Графиня замка Ривердон - Надежда Игоревна Соколова

Он прислал вестника в день бала. Мол, приду с платьем в такое-то время. Ни во что не наряжайся. И я, как послушная невеста, ждала его до вечера.

Получив очередное платье, я поднялась к себе. На этот раз меня порадовали нарядом цвета морской волны. К нему прилагались и туфли, и гарнитур с санрами, магическими камнями, защищавшими владельца от злых мыслей окружающих.

Нарядившись, я спустилась в холл. И мы с Чарльзом порталом перенеслись в императорский дворец.

Он уже гудел, как самый настоящий улей с потревоженными пчелами. Туда-сюда сновали слуги, пытавшиеся угодить уйме господ. Сами аристократы то и дело переходили из зала в зал, здоровались друг с другом, общались, пытались наладить контакты и здесь, на балу.

Мы с Чарльзом направились в бальный зал, уже украшенный и готовый к празднованию.

— Поставьте меня где-нибудь у стеночки, как недвижимое имущество, — хмуро попросила я, оглядываясь.

Чарльз хмыкнул.

— Не хотите танцевать?

— Боюсь, что меня раздавят. Или расплющат, если вам угодно. Здесь слишком много народа. И все они активно двигаются. Я точно не смогу соперничать с ними ни в скорости, ни в изворотливости.

— Не беспокойтесь. Это пока. Как только император откроет бал, многие перейдут в другие залы, развлекаться азартными играми, есть, пить и так далее. Танцоров останется не так уж много.

Да? Это радует… Очень хочется уйти из дворца живой и хотя бы относительно здоровой…

Мне еще замуж выходить. Скоро.

Глава 49

Пока бал не начался, я стояла на месте и раз за разом окидывала взглядом зал. Он был украшен живыми цветами, которые словно змеи обвивали колонны, растягивались по периметру стен, а разноцветные атласные ленты придавали всему этому великолепию легкость и праздничное настроение. Яркие оттенки роз, лилий и орхидей создали ощущение весны, даже несмотря на то, что за окнами царила зима.

Вот только было одно «но» — количество цветов. Я не могла не заметить, что в зале царил идеальный аромат, но он был на грани опьяняющего. Я прищурилась, стараясь отогнать беспокойные мысли.

— Я надеюсь, тут ни у кого нет аллергии, — проворчала я. — Как минимум двадцать разновидностей. Ужас какой.

— Здесь есть магия, найра Виктория, — иронично сообщил Чарльз. — Уверяю вас, она поможет избавиться от любой болезни.

Мне б такую железобетонную уверенность.

Но спорить я не стала, покивала, сделав вид, что поверила, и вернулась к рассматриванию зала.

Постепенно народ прекращал хаотично двигаться по залу. Аристократы разбивались на группки, словно стаи птиц, охотящихся на себе подобных и развлекавшихся светскими беседами. Они расходились по углам зала или выходили из дверей, окидывая друг друга взглядами, полными любопытства и тонкого высокомерия. Я заметила, как несколько мужчин в изысканных костюмах перебрасываются шутками, а одной даме с безумно многослойным платьем и ярким головным убором ставят специально собранный стул.

Люди смеялись, обменивались комплиментами и находили себе удобные места. Музыка в зале тоже нарастала — звуки скрипок и фортепиано плавно вплетались в разговоры, создавая единый фон. Я ощущала, как внутри зала царит волшебство, но также мне казалось, что имеет место некоторый налет напряженности. Аристократы ждали появления императора и официального открытия бала.

Его величество Гарольд Досточтимый вышел на паркет вместе со своей младшей дочерью Арниссой, той самой, которой сегодня исполнилось восемнадцать лет. Он открывал бал, танцуя с ней логард, медленный танец, отдаленно напоминавший земной вальс.

Народ замолчал. Все глаза в зале следили за юной принцессой и ее отцом, уверенно скользившими по натертому паркету.

Я стояла у окна рядом с Чарльзом, смотрела на свою племянницу и думала об обещании Арсаны. «Твой брат поможет тебе». Интересно, в чем именно? И как? Что может сделать император, чтобы мои земли, давно пришедшие в упадок, сделались богатыми и цветущими?

Наконец, танец завершился. И теперь бал можно было считать открытым.

Император с дочерью ушли с паркета. Заиграла другая музыка, более подвижная, живая.

— Вы заметили, найра Виктория? — спросил Чарльз, не делая попытки пригласить меня на танец. — Император не водил с вас взгляда. Полагаю, он желает пообщаться с вами вторично, наедине.

Боги, не знала бы, что он говорит о моем шестиюродном брате, точно решила бы, что он сватает меня. Ну, или занимается сводничеством. У меня, конечно, расшалившаяся фантазия, испорченная земными книгами и фильмами. Но очень уж двусмысленно прозвучали, на мой взгляд, слова Чарльза.

— Нет, — покачала я головой, — не заметила. Я думала о том, что сказала Арсана мне тогда, во сне. Что мой брат поможет мне. Хотелось бы знать, каким образом.

— В зиму все равно ничего делаться не будет, — последовал спокойный, даже равнодушный ответ Чарльза. И правда, не его же имущество. Что ему волноваться? — А за эти месяцы что-нибудь обязательно придумается. Вы еще официально не вступили в наследство.

Это означает: «Не беги впереди паровоза»? Ну хорошо, да, я спешу. И, наверное, напрасно. Но мне хочется определенности! Мне нужно знать, что и когда будет делаться! Мне надоело это подвешенное состояние! Я вроде бы и родственница Арсаны, и ее имуществом владею, а, кроме Ривердона, мне ничего не подчиняется! Да и вообще, бесит! Все бесит! Почему я не могу заниматься улучшением земель и благосостояния уже зимой⁈ Из-за снегов и мороза? Так есть же порталы. С их помощью очень легко передвигаться. Зачем все откладывать на три месяца?

Чарльз помнил о моем неумении танцевать и потому не приглашал меня на паркет. Другие кавалеры ко мне не подходили, видя его присутствие рядом. Так что у меня было довольно много свободного времени, чтобы просто постоять, подумать.

Я размышляла и о словах Арсаны, и о том, что сказал Чарльз этим вечером, пыталась анализировать свои эмоции после услышанного. Я полностью погрузилась в себя, не пытаясь наблюдать за танцорами и не вслушиваясь в музыку. В данную минуту меня мало интересовал внешний мир. Я занималась внутренним.

И когда внезапно в зале установилась тишина, я вздрогнула. Что? Что опять произошло, пока я неспешно плавала в своих мыслях?

Глава 50

Народ и правда не танцевал. Все, включая Чарльза, стояли и смотрели на возвышенность, на которой изящно возвышался императорский трон, застеленный бархатной тканью, переливающейся под светом дюжины ярких магических шаров, свисавших с потолка. Атмосфера зала была наполнена напряжением, как будто каждый присутствующий знал, что