Сияние полуночи (СИ) - Жданова Алиса

— Фэн Хай, — слабо произнесла я, от смятения называя его прямо по имени, — подожди…Ты же знаешь про ваш порошок? Небесное спокойствие? Ты перестал его принимать, когда я переселилась в твою комнату. Вот… отмена порошка могла так подействовать…

Фэн Хай лишь усмехнулся.

— В твой первый вечер в клане, в столовой, я случайно встретился с тобой взглядом. Твои глаза были такими… теплыми, как костерки, пылающие в темноте, и я вдруг почувствовал, что до этого словно блуждал в ледяной пустыне, а потом вышел к жилью и впервые за много лет согрелся. Только я думал, что ты мальчишка, и меня это жутко бесило — я думал, что сошел с ума. Знаешь, почему я застукал вас, когда вы пили вино в твоей комнате? Вообще-то проверка комнат первокурсников не входит в мои обязанности, но я все бродил перед твои общежитием, злился на себя и случайно услышал, что вы нарушаете правила.

— Да? — глупо переспросила я, пытаясь осознать то, что он мне сейчас говорит. Значит, я понравилась ему не из-за отмены порошка?

Вместо ответа Фэн Хай притянул к себе мое запястье, и, положив мою ладонь на свою щеку, и вдруг повернул голову и коснулся внутренней стороны запястья губами — простой жест, но от его прикосновения у меня пересохло в горле и заныло в животе от предчувствия чего то… чего то…

Не встретив сопротивления, Фэн Хай закинул и вторую мою руку себе за шею и, притянув меня к себе, поцеловал — осторожно, словно следя за моей реакцией. Я, не в силах сопротивляться, закрыла глаза и прижалась к нему, и, почувствовав это, Фэн Хай мягко толкнул меня к дереву и, прижав к себе одной рукой, углубил поцелуй. Его вторая рука свободно путешествовала по моему телу, вызывая сонмы мурашек там, где он меня касался, и в голове все поплыло. Сейчас я даже не стала бы сопротивляться, если бы вдруг оказалось, что он — яо и собирается просто меня сожрать. Я была уже не в состоянии думать, и все, что я осознавала, были его пылающие прикосновения, его губы, его плечи под моими пальцами, в которые я неосознанно вцепилась.

Тут он вдруг отстранился и сделал несколько вдохов, чтобы выровнять дыхание.

— Ты не дала мне ответ, — прошептал он, не отстраняясь. — Ты выйдешь за меня?

— Нет, — таким же шепотом отозвалась я, и заклинатель, нахмурившись, отодвинулся, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Если ты возьмешь меня в жены, то умрешь, — во вздохом пояснила я, — разве ты не помнишь? Мужчина, который захочет обладать женщиной из клана Белого Лотоса, умрет до рассвета. В мучениях, — добавила я, чтобы убедить его, но он почему-то не желал убеждаться.

— Должен быть какой-то выход, и мы его найдем, — отозвался он.

— Выхода нет, не ты один хотел его найти, — я покачала головой и все-таки нашла в себе силы отстраниться. — Я же жила в нашем клане — если бы был какой-то выход, я бы что-то слышала, какие-то слухи, намеки. Но выхода нет.

— Айлин, — заклинатель с миг помолчал, а потом заговорил заново, — я не спрашивал тебя, есть выход или нет. Я спросил, хочешь ли ты быть со мной, а выход я найду сам. Но я должен знать, что ты этого хочешь.

Я опустила глаза, не в силах посмотреть на него. Сердце стучало так, что я удивлялась, как это на такой громкий звук не сбежались все вокруг. Хочу ли я быть с ним? Конечно, да, больше всего на свете… Но стоит ли надеяться, если знаешь, что у тебя ничего не выйдет?

Однако, бросив на него взгляд, я поняла, что если есть хотя бы один шанс из миллиона, он его найдет. Более того, если хоть кто-то в мире способен преодолеть благословение Богини и стать моим мужем — то это точно Фэн Хай. А если это будет не он, то мне этого не нужно. И, заливаясь краской, я едва заметно кивнула.

Выдохнув, он порывисто обнял меня и поцеловал снова, а потом, с трудом оторвавшись, повел куда-то за руку. Я шла за ним, глупо улыбаясь, пока не догадалась спросить:

— Шисюн, а куда ты меня ведешь?

— Пойдем сообщим новость брату, — отозвался он, и я застыла, вспомнив вдруг, как его брат несколько дней назад делал мне похожее предложение. — И заодно заберу из резиденции свои обручальные браслеты, сразу и наденем, — Фэн Хай обернулся ко мне, чтобы посмотреть, чем вызвана остановка.

— Шисюн, я не соглашалась быть твоей невестой, — отозвалась я в полной панике. — Девушка из клана Белого Лотоса в роли невесты — да это же глупо! Давай сначала убедимся, что выход есть, а потом уже будем… соблюдать формальности?

— Выход найдется, — с уверенностью отозвался Фэн Хай.

— А вдруг нет? — упрямо спросила я.

— Айлин, выход найдется, — с нажимом повторил заклинатель.

— А вдруг нет… — еле слышно отозвалась я, и, вздохнув, предложила: —Давай пока… останемся друзьями, хорошо? А если окажется, что то, чего мы хотим, возможно — то будем строить планы. Потому что если понадеяться и не получить что-то, то будет гораздо больнее, чем не надеяться и не получить, понимаешь?

— Нет, не понимаю, — упрямо отозвался Фэн Хай, и я вздрогнула от его тона. — Я не могу быть твоим другом, Айлин. Мне этого недостаточно.

Мы стояли друг напротив друга, не произнося ни слова, и, когда я уже не в силах была выносить его молчание, заклинатель, вздохнув, взял меня за руку и повел вперед, к сверкающим огонькам поселения клана Фэн.

— Пойдем, я отведу тебя домой, уже поздно, — произнес он, и от мягкости в его голосе мне стало почти физически плохо. — А завтра мы поговорим об этом. Помолвка может длится долго, пару лет, и за это время я найду способ для нас быть вместе, хорошо?

— Вот завтра и поговорим, — эхом отозвалась я, и заклинатель, молча проводив меня до дверей резиденции, ушел, на прощание на миг сжав мне руку. Я вздохнула — вот и наша первая размолвка. Постояв с минуту на пороге, я оглянулась на окна своей комнаты, увидела в них свет и спешно зашагала обратно, к темному лесу. Наверное, в моей комнате служанка — а я сейчас не хочу никого видеть. Мне нужно подумать.

Сегодняшний вечер принес мне величайшую радость, но вместе с ней и огорчение. Может, в мире всегда так? Без радости не почувствуешь горя, а без горя не осознаешь, какова на вкус радость? Если у Фэн Хая получится разорвать благословение Богини, то мы… мы сможем пожениться и быть вместе, как муж и жена, — я почувствовала, как краснею. — Мы сможем быть вместе много, много лет… у нас будут дети… я останусь в клане и буду с Фэн Хаем каждый день, может, даже шить научусь, если он так хочет…

А если нет? Я попыталась представить, каково это — просыпаться и знать, что сегодня я не увижу Фэн Хая, что он где-то в другом месте, с другой женщиной…. Если у нас ничего не получится, то, наверное, он будет горевать — но все-таки его печаль закончится, и он женится на какой-нибудь девушке, и она сделает его счастливым. Станет его женой. Будет просыпаться и засыпать рядом с ним, касаться его лица, проводить рукой по волосам…

Тут я почувствовала, как мои пальцы конвульсивно сжались, а в груди при мыслях об этой гипотетической девушке заворочалось незнакомое, жгучее чувство, и ускорила шаг, уже не разбирая дороги. Над головой шелестели темные листья, по обе стороны дорожки шумели травы — и мне все казалось, что они насмехаются надо мной, что они говорят: у вас ничего не выйдет, не выйдет…

Девушки в клане, мои сестры и соседки, как оказалось, благодаря снадобью, которым нас пичкали в детства, никогда не любили и не полюбят — однако они и не узнают того ада, в который я попаду, если мне придется покинуть Фэн Хая. Человека, которого я люблю.

— Айлин, — окликнули меня сзади, и я резко обернулась.

Глава 20

Человек, который позвал меня, выступил из тени, и я с трудом, но узнала его при неверном свете луны.

— Шуй Ли? — удивленно спросила я. — Что ты тут делаешь? Тебя же исключили?

— Исключили, — согласился он, — из-за тебя. Но я не уехал сразу, а остался в городе.

— Тебя отчислили не из-за меня, а из-за собственной дурости, — резковато отозвалась я, делая шаг назад.

— Если бы не ты, ничего бы не случилось, — злобно прошипел он. — Хватайте ее!