно колошматило по ребрам еще и из-за перенапряжения… Веревка, в которую я вцепилась, жгла ладони даже сквозь ткань наволочки, все тело напряглось, и я дрожала, точно лист на ветру. Вернее, девица на канате. Тот, как назло, еще и начал раскачиваться, пока я по нему сползала, ощущая плечом прохладу каменной кладки. И все это — в лучах рассвета… Романтика, морские твари подери, — да и только!

«Только бы не упасть… Ни вниз, ни в обморок…», — пронеслось на краю сознания.

Земля внизу плыла, а голова закружилась с новой силой. Стиснув зубы, я зажмурилась на секунду, потом снова открыла, упрямо целясь взглядом в мыс вдалеке.

Да, похоже, меня накачали тонизирующими эликсирами по самое горло. Иначе объяснить то, что я, несмотря на дикую слабость, смогла не только встать с постели, но и сейчас вот даже удираю… Правда, что-то мне подсказывало, что не только зельями едиными меня вернули с того света. Подозреваю, что и магии влили немало. И заклинаний наложили, и амулетов… но раз простреленный бок до сих пор не зажил, то все силы ушли на восстановление ауры, и уже по остаточному принципу — на тело. Оно, к слову, наконец-то добралось до брусчатки. И даже не через стремительный полет, а медленно по веревке. Я, пошатываясь, отпустила канат и направилась к углу дома, из-за которого был слышен цокот копыт. Похоже, кто-то приехал… А я могу, зацепившись за переднюю и заднюю оси колес, отчалить из поместья…

Так что я поспешила к краю стены. Добравшись до него, выглянула, чтобы увидеть парадное крыльцо, на котором, вытянувшись в струнку, стоял дворецкий, явно ожидая кого-то. И этот кто-то не замедлил появиться: карета остановилась, дверца ее распахнулась, и из кареты вышел мужчина в строгой, до тошноты знакомой форме.

Так, пожалуй, все же стоит отказаться от мысли прокатиться за чужой счет… Мало того, что законник явился в особняк. Он сделал это рано. Слишком рано для формального визита. Значит, у него что-то важное. Например, арест пришедшей в себя некромантки.

Я рванула с места, пульсаром пронесясь по изумрудному газону. Крики чаек вдалеке, шорох листвы, ржание коней у парадного входа — все это казалось сейчас запредельно громким. А спасительные кусты цветущего жасмина — бесконечно далекими. Но все же я добежала до них.

Ветки с белыми, дурманяще пахшими цветами хлестнули меня по лицу, когда из самой гущи зелени выросла высокая тень. Сильные руки сжали меня в тиски, прижали к твердой мужской груди, не дав пикнуть.

«Добегалась!» — промелькнула мысль, а дальше я уже не соображала. Ибо решила: живой не дамся. Ну или живым не отпущу! Это уже в зависимости от того, кто в этой схватке победит.

Ни о чем не думая, прижала подбородок к груди, а затем резко выпрямила голову, надеясь садануть затылком по носу противника. Но тот оказался слишком шустрым, и замах ушел в пустоту. Но это меня не остановило…

Ткнула локтем в район ребер неизвестного гада, потом ударила пяткой в колено… и все это отчаянно и в абсолютной (насколько оная может быть у двух борющихся тел) тишине!

Мне даже рот не попытались заткнуть пятерной. И зря! Ибо я тут же воспользовалась этим упущением по принципу: есть зубы — надо кусать! И впилась ими в мужское запястье. От души так цапнула.

И тут же услышала сдавленное шипение:

— Лив! Бездна тебя подери!

Голос. Низкий, хриплый, враз меня отрезвивший.

Диего? Как он здесь очутился? Я замерла, ошарашенная и, не выпуская запястья изо рта, скосила глаза в сторону. Вдруг показалось, и это вообще не Кремень?

Лица стоявшего за мной капитана я увидеть не смогла. Этому мешала сущая малость: человеческая анатомия, не позволившая повернуть голову, как сове. Зато моя реакция позволила многое: за каких-то пару мгновений, что длилось мое сопротивление, хорошенько врезать противнику. И один раз даже попасть! Вернее, укусить. От ударов Диего увернулся, а вот к челюстному коварству оказался не готов.

— Может, отпустишь уже? — вкрадчиво поинтересовался брюнет.

Чувствуя себя собакой, застуканной за кражей вкусной мозговой косточки из хозяйской миски, я все же разжала челюсти и повернулась к Кремню. И едва увидела знакомый взгляд, в котором демоны плясали джигу, испуг сменился негодованием. Я тут пугаюсь изо всех сил, что едва случайно не убила этого гада, а он веселится!

— А не надо было хватать что попало, — выдохнула я тоном женщины, всегда правой, даже если ошибается.

— Я никогда не хватаю что попало, а беру исключительно нужное! — протянул Диего и глянул на свое запястье.

Я тоже невольно посмотрела на его руку, ту самую, на которую покусилась в самом прямом смысле этого слова: след от резцов получился отчетливым и кровил аккурат на том месте, где обычно красуются брачные браслеты.

Упс, как неудобно вышло-то… Одни мужчины предлагают даме руку помощи, другие — и вовсе делая предложение, а мне вот, выходит, Диего протянул свою для укуса…

— Прости, я не нарочно, не хотела тебя… Это само собой получилось… — произнесла я с сожалением, видя, как темнеют глаза Кремня, становясь практически черными, а мужское дыхание учащается…

— Жаль… — хрипло, с каким-то даже рыком, выдохнул он, прикрыв глаза, и, не глядя на меня, добавил: — Жаль, что не хотела… И оставаться здесь тоже — нет? — с какой-то затаенной болью произнес он и пояснил: — Я увидел твой побег из окна, когда возвращался из сада… Собрал букет, хотел принести тебе, чтобы, когда очнешься, увидела цветы. Но, похоже, ты решила уйти, не прощаясь ни с Рисой, ни со мной…

— Может, потому что хотела вернуться? — в отчаянии выкрикнула я. — А вот задержись я в комнате, точно бы пришлось прощаться навсегда и