Леди из охотничьего домика, или Отвергнутая жена - Екатерина Стрелецкая

Глядя на успехи дочери, я откладывала визит к Марго, решив, что пусть медленно, но идущий ребёнок всё-таки лучший спутник, чем тот, которого придётся нести на руках всю дорогу туда, а потом обратно. Где-то недели через две явился мрачный Рольф и, небрежно скинув на траву заказы, процедил сквозь зубы: – Вы меня обманули, госпожа, вы всё-таки та самая Вербер!

Глава 30. Сделал гадость – сердцу радость

– Что вы имеете в виду, Рольф?

Вывернув содержимое из корзин прямо мне под ноги, мужчина скривился так, словно увидел перед собой нечто мерзкое: – Староста получил письмо от вашего бывшего мужа, барона Майера, в котором было подробно объяснено, кто вы такая. Также нам всем запретили иметь с вами какие-либо дела, а уж тем более – помогать. Даже за деньги. Особенно за деньги.

Фраза про меня была произнесена таким тоном, что меня кольнули нехорошие предчувствия. Понятное дело, что на разведённых женщин в аристократическом обществе всегда смотрели косо, а про простых крестьян и говорить нечего. Но всё-таки реакция мужчины меня сильно покоробила, в письме явно были написаны какие-то гадости в мой адрес.

Скрестив руки на груди, я как можно строже посмотрела на Рольфа и медленно произнесла: – И что же такого было сказано в письме обо мне, раз вы решили, что можете вести себя по отношению ко мне столь безобразным образом, причём находясь на моей земле?

С презрением взглянув в мою сторону, он процедил: – Вы действительно были наследницей земель покойного барона Вербера, однако вместо того, чтобы принять наследство и управлять им, переложили всё на своего мужа, которому впоследствии изменили, не только нагуляв ребёнка, но и повесив заботу о нём на мужа. Девочка-то больной получилась. Хорошо только, что в вас совесть проснулась и вы, наконец-то, признались во всех своих грехах, согласившись на развод, а не ссылку в монастырь. За все ваши похождения вас и лишили земель.

У меня даже дар речи пропал, как только услышала весь этот бред. Ну, Ойген, ну, стервец! И тут соломки подстелил, не забыв при этом обелить своё имя. А ведь я предполагала что-то в этом роде, но надеялась, что гадости со стороны бывшего мужа прилетят попозже.

Продолжая сохранять внешнюю невозмутимость, я спокойно произнесла: – Какая потрясающая ересь. Вот только, видимо, господин барон напрочь забыл, что в суде, перед тем как нас развели, нашу с ним дочь осматривали не только для того, чтобы подтвердить физические отклонения, но и родство. У меня даже заключение осталось, подшитое к бумагам о расторжении брака. Таким образом, проверив кровь Софи на специальном артефакте и сверив с образцом, полученным от господина барона, было установлено, что она его дочь. Что же насчёт принятия наследства... То тут Его Величество настоял на моём браке с бароном Майером, едва я достигла совершеннолетия, а по законам заниматься управлением своими землями замужняя женщина не вправе. Поэтому земли Верберов были присоеденены к землям Майеров и отданы в управление Майерам..

Рольф нахмурился ещё сильнее, видимо, не найдя что ответить. Похоже, что он, как и другие жители Хофа надеялся, что после долгих лет поборов местного магистрата придёт добрая и хорошая наследница, которая восстановит справедливость, и на землях Верберов настанет благодать. Однако просчитался. Зато Ойген попытался воспользоваться дремучестью жителей и наплёл в письме с три короба. Ну да, магия в Бронхедже является редкостью, однако всё-таки встречается, равно как и магически заряженные предметы. Собственно, именно по этой причине развод обошёлся мне в такую кругленькую сумму: из-за использования артефакта, считающегося государственным достоянием, как и многие другие. А я ещё понять не могла, зачем секретарь суда просил Ойгена приложить палец к какой-то странной штучке, похожей на звоночек, которым в моём мире вызывают портье или администратора. Только позднее, ознакомившись с бумагами на развод, сопоставила, что к чему. А по причине ценности магически одарённых не стала раскрывать свою способность к лечению. Если уж Его Величество был заинтересован в нашем браке с Ойгеном, то даже после развода вполне мог закрыть глаза на все обстоятельства и подыскать мне нового мужа. А так... Пустышка и пустышка, к тому же неспособная родить здоровое потомство, ведь первый ребёнок получился «дефектным». Мне же проще и спокойнее. Становиться инкубатором по рождению одарённых детей я не собиралась.

Буркнув в ответ, что не его ума дело разбираться во всех этих играх аристократов, Рольф потребовал кувшин, который обычно оставался у меня до тех пор, пока не привозился другой, наполненный свежим молоком. Вручив пустой сосуд и деньги за привезённые продукты, я с умилением наблюдала, как мужчина брезгливо пересчитывает монеты.

– Вы только не удивляйтесь, уважаемый поборник нравственности, если в ближайшие дни господин барон объявит о предстоящей свадьбе, а менее, чем через семь месяцев станет счастливым отцом вполне крепкого карапуза. Впрочем, вполне возможно, что через девять, вот только ребёнок будет выглядеть месяца на два-три.

Да, я всё-таки не удержалась и отпустила шпильку в адрес бывшего супруга. Не знаю, насколько Рольф сплетник, но хотя бы он сообразит что неспроста бросила эту фразу. Как только он отчалил от берега, я начала собирать продукты и относить в дом.

Какая же всё-таки сволочь досталась Кристине в мужья! Мало Ойгену было того, что к разведённым женщинам относятся предвзято, так ещё и про измену наплёл! Интересно, как скоро сплетни разлетятся по округе? В любом случае путь не только в Хоф, но и во все бывшие земли Верберов после письма бывшего супруга мне теперь заказан, а продукты где-то необходимо доставать. Выбор разнообразием не радовал: либо Марго, либо Вангер, но при этом под большим вопросом, согласятся ли они продавать мне еду. Если да, то ведь нужно будет её как-то до дома доставлять, потому что в обоих случаях путь неблизкий, Софи одну не оставить, в одной руке много не унесу и каждый день не набегаюсь. Проклятый Ойген!!!

Убрав продукты в погреб, я проверила, что Софи ещё спит, а сама решила прогуляться, чтобы немного проветрить мозги, потому как после заявления Рольфа всё равно усидеть спокойно на одном не могла. «Карпы» чувствовали себя в пруду вольготно, по крайней мере, живы были все, изредка на поверхности показывались их спинные плавники, а вода стала настолько чистой, что в качестве эксперимента, попросив заранее прощения к риукина, залила её в аквариум. Прошло менее суток,