Сияние полуночи (СИ) - Жданова Алиса

Сделав текучий шаг вперед, оборотень коснулся теплыми пальцами моей щеки. Я вздрогнула и вжалась в стену.

— Ну же, — полушепотом произнес он голосом Фэн Хая, — разве это не то, чего ты хотела? Зачем сейчас убегать?

Я судорожно вздохнула. Голова вдруг налилась свинцом и закружилась. Темные глаза с серебристыми лужицами лунного света гипнотизировали, весь мир померк, и я уже не видела ничего, кроме этого взгляда. Тут в нем блеснуло торжество, и глаза стали приближаться… приближаться….

— Айлин! — донеслось вдруг откуда-то издалека и еле слышно, будто через слой ваты, а затем раздался грохот, словно кто то тряс дверь.

Сбросив оцепенение, я кинула яо в лицо заготовленный Белый лотос и отпрыгнула. Тут до меня дошло, что если парни забегут в дверь, то увидят оборотня-Фэн Хая и это будет позор всей моей жизни, и я судорожно завопила:

— Не заходите! Не вздумайте заходить!!

Яо отнял руку от лица и криво, нечеловечески усмехнулся — блеснули острые, треугольные зубы, а ногти на белых пальцах удлинились, став похожими на клинки. Отпрыгнув, я бросила в него еще один Белый лотос, попавший прямо в щеку — от удара он дернулся, но заклинание не причинило ему почти никакого вреда — лицо лишь слегка помялось, как бумажная маска, но он был все еще слишком узнаваем, гад такой!

— Я не одета, не вздумайте зайти! — крикнула я первое, что пришло в голову, в сторону ходящей ходуном двери и запустила в голову оборотня подвернувшемся горшком, стоявшей на ветхом столе. Тот ловко увернулся, поднырнув под горшок, и прыгнул ко мне. Взвизгнув, я дернулась — раздался треск, и кусок подола остался в когтистых лапах. Бросившись поперек комнаты, я судорожно формировала в руках Жемчужное Пламя — самое сильное заклинание, на которое я была способна, и которое мне получилось сотворить всего один раз, после чего я полдня лежала пластом в своей комнате. После него я останусь совсем без сил, не страшнее новорожденного котенка, но другого выбора не было. Мне нужна лишь секунда, чтобы создать заклинание, произнести мысленную формулу и сплести из завитков стихии яркий, сияющий шарик на ладони, лишь одна секунда и…

Яо нагнал меня и опрокинул на пол. Тяжело дыша, я перевернулась — и увидела, как занесенная для последнего удара по горлу рука дрогнула, а на лице монстра проступило изумление. Опустив глаза, он посмотрел на грудь, посередине которой торчало острие воткнутого со спины меча, и повернул голову к стоящему за его спиной с закрытыми глазами Фэн Хаю. Не мешкая больше, я спустила готовое заклинание, Фэн Хай выдернул меч из раны — и яо повалился на пол и захрипел, скребя когтями по полу. Полудохлый, он все равно упрямо пытался добраться до меня, намереваясь подкрепить силы и справиться с новым противником.

Ресницы Фэн Хая дрогнули, и я подскочила и закрыла его глаза ладонью — фальшивый облик все еще был легко узнаваем в скрючившейся на полу фигуре. Фэн Хай развернулся ко мне и, вздохнув, собрался что то сказать — как вдруг сзади послышался шорох. Одним движением задвинув меня себе за спину, Фэн Хай наискось рубанул перед собой, и оборотень-яо наконец упал, на глазах чернея и теряя человеческие очертания.

— Все, можно смотреть, — я выдохнула и прислонилась к широкой спине заклинателя лбом. Силы разом меня покинули, и если бы Фэн Хай не подхватил меня, я бы упала на грязный пол. Мне вдруг стало ужасно смешно — надо же, Фэн Хай и не знает, что только что укокошил самого себя! Я истерически затряслась от смеха, не в силах остановиться.

— Шисюн, ты же ничего не видел? — спросила я, борясь с приступок хохота и цепляясь за него. — Зачем ты зашел сюда с закрытыми глазами, он же мог убить тебя! О чем ты вообще думал?!

— Все хорошо, — как мне показалось, невпопад отозвался Фэн Хай и вдруг крепко сжал меня в объятиях. — Все кончилась, все уже хорошо.

Смеяться мне вдруг расхотелось, зато из глаз сами собой потекли слезы. Так мы и стояли — в грязном доме, с трупом монстра возле ног.

— Эй! — в дверь деликатно постучали, а затем раздался фальшивый донельзя приступ кашля. — Ну что, там все оделись? Можно заходить?

Я отстранилась и вытерла глаза руками. Лань Хи и Лань Сэн зашли и уставились на меня с одинаковым изумлением — разорванный подол, заляпанное кровью монстра платье — наверное, натекло из его раны. Вернее, кровь была не монстра, а его жертв — но попала она на меня из монстра. Я глубоко вдохнула, отгоняя дурноту, и перевела взгляд на заклинателей, только чтобы не смотреть на кровищу.

— Да кого вы тут укокошили? — наконец в шоке переспросил Лань Хи.

— Яо второго типа, — отозвался Фэн Хай. — Питался кровью и энергией жертв. Проверьте, может, найдем тела — нужно вернуть их родным, чтобы они совершили похоронные обряды.

Тела нашлись в другой комнате — вернее, не тела, а высушенные, как изюм, пустые оболочки в свадебных нарядах и украшениях. Мне стало дурно от вида их перекошенных лиц и скрюченных пальцев, и я вышла на свежий воздух. На небе высыпали звезды, и я просто стояла и смотрела на них, глубоко вдыхая прохладный ночной воздух.

— Ты как? — спросил неслышно выступивший из темноты Лань Сэн.

— До сих пор руки трясутся, — честно отозвалась я.

— Тогда твой меч я тебе позже отдам, — хмыкнул тот. — А то отрежешь себе что-нибудь.

— Это всегда так… жутко? — спросила я. — Или потом привыкаешь ко всем этим созданиям?

— Привыкаешь, — пожал плечами Лань Сен. — У тебя это всего второе задание. К последнему курсу будешь одной рукой крошить яо в капусту, а другой обмахиваться веером.

Я фыркнула.

— Скорее Наставник Фэн Гуанчжи станцует перед нами и споет песенку.

Мне вдруг стало грустно — кроме нескольких человек, никто не знал, что я нахожусь в клане Фэн лишь временно. Поэтому, Лань Сэн, я не доучусь до последнего курса — выполнив свое задание, я вернусь в свой клан, и ты никогда больше не услышишь о Бай Айлин.

Хоть мы и выполнили свою миссию, но возвращение было грустным — предстояло сообщить семье градоначальника, что его дочь действительно погибла. Говорить и выражать соболезнования поручили Лань Хи — у меня складывалось ощущение, что Фэн Хай брал его везде с собой специально для того, чтобы тот разговаривал, договаривался, уговаривал и по всякому молол языком.

Произнеся убитому горем отцу все приличествующие случаю слова, мы из последних сил разошлись по своим комнатам. Не для отдыха — я лишь переоделась в свои вещи и сложила испорченный свадебный наряд в аккуратную стопочку на кровати, да слегка пригладила волосы. Внезапно дверь в мою комнату распахнулась, и вторая молодая госпожа Ле без стука вбежала внутрь.

— Это правда? — задыхаясь, спросила она. — Сестра мертва?

Помедлив, я кивнула.

— А мой жених… это был… не человек?

— Яо, — подтвердила я. — Притворялся твоим женихом, чтобы заманить тебя в лес.

Девушка кулем осела на кровать и зарыдала. Не зная, что делать, я положила руку ей на плечо и неловко произнесла:

— Прости… я испортила твое свадебное платье.

Она лишь махнула рукой.

— Я была такой дурой, — всхлипывая, произнесла она. — Я думала, сестра сбежала с тем человеком, которого она любила, а на меня обратил внимание сын судьи Вэй. А теперь моей сестры нет, и все разрушено, разрушено!

Я молча обняла ее и стояла рядом, пока ее рыдания не стихли, и она, взяв себя в руки, не удалилась.

Утром, покидая усадьбу, мы столкнулись с взволнованным молодым человеком, который требовал сообщить, все ли в порядке со второй молодой госпожой Ле, а лучше пропустить его, чтобы он могу убедиться сам. Слуги увещевали его:

— Погибла первая молодая госпожа, а со второй все в порядке. Успокойтесь, молодой господин Вэй, и возвращайтесь попозже, чтобы выразить соболезнования — сейчас еще никого не принимают.

Я прошла мимо и невольно улыбнулась — может, все-таки не все еще разрушено в жизни второй молодой госпожи Ле?

Глава 19

Вернувшись в клан, я первым делом отправилась в купальню, потому что, хоть я и переоделась, но все же после такого приключения и столкновения с нежитью хотелось искупаться и словно смыть с себя все плохое. Затем ко мне без стука ворвалась служанка — выспросить новости о нашем задании и заодно по поручению главы клана проверить, нет ли на мне меток яо. Метки она не нашла, а о задании я почти ничего не рассказала — только подтвердила, что дочь градоначальника погибла и что мы уничтожили повинное в ее смерти темное создание. Жалостливо поохав, служанка принесла из моего шкафа чистые вещи и убежала — наверное, делиться новостями. Я же, слегка недоумевая, почему в прошлый раз меня так никто и не проверил, а в этот раз специально отправили служанку, медленно оделась и завалилась в кровать. Да уж, такими темпами я скоро вылечу из клана за неуспеваемость — то заболею и не иду на занятия, то всю ночь пропадаю на задании, и, вернувшись поутру, сплю вместо занятий… Нужно обязательно сегодня взять у Ю Шина задания и записи и все догнать. И Мин писал как курица лапой и больше полагался на память, а не на записи, поэтому его конспекты мне не помогут.