Путь княгини - Нина Петровна Ахминеева

что делать дальше. В наследство-то я вступила без проблем. Да вот только оно, как выяснилось, с подвохом. Конкретным таким подвохом!

Первый неприятный сюрприз состоял в том, что жить в особняке Алайских нельзя. Разве что рядом с ним палатку на свежем воздухе поставить.

Перенесший родовую войну и долгие годы бесхозности княжеский особняк полностью утратил былое великолепие. Трехэтажный главный дом пребывал в ужасном состоянии: крыша частично отсутствовала, стекла выбиты, обои со стен свисали клоками, мебель… можно считать, что ее нет. Строения, предназначенные для проживания гостей и прислуги, находились в плачевном виде, а некоторые и вовсе развалились.

Откуда все это знаю? Перед подписанием официальных бумаг на переход права собственности нотариус любезно провел для меня онлайн-экскурсию. Так сказать, для понимания, во что ввязываюсь.

Вторая неожиданность заключалась в землях. Моей собственностью стали плодородные пашни, речка и роскошный лес. Казалось бы, вот оно, красный диплом агронома наконец-то пригодится и моя давняя мечта жить на природе станет реальностью. Но и тут все пошло через одно место.

Словно по закону подлости, именно на моих землях находился тот самый хутор Большой Лог. И вроде бы ничего страшного: подумаешь, была дурочка Машка Иванова, а теперь княгиня Алайская. Чего на свете только не бывает, посудачили бы люди и успокоились. К сожалению, не в моем случае. Потому что все без исключения совершеннолетние хуторяне теперь мои должники.

Целых восемнадцать лет жители хутора Большой Лог пользовались княжескими землями как собственными: строили дома, выращивали и продавали хлеб, пасли скот, рубили лес, охотились, ловили рыбу в реке. В общем, вели себя как настоящие хозяева. А в итоге задолжали роду Алайских безумную сумму. Не исключено, что у нотариуса о том, почему хуторяне не платили, имелись догадки, но он их не озвучил. Предстояло разбираться самой.

И я бы с превеликим удовольствием освободила хуторян от выплаты задолженности, становиться местным аналогом коллекторского агентства ни капли не хотелось, да не выйдет. У меня, как у главы рода, за восемнадцать лет накопился собственный долг – перед казной. Освободить от его уплаты может только император. Но где я, а где его величество?

Ситуация складывалась отнюдь не радужная. Требуется как можно скорее решать проблемы с долгами по налогам. Душить хуторян поборами и отбирать все до последней нитки – не вариант. Следовательно, надо достичь взаимовыгодного соглашения с жителями Большого Лога и дружно впрячься в работу. В какую? Вижу только один путь: сельскохозяйственное производство.

Но прежде чем выбирать наиболее рентабельное направление и развивать бурную деятельность, необходимо уладить бытовые проблемы. В частности – с жильем.

В тот убогий домишко, где обитали моя предшественница с Матреной, возвращаться не собираюсь. Не вижу в этом смысла. К тому же, как ни странно, в Большом Логе у меня есть собственный добротный дом. И, кто бы сомневался, здесь тоже все не слава богу.

Я даже не удивилась, узнав от нотариуса, что в господском тереме проживают посторонние. Староста заселился вместе с семьей по собственной инициативе и живет так долго, что вкрай обнаглел. Со слов нотариуса, ушлый мужик сделал перепланировку и построил хлев для скотины, вырубив часть сада.

Почему контролирующие органы не пресекли самоуправство крестьянина, история умалчивает. Хочу я того или нет, но по приезде в хутор придется озадачиться выселением «уважаемого» человека. Без этого никак не обойтись. Прибавится ли ко мне симпатии у местных после такого эпичного возвращения? Точно нет.

Но это полбеды. Что делать с Натальей? По факту незамужняя восемнадцатилетняя девушка вернется в родную деревню беременной. Пойдут пересуды, ее снова обольют грязью с головы до ног.

Как же лучше поступить-то?

Я настолько погрузилась в размышления, что не сразу услышала, как меня позвали. И, похоже, сотруднице банка пришлось повторить мое имя не один и не два раза. Встрепенувшись, я подошла, подписала все бланки. Тут же мне выдали новенький мобильный с банковским приложением.

– Будем рады видеть вас вновь, Мария Георгиевна, – вежливо попрощалась девушка.

Кивнув и захватив буклеты с перечнем кредитных продуктов, я вышла на улицу. Жаркое полуденное солнце резануло по глазам, заставив сощуриться. Я немного постояла, привыкая к яркому свету, и направилась к тенистой аллее. Там на скамейке меня дожидались Алекс с Натальей.

Поймав мой взгляд, Александр улыбнулся. Словно догадываясь, что сейчас произойдет, он подвинулся, освобождая мне место.

Я так уверенно пообещала инквизитору, что сделаю все, чтобы Наташа оставила ребенка. Но есть ли у меня моральное право манипулировать этой девочкой и использовать ее в темную? Нет, никто не вправе решать за другого, как жить и что делать.

Усевшись, я пристально посмотрела на Лукьяненко.

– Наташ, нам надо серьезно поговорить.

Глава 20

Часом ранее. Александр Меньшиков

Солнечные лучи пробивались сквозь густые кроны деревьев, окрашивая золотом зеленую листву. В воздухе витал запах травы, цветов и… эмоций.

Даже не глядя, опытный эмпат всегда мог сказать, что тот или иной человек чувствует. Как правило, люди завидовали, злились, ненавидели и тревожились. При этом, ясное дело, не благоухали.

«Да спроси ты уже!» – мысленно подогнал Алекс Наталью.

Приоткрывшая было рот девушка сжала губы. Посмотрела на инквизитора исподлобья.

Демонстративно тяжело вздохнув, Александр уточнил:

– Ты что-то хочешь узнать?

Наташа помотала головой, но, противореча самой себе и явно нервничая, задала вопрос:

– Почему ты не пошел с Машей к нотариусу? А вдруг она захотела бы посоветоваться? От меня, понятно, помощи нет, но ты-то инквизитор, еще и князь! Наверняка в законах разбираешься.

«Потому что наследство чересчур проблемное, долгов выше крыши. Не удержался бы и начал ее активно отговаривать. В итоге Маша все равно бы сделала по-своему, а наши отношения наэлектризовались. Оно мне надо?» – мысленно ответил Алекс, но вслух сказал другое:

– Она вполне способна справиться самостоятельно.

– С чего такая уверенность? – не скрывая скепсиса, усомнилась Наташа.

Алекс сел вполоборота к девушке. Поставив локоть на спинку садовой скамьи, обронил:

– Я эмпат.

Крестьянка судорожно сглотнула, побледнела.

– Это правда, что ты можешь убить человека не прикасаясь?

– Правда, – охотно согласился инквизитор. – Как и ты.

– В смысле?! – выдохнула Наташа. Ее глаза стали похожи на блюдца.

– Предположим, у тебя есть пистолет. Выстрелив злодею в голову, ты его убьешь не прикасаясь.

– Не-е, это другое! Пистолет – это оружие! – парировала красавица. – Мы же говорим о даре.

– Лекари способны не только исцелять, но еще и пользоваться своим даром как оружием, – серьезно произнес инквизитор. – Ты же слышала о боевой магии?

– Угу, – неуверенно кивнула хуторянка.

– Изучив основы боевой магии и обладая определенным