Осторожно: маг-и-я! На свадьбе нужен некромант - Надежда Николаевна Мамаева

нужно, столько и буду, — проворчала я, опираясь ладонями о постель и пытаясь глубоко дышать.

Комната перед глазами плыла, зато мысли прояснились, и до меня дошло: в чем-то дубовый был прав. Например, в том, какие новости стоит подавать в мозг первыми для того, чтобы извилины, да и сам их носитель, жили долго, в здравии и желательно на свободе.

— Так что там про дознавателя? — выдохнула я, чувствуя, как в груди, несмотря на пылавший огнем бок, поселяется холод.

— О, начала наконец соображать! — обрадовался Секретариус. — По твою душу тип приходил. А с учетом того, что я успел услышать в пещере и увидеть, ты у нас некромантка, вне закона и… что-то мне подсказывает — не букет фиалок этот законник тебе хочет подарить. А браслетики. Причем не брачные, а тюремные. Потому нужно рвать когти отсюда и побыстрее! Пока ты без сознания была, тебя никто не трогал. Но теперь не факт, что подружка и ее молодой муженек, будь он хоть трижды знатным, смогут помочь… так что все в твоих руках! Вернее, ногах. Шевели ими поскорее…

Верить услышанному категорически не хотелось. А вот проверить — еще как! Потому-то я, цепляясь руками за кровать, потом за стул, шатаясь из стороны в сторону, до… хотелось бы сказать, шла, но честнее будет — доползла до двери, и та оказалась заперта.

— А ты мне не верила! — горделиво отозвался сундук. — Я сам к тебе еле-еле пробрался. Прикинулся мебелью, затаился в углу и не отсвечивал… Что не сделаешь для прислуж… — начал было дубовый и, в последний миг прикусив язычок от своего замка, поправился: — Напарницы!

То, что в оные я ни разу не вызывалась, деревянного не смущало.

Впрочем, сундучеуса ничуть не заботило и то, что в направлении побега я могла разве что ползти. И то мысленно, потому что, дернув пару раз закрытую дверь, ощутила, как подкашиваются колени и что я вот-вот упаду.

Правда, грохнуться и расквасить нос о каменный пол мне деревянный все же не дал. Он успел подставить под оседающую меня свою крышку, и я прилегла на нее. С размаху. Так, что руки свесились по бокам, голова — спереди, а туго перевязанный бок ожгло болью. Да так, что перед глазами поплыли алые круги, а в ушах зазвенело. Правда, даже через этот шум я услышала ворчание:

— Я был секретным сундуком, пиратским, домашним, дорожным, но чтобы ездовым!..

Я хотела что-то сказать в ответ, но сил не было. А вот упорства, правда уже у одного сундука, имелось изрядно. Исключительно на нем Секретериус и потащил меня. Как выяснилось — к окну.

В то я посмотрела, когда смогла приподняться на крышке и ухватиться за подоконник. Створки, как выяснилось чуть позже, оказались не заперты. Впрочем, ни в заклинаниях, ни в решетке надобности не было: третий этаж, отвесная стена и окно с видом на море.

Что ж, в таком расположении был один плюс. Если что, противниками я буду окружена только с трех сторон.

С такой оптимистичной мыслью я, поднявшись с сундука и встав на ноги, высунулась едва не по пояс на улицу и внимательнее посмотрела вниз. Там к вертикальной каменной кладке примыкала широкая отмостка, а сразу за ней шел ровный газон без единого кустика. Одним словом, это была площадка, на которую можно было приземлиться, только разбившись в лепешку. Да и высота к тому, чтобы в оную превратиться, опять же весьма располагала. Вот как так?! Ни лестницы веревочной, ни стога сена, чтоб в него упасть… Никаких условий для побега бедной девушки!

— Что там? — нетерпеливо полюбопытствовал Сундучеус, переступая ножками по полу.

— Там? Тщетность бытия, разбитые надежды и злой рок… — патетически отозвалась я, ощущая, как головокружение медленно отступает.

— А если перевести на нормальный? — недовольно уточнил мебелированный.

— Если проще, то побег отменяется по техническим причинам. Тут не то что парапета нет. Даже какого-нибудь мало-мальски приличного выступа или выбоин в кладке, за которые можно было бы зацепиться…

— Зачем тебе какие-то выступы с выбоинами, когда у меня есть веревка?

Секретериус произнес это с гордостью, а потом, отойдя от меня на пару шагов, торжественно распахнул крышку. Под ней в недрах сундука и правда лежала веревка. А еще столовый гнутый нож, канделябр, кочерга, почему-то одна поношенная домашняя тапочка, надкушенный пирожок, успевший заплесневеть, пара камушков… Да еще и много чего интересного. Сдается, один дубовый прятал в себе все, что плохо лежало.

Вдруг вспомнилось, как он бежал за нами по краю утеса, крича, чтобы мы, улетая, его не бросали, и невольно вырвалось:

— Похоже, и от клептоманов бывает польза. В первую очередь для них самих, конечно…

— Как ты меня назвала? — грозно протянул деревянный и с лязгом захлопнул крышку.

Я же глянула на этого любителя стырить все, что не приколочено, а что приколочено — оторвать и прикарманить. Вернее, в случае Секретериуса правильнее — присундучить.

— А как, по-твоему, называется эта пагубная привычка красть чужое?

— Ну, во-первых, я не краду, а нахожу вещи! Причем прежде, чем другие их потеряют. И прошу заметить, в моем случае это дар, а не проклятие. Только благодаря ему у тебя есть сейчас то, что поможет тебе остаться на свободе. Так что я жду извинений!

— Хорошо-хорошо, — выдохнула я. — Признаю, что клептомания — это не воровство, в отличие от налогов! Те и правда грабительские!

— То-то же… — фыркнул Сундучку и снова открыл крышку. Я потянулась за веревкой. Та оказалась на конце затянута наподобие силка, причем последний — подозрительно намыленный. Меж тем деревянный скомандовал: — Чего застыла? Давай бери скорее и лезь!

Правда, не уточнил — в окно или в петлю. Ту мне наконец удалось как следует разглядеть, когда я вытащила весь канат из сундука.

Правда, держа его в руках, задумалась: а может, стоит все же сначала повидаться с Диего или поговорить с Рисой? Раз уж я не прикована кандалами к кровати, значит, не все так плохо… Но если бы было хорошо, дверь бы не закрыли? Верно? И вообще, лучше самой выбирать время и место свидания с подругой, чем ждать, когда оное назначит следователь!

Так что сбегу, осмотрюсь из засады, разберусь… С такими мыслями закрепила веревку за изголовье кровати и конец выбросила в окно. Повезло, длины хватало практически до земли. Так что, стянув одну из наволочек с подушки, обвязала ими руки и канат, чтобы не соскользнуть. А потом перевалилась через подоконник. Сундук же последовать за мной не рискнул, заявив, что побудет пока мебелью и выберется