Осторожно: маг-и-я! На свадьбе нужен некромант - Надежда Николаевна Мамаева

под тканью уже влажно. Это ощущала я. Это чувствовал Диего. И у него срывало все паруса так, что глаза стали темными, жилка на виске забилась бешено, а из горла вырвался какой-то утробный звериный рык…

— Если ты продолжишь так мстить, я не против, — выдохнула, чувствуя, как не хватает воздуха вокруг.

— Я просто не могу остановиться. А должен.

— Кому должен? — вырвалось у меня, и вдруг мозг пронзила отрезвляющая мысль: что если за то время, что я была без сознания, что-то поменялось? Или Диего и вовсе успел с кем-то там обручиться?

Ревность, беспощадная в своей нелогичности, захлестнула меня. Да так, что я нашла в себе силы потребовать:

— Поясни!

— Я не хочу, чтобы наш ребенок был зачат бастардом, как я.

Признание, короткое и сокровенное, сорвалось с мужских губ, и Диего прикрыл глаза, медленно выдыхая. А я смотрела на него и не знала, что мне лучше сделать: стоит ли искать лопату и рыть могилу или просто прикрыть ветками труп, которым вскоре станет один брюнет. Ибо под таким предлогом мне в ночи, вернее, с учетом нынешних обстоятельств, утре любви еще ни разу не отказывали!

Хотя, по правде, и опыт-то в данном вопросе был никудышный: пара свиданий с тем, кто потом предал. А больше я так далеко в отношениях и не заходила, обжегшись. Плевать! Сам факт того, что один наглый тип меня в себя влюбил, распалил, а потом — в кусты! Вернее, мы оба уже в них были, но все же… И вообще, мужчины должны быть в ответе за тех, кого возбудили!

Но не успела я донести до мозга Диего эту мысль контрольным выстрелом в голову, как этот самоубийца добавил:

— Но долго ждать у меня выдержки не хватит, поэтому давай обвенчаемся, как только ты поправишься…

Я замерла, медленно-медленно выдохнула и вкрадчиво произнесла:

— Знаешь, предложение руки и сердца ты мог бы начать не с фразы о бастарде…

Ну действительно, кто о подобных вещах начинает разговор вот так?! Я тяжело вдохнула, пытаясь определиться: хватит ли мне ведра успокоительных капель с этим мужчиной хотя бы до помолвки или нужно сразу запасать валериану в стогах?

Вот только выяснилось, что оная уже была…

— Я уже делал тебе предложение. И ты, к слову, ответила согласием.

— Когда это было? — опешила я.

— Когда мы летели на драконе, — педантично уточнил Диего.

«Так это было оно?» — пронеслось в мозгу. Упс… Я-то посчитала его за предсмертное прощание… но говорить об этом Диего не буду. Как и о том, что над тем, как делать предложение руки и перца… тьфу, сердца — стоит поработать.

— Не помню, — на честном глазу соврала Кремню. — Я тогда была не в себе, а одной ногой в могиле. Даже почти двумя! Так что требую повторения. Нормального.

— С родовым браслетом и перед гостями? — уточнил Кремень тоном секретаря, который готов все записать и исполнить в точности по пунктам.

Я же, прикинув, что с учетом моей биографии вполне вероятно, что будут не гости, а понятые, решительно замотала головой.

— Нет, достаточно просто романтичного признания наедине. И желательно, чтобы ты стоял на колене и вообще… Хочу, чтобы была приличная версия, которую можно детям рассказать, — мстительно добавила я.

— Тогда пошли, — как само собой разумеющееся, произнес Диего.

— Куда? — не поняла я.

— За романтикой, — пояснил Кремень так, что стало еще непонятнее.

Нет, с этим невозможным мужчиной есть только два пути: убить или смириться. Я выбрала второе и одернула задравшийся до самого пояса подол ночнушки. Правда, при этом от меня не укрылось, как один капитан старательно пытался отвести взгляд от панталон… А когда оные скрылись под сорочкой, то и вовсе гулко сглотнул.

«Ну-ну… Держится он. Мы еще посмотрим, кто кого соблазнит первым!» — с такими мыслями я отправилась за Диего, как выяснилось, на берег.

И там, стоя рядом с огромным валуном, о который бились волны, Кремень сделал мне предложение по всем правилам: стоя на колене, с долгой вступительной речью, в лучах рассвета и… Я поняла — романтика — это не мое.

Ибо волны с шумом бились, подол промок и лип к ногам, чайки истошно орали, а ветер доносил запах прелых водорослей.

— Ты согласна стать моей женой, Оливия, или еще добавить возвышенной идиллии? — по-деловому поинтересовался Диего.

— Согласна, — с облегчением выдохнула я, решив, что подобные мероприятия с коленно-преклоненной позой на рассвете у моря стоит все же отнести не к разделу девичьи мечты, а к пыткам. Ночные бдения на кладбище и то лучше будут. Во всяком случае, неупокойники точно не дадут заскучать и замерзнуть: от них будешь живо бегать и колдовать, а не стоять и слушать…

В последнем я в сердцах и призналась Диего. А он мне — что проще было выкрасть Рису у работорговцев, чем сложить в уме эту романтическую речь… в общем, страдали от моего «хочу приличную версию» мы оба! Зато получилось о-о-очень прилично. Намокнуть — уж точно!

Правда, ни меня, ни Кремня это ничуть не смущало, когда мы шли по берегу… Говоря обо всем на свете и… договорились-таки до побега! Хотя бы из поместья Гарретов. Поскольку с законником я встречаться категорически не желала не только как беглая некромантка Каннинг, но и как леди Додж! Потому как были большие опасения — меня могут раскрыть.

Так что мы пока отправимся в столицу, где легко затеряться… А для этого была нужна сущая малость: вернуться в гостиничный номер, собрать вещи и…

Но едва мы об этом условились, как на плечо Кремня сел полупрозрачный голубь. Оказалось, что Риса, не найдя меня, решила отправить послание. И я, глядя на магического вестника, улыбнулась: значит, с ней все в порядке и дар сумели разблокировать…

Подруга, судя по ее посланию, догадалась о причине моего бегства, уже не первого на ее памяти. Так что Риса уже привыкла, что я ухожу, не прощаясь… И, хотя она не поняла, как мне удалось раздобыть веревку и спуститься, но ее спрятала и, похоже, отправила дознавателя по ложному следу, который вел прочь от поместья.

Впрочем, и нам с Диего не стоило здесь задерживаться… Кремень раздобыл лошадей и плащ, и мы отправились в город, где я оставила свои вещи в гостинице.

В номер я поднялась, войдя с заднего входа, никем не замеченная. Диего, чтобы не примелькаться, отъехал подальше с жеребцами. В соседнем квартале была таверна, около которой мы и договорились встретиться. Я должна была переодеться, взять свой саквояж и неспешно