Искра твоей души - Иванна Осипова

— Ты прав, — вздохнула я.

Преступница из меня точно не выйдет. Я и в Эдама когда-то запустила молнией только под влиянием кольца мага.

— Останемся честными людьми, — скривился Лазарь.

— Значит, нужно действовать по закону. Иногда я мечтаю о побеге, но помню, что моя семья в опасности. Кларисса придумает, как наказать отца и оставить маму с братишками на улице.

Лазарь хмуро пробурчал:

— Да она горазда бороться со стариками.

28

Неспешно потекли дни, приближая нас к зиме. Служанки шептались по углам о грядущем маскараде.

— Сами всё увидите, эрри, — пугливо отвечала Фанни на мои расспросы о празднике.

— Тогда я узнаю у господина секретаря, — пообещала я.

— Что вы! — Фанни в ужасе замахала руками. — Господин Лазарь и говорить об этом не захочет! Ещё и ругаться будет, что я обсуждала с вами.

— А что он? Обычно участвует в празднике?

Бедная горничная даже онемела на несколько секунд от негодования, но быстро выпалила:

— Никогда! Господин Лазарь всегда уезжал или запирался в библиотеке. Хозяйка только ему позволяла закрывать дверь, но следила, чтобы ни одна служанка не спряталась вместе с ним.

— Странные традиции.

На этом все разговоры с Фанни о маскараде я прекратила. После истории с плотником стало ясно, что слугам приходится нелегко в эти дни. Поговорить с Лазарем о бале я так и не решилась.

Каждый день я играла роль послушной целительницы, задыхаясь в тёмных комнатах флигеля, а Лазарь педантично исполнял обязанности секретаря. Он обещал, что мы справимся, и я ему верила. Силы моей искры пока хватало для поддержания жизни маленького Йони. Со временем я научилась не расходовать весь запас полностью. Кларисса была довольна: Симеон заметно окреп.

— Посмотри, Герата, как должна работать ведьма, — нередко говорила эрри Уикфил. — Тебе такое уже не под силу.

Старуха смотрела на хозяйку колючим, злым взглядом. Я видела, как она сжимает кулаки, пряча руки в складках чёрной накидки. Со мной Герата почти не разговаривала, но однажды она сама нашла меня в библиотеке.

— Быстро иди за мной, — прокаркала ведьма. — Клариссе снова не обойтись без своей любимой целительницы.

— Что-то с.⁈ — Я вовремя закрыла рот, не успев произнести запретного имени.

— С мертвецом уже случилось всё, что могло. Этого не изменишь, как бы не желала эрри Кларисса, — на ходу прошипела Герата. — Не думай, что ты превратишь кусок гнилого мяса в настоящего человека. Ещё и добровольно тратишь силы! Дурёха!

— Я поклялась, — осторожно заметила я.

— Меня-то не обманывай! Не знаю, откуда у тебя такое везение, но заклятие сползло точно змеиная шкура. Артефакт не завладел тобой.

— Почему ты обманула хозяйку и не выдала меня?

— Потому что могла! — Герата остановилась, но смотрела в сторону остекленевшим взглядом. — Это было таким облегчением: понимать, что на этот раз Кларисса не контролирует всё. Зазнайка где-то просчиталась, а ты… Я знаю твою тайну.

Теперь ведьма буравила меня маленькими точками зрачков. Я поняла, что она расскажет герцогине правду, если сочтёт нужным. Герата повела меня вниз по лестнице.

— Чего ты хочешь? — спросила я.

— Твою глупую юность! — грубо хохотнула ведьма, но затем ворчливо добавила: — Я не придумала. Будешь должна.

— Ты злишься, — примирительно сказала я. — Кларисса не ценит верность, использует тебя и меня. Нам лучше держаться заодно, Герата.

— Маленькая ведьма совсем забыла о страхе, — покачала головой старуха.

В этом движении и тоне мне почудилось одобрение.

— Куда мы идём⁈ Хочу быть готова.

— Этот червяк Эдам снова что-то учудил, — недовольно пропыхтела Герата. — Умирает он или только собирается отдать демонам душу. Поди разбери!

Вопреки моим ожиданиям мы направились не в комнаты герцогини, а дошли до кухни и сразу услышали звонкий, насмешливый голос хозяйки.

— Я думала мой командор при смерти, по словам подчинённых. А ты обычный мужлан с такими же привычками!

Герата незаметно скрылась, оставив меня наедине с Клариссой и Эдамом. Красавчик расположился за столом в углу маленькой проходной залы. Из соседнего помещения доносились запахи свежей мясной поджарки и пирогов; кухарки гремели посудой.

— Мёртвый идиот слишком вынослив. Собаки не желали идти по его следу, скулили. Я был готов разорвать их на части. — Эдам еле ворочал языком.

Никогда не видела его в таком виде (не считая столкновения в спальне): без формы командора гвардии, в одной мятой рубахе, разорванной на плече и залитой кровью. Расплывшееся от вина и бессонницы, лицо раскраснелось, став неприятным. Погрузившись в собственные переживания, он не обращал на нас внимания, и бормотал:

— Тварь! Мерзкая гнилушка! Вцепился зубами.

— Силы моей ведьмы не для таких взрослых мальчиков, как ты. — Кларисса шутила, но смотрела на любовника недобро и презрительно.

Эдам отхлебнул из кружки и, старательно фокусируя взгляд, посмотрел на всегда безупречную эрри Уикфил. Его влажные губы затряслись.

— Я умру или начну гнить заживо, как дурак-плотник. Будет у моей эрри в постели труп!

— Только не рыдай, роняя слёзы в вино. Тея, посмотри, что с ним, а у меня есть дела поважнее.

Хозяйка ушла, а я присела на скамью рядом с командором. Плечо было разодрано неглубоко, но обильно кровоточило сразу после ранения, виднелись следы зубов. Я замечала похожие укусы на руках женщин из флигеля. Симеон не всегда был безвольным и безопасным пациентом. При мне Йони всегда оставался тихим и немного сонным.

— Добьёшь меня, ведьма? — В помутневших глазах Эдама было безразличие.

— Простая рана: залечу, а там, как пойдёт, — холодно ответила я, мало задумываясь над действиями.

Лечение проходило легко: наложить пальцы, направить силу, вложить янтарь магии. В этот раз кольцо не сопротивлялось спасению Эдама. Он не отрывался от кружки, где смешал вина. Стол был заставлен бутылками. Бегая за плотником по закоулкам парка, все порядком продрогли. Где-нибудь в тёмных закутках особняка точно так же грелись гвардейцы.

— Всё. — Я опустила руки и собралась подняться. — Не стоит пить столько вина. Оно не помогает.

— Что ты знаешь, ведьма!

Эдам положил крупную ладонь мне на плечо, пригвоздив к месту.

29

Тяжёлый винный дух ударил в нос. Я отвернулась и попыталась сбросить с плеча руку Эдама. Он сжал пальцы, причиняя мне