Жгучий Мороз - Вайолет Тейлор

что-то изменилось, и я напомнила себе о своих прежних тревожных ощущениях. В Джеке есть грубость, к которой я не привыкла. В его глазах что-то полыхает. Он явно закончил смену, прежде чем прийти в бар. Что случилось на той горе?

— Смотри на меня.

Моё тело воспламеняется от этой команды, и я выгибаю спину, когда он слегка меняет угол наклона.

— Да, — бессвязно бормочу я. — Да, да. Не останавливайся, — слова слетают с моих губ со стоном снова и снова, пока он дарит моему телу наслаждение, которого оно так отчаянно жаждало.

— Я не остановлюсь, пока эта сладкая киска не кончит на мой член, и ты не выкрикнешь моё имя, — его голос прорывается в моё ухо, глубокий тембр скользит по моей коже, словно дым.

Что-то в том, как грязно и неожиданно Джек говорит со мной, заставляет дрожать от удовольствия. Мне нравится эта версия Джека. Я отпускаю стойку, хватаюсь за его плечи, чтобы опереться, и прижимаюсь к нему, пока моя кульминация нарастает. Ближе, ближе.

Его пальцы до боли впиваются в мои бедра, а его тело захватывает моё. В том, как он трахает меня, есть что-то первобытное, как будто это последний раз, когда я у него есть, или как будто это единственное, что может вернуть ему рассудок.

— Кончи для меня, Мара, — он наклоняется ниже, посасывая кожу на моей шее, и когда его зубы нащупывают мой пульс, я кончаю так сильно, что на пару секунд перестаю дышать. Моя голова кружится, пока тело сотрясается от его мощных толчков, моя киска сжимает его длину, когда он с хрипом кончает и заполняет меня. Мы тяжело дышим, его тело замирает. Его лоб прижимается к моему, прежде чем он впивается в мои губы глубоким, долгим поцелуем.

Его голос хриплый, когда он снова заговорил:

— Я беру свои слова обратно. Никогда, никогда не запирай дверь.

От этих слов я хихикаю.

— Если это то, что происходит, когда я этого не делаю, то я только за.

Моё тело соскальзывает со стойки, и я стону, когда мои ноги ударяются о пол.

— Ты останешься здесь на ночь?

Он смотрит в окно.

— Ради безопасности. Мне нужно быть уверенным, что я буду поблизости, если кто-то позовет на помощь, — он одаривает меня еще одной из своих опасных красивых ухмылок, и я закатываю глаза.

— Верно.

— А пока, — он перекидывает меня через плечо, шлепает по попке и направляется в спальню, — думаю, я знаю, как мы можем скоротать время.

Глава 3

Джек

— Освободи меня.

Кровать вздрагивает, я задыхаюсь, сажусь и хватаюсь за грудь, когда шепот вторгается в моё сознание.

— Что случилось? — сонно спрашивает Мара. Её рука гладит мою руку, когда она смотрит на меня сквозь тяжелые веки.

— Это был всего лишь сон, — слова выходят горькими на вкус.

Что-то не так, что-то, что я не могу определить. Воспоминания о пещере проплывают в моем сознании.

— Помоги мне. Освободи меня.

— Черт!

Простыни путаются вокруг моих ног, когда я вскакиваю с кровати. Что-то зовет меня. Пещера, эта ледяная стена, этот проклятый перевал. Она занимает все мои мысли, и я не могу думать ни о чем другом. Что там, за стеной? Этот вопрос грызет меня, проедая дыры в моих рациональных мыслях. Я должен вернуться в эту пещеру.

Мара обегает кровать и кладет две руки мне на грудь, пока я быстро одеваюсь.

— Куда ты идешь? — смятение и беспокойство стирают сон с её насыщенных голубых глаз. Что я могу ей сказать, чтобы не показаться полным сумасшедшим?

— Сегодня мы спасали и вызволяли людей. Несколько детей провалились под лёд на перевале Ослана, найдя пещерную систему, — следующая часть прозвучит безумно, но, по крайней мере, это правда. — Я думаю, там было что-то еще. Что-то, что я не могу забыть. И мне нужно пойти и проверить это.

— Сейчас? — Мара смотрит на часы. Уже три часа ночи. — Разве это не может подождать до рассвета?

Моя челюсть скрежещет, пока я обдумываю её слова.

— Нет. Я ухожу сейчас.

Она поспешно переодевается в свою одежду, прихватив из шкафа пару сапог.

— Черта с два я позволю тебе сделать это одному.

— Оставайся здесь. Это может быть небезопасно…

— Если это небезопасно для меня, то небезопасно и для тебя, — её горящие глаза смотрят на меня с вызовом. Как мне выкрутиться из этой ситуации? — Не надо ничего придумывать. Я пойду с тобой.

Упрямая женщина.

— Хорошо. Оденься потеплее и делай все, что я скажу, когда мы будем там.

Она кивает, всё ещё натягивая на себя несколько слоев одежды. Плохая идея брать её с собой. Черт, плохая идея — подниматься на эту гору ночью, особенно в таких погодных условиях. Я знаю это лучше, чем кто-либо другой. У меня даже нет Тедди, чтобы помочь, если что-то случится. Сегодня очередь Джейми присматривать за ним. Но что-то продолжает терзать мои мысли, маня обратно к этим сверкающим голубым стенам. Что там внизу? Я собираюсь это выяснить, и, к лучшему или худшему, Мара теперь часть этого плана. Она заканчивает снаряжаться и бросает на меня настороженный взгляд.

— Ты уверен в этом?

Нет, не уверен.

— Вполне. Пойдем.

Гора жутко возвышается во мраке ночи. Снег ограничивает видимость, что еще больше усложняет задачу под светом новой луны. В таких неблагоприятных условиях возвращение к месту пещеры занимает гораздо больше времени. На этот раз я использую ту же массивную сосну в качестве якоря. Мара грациозно приземляется на дно, показывает большой палец вверх и отправляет обвязку в обратный путь. Я бросаю последний взгляд на мир над головой, прежде чем отправиться в дыру. Что-то подсказывает мне, что сейчас всё изменится.

Как только мои ноги ступают на ледяной пол пещеры, раздается шепот.

— Помоги мне. Найди меня.

Отблеск наших фонариков ярко отражается от бледно-голубых стен, освещая тусклое пространство. Мара идет за мной по туннелю, пока мы не достигаем необычной стены.

— Освободи меня.

— Ты слышишь это?

Голос становится громче.

Мара нервно оглядывается по сторонам, прежде чем ответить:

— Что слышу?

— Найди меня.

— Это! — стена вибрирует под моей ладонью, когда я нажимаю на неё.

— Я ничего не слышу, — глаза Мары смотрят на меня с беспокойством.

— Помоги мне. Освободи меня.

— За этой стеной что-то есть.

На этот раз я собираюсь найти проход. По туннелям разносится резкий звон, когда мой инструмент вонзается в толстую стену льда. Постепенно обломки