Хозяйка приюта для перевертышей и полукровок - Елена Кутукова

— осторожно спросила я, начиная ощущать, что впереди ожидает не менее интересный разговор.

— Он хотел предложить вам стать инструктором по физической подготовке, — осторожно проговорила Фанита. — Поскольку он оборотень, у него большой опыт, и он может научить ребят использовать свои способности для самозащиты. Ради этой работы он даже готов отказаться от службы.

— Что ж, я поговорю с ним, — кивнула я, внутренне настраиваясь на серьёзный разговор.

Перед встречей я не забыла об осторожности: активировала камень истины. Его холодный свет мерцал у меня в ладони, готовый в любой момент раскрыть ложь — если она вдруг прозвучит.

Впрочем, в этот раз камень не дрогнул ни разу. Эдгар говорил без утайки. Он честно признался, что не знал о беременности жены, что его намерения чисты и он не станет навязываться ни Фаните, ни сыну, если те будут против. Более того, он выразил благодарность мне — за то, что я приютила его семью и дала им шанс на новую жизнь.

Мы обсудили условия работы, график, а также вопросы проживания и зарплаты. Я уже собиралась завершить разговор, когда Эдгар неожиданно спросил:

— Вы действительно способны определять оборотней и полукровок?

— Да, — ответила я, удивившись его вопросу. — Это достаточно просто для меня. Также могу узнать, если такие есть среди ближайших родственников.

Эдгар кивнул и вдруг стал очень серьёзен:

— Тогда, пожалуйста, будьте осторожны с этой способностью. Я слышал, что прошлую ведьму могли убить именно из-за этого: возможно, кто-то боялся, что она раскроет чью-то тайну…

Я приподняла брови:

— Вы...

— Это всего лишь моё предположение, — вздохнул он. — Поверьте, сейчас я больше всех заинтересован в вашей безопасности. Благодаря вам у меня появился шанс быть рядом с сыном и женой.

На этом наш разговор с Эдгаром закончился, и я знала, что приняла верное решение.

Я подготовила для Эдгара комнату рядом с Фанитой, предварительно уточнив у неё, не будет ли ей неприятно такое соседство. Она лишь кивнула: — Это даже удобно, — и впервые за долгое время улыбнулась.

Как оказалось, готовить мне следовало не одну комнату. Уже через несколько дней меня ожидала новая волна перемен и забот.

Вскоре на пороге появилась незнакомая женщина с девочкой лет семи-восьми. Ребёнок крепко сжимал мамину руку, прятался за её юбку, а в глазах мамы жил страх:

— Вы — моя единственная надежда, — прошептала женщина. — Я готова на всё, только, пожалуйста, помогите. Фанита говорила, что вы ей помогли…

Выяснилось, что у девочки, Вальтеры, необычные способности: вода словно прилипала к её коже, а вокруг то и дело возникали лужицы, ручейки, даже маленькие фонтанчики из воздуха. Мать была напугана: она не знала, как ребёнок сможет жить с такими силами в мире людей.

— Я… могу оставить дочь здесь? — спросила женщина. — На какое-то время… без себя? Разумеется, я оплачу все расходы.

— Конечно, — ответила я тепло. — Работа на меня не является обязательным условием. Самое главное — спокойствие ребёнка.

— А… мы с мужем можем навещать её? Хотя бы иногда? Я не могу...

— В любое время. Это ваша дочь, — заверила я. — То, что она будет жить у нас, ничего не меняет.

Так у нас появилась малышка Вальтера. А я в который раз почувствовала, что делаю что-то важное и нужное для этого мира.

А ещё поняла, что мой приют становится аналогом детского сада. Возможно, если дальше так пойдёт, брошенных детей будет меньше.

К полудню на пороге остановился извозчик. Он высадил мальчика с заплечным рюкзаком и сунул мне бумаги:

— Гензел, — бросил он, даже не взглянув мне в глаза. — Из городского приюта. Все документы на месте.

И вот — мальчик, чьи вещи умещаются в одном рюкзаке, стоит у порога, а его провожатый уже исчезает за углом, не спросив, готова ли я к ещё одному ребёнку. Я-то всегда готова — не в моих правилах оставлять детей без дома, — вот только государственным приютам за каждого ребёнка выделяются деньги. В отличие от моих подопечных, и это, пожалуй, вопрос, который мне уже давно пора поднять в мэрии. В конце концов, многие мои дети появились именно так.

Обсужу это потом, когда в следующий раз пойду в город. А пока — нужно позаботиться о Гензеле: накормить с дороги, выделить ему отдельную комнату, узнать о его особенностях и способностях.

Казалось, что на сегодня сюрпризов достаточно. Но последний оказался именно тем, к чему нельзя подготовиться заранее. Гензел не был ни перевёртышем, ни полукровкой.

Глава 22

Эта ситуация поставила меня в тупик. Я не сразу поняла, отчего так волнуюсь. Хотя за плечами у меня был немалый жизненный опыт, сейчас всё казалось особенно трудным и болезненным. Почему я оказалась в таком положении? Неужели это очередное испытание характера или проверка принципов?

В тот момент у меня оставалось только одно — честно рассказать мальчику правду: никаких способностей у него нет.

Он нахмурился, сжал губы, будто сдерживая слёзы, а потом, удивительно зрелым тоном, произнёс:

— Значит, я и вам не нужен.

В его голосе звучало слишком много боли для ребёнка, а то, что он сказал, было по-настоящему взрослым. Не было видно ни раздражения, ни злости — только горькая смесь отчаяния и разбитой мечты.

— И нам тоже...? — переспросила я, не понимая, как он мог так подумать. — Я вовсе не это имела в виду. Я просто сказала, что у тебя нет особых способностей. Это не значит, что ты нам чужой.

— А эти самые способности, — едва слышно добавил он, — придумали мои воспитатели, чтобы избавиться от меня. Они даже пытались убедить меня самого... Будто я не замечу обмана.

Мои нервы были на пределе. Я с трудом сдержала дрожь в голосе, делая глубокий вдох, чтобы не поддаться злости. Как до такого вообще можно было додуматься — убедить ребёнка в несуществующем даре, лишь бы спихнуть его кому-нибудь?

— Если ты хочешь остаться здесь — пожалуйста. — Я смотрела ему в глаза максимально уверенно. — Если захочешь перемен, мы поддержим тебя и подыщем другой вариант.

Я не верила, что кто-то из наших ребят начнёт упрекать других за отсутствие дара. Все они на своей шкуре испытали, что значит быть не таким, как все. Даже если и возникнут недоразумения, взрослые обязательно вмешаются.