Мери Линдсей - Расколотые души

Я поморщила нос, когда открыла дверь. Маленькая тесная комнатка пахла нафталином, лаком для волос и Шанель № 5. Я подкралась к комоду и потянула за третий ящик. Он застрял. Почему хотя бы раз не могло все пройти гладко? После нескольких рывков я все же его приоткрыла, ровно на столько что бы могла пролезть моя рука. Я отодвинула одежду в сторону и нащупала на дне, отверстие. Я приподняла его дрожащими пальцами и почувствовала, прикосновение метала.

— Я это сделала! — Это был кулон из опала на тяжелой золотой цепи. Трудно поверить, что одна меленькая вещица могла вызвать столько проблем. Мне нужно спрятать его, прежде чем старуха не вернулась. Я закрыла ящик и сжала в руке кулон.

— Да! Вот оно. Он принадлежит моей дочери. — Послышался голос Джорджии из-за моего плеча, настолько громко, что я чуть не выронила ожерелье. Мне понадобилось несколько секунд, что бы унять дрожь и положить ожерелье обратно в карман. Теперь мне нужно было просто выйти и поехать домой к Олдену. Огонек тревоги почти угас. Когда мои пальцы сжали ручку двери, красно-синие огоньки мелькнули в окнах. Полиция!

— О, нет, Олден…

Не паникуй Линзи. Позови Джорджию нам нужно с ней поговорить.

Я не могла унять дрожь. Все было плохо. И хуже не бывает. Моя мама запрет меня дома навечно.

Линзи. Соберись. Нам нужна Джорджия.

Я позвала ее и с помощью меня, Олден объяснил план действий. Она должна была напугать мисс Блек прежде чем та выберется из своей машины. Меня это вполне устраивало, если конечно сработает?

«Говори с полицией как можно меньше, понимаешь? Не отвечай ни на один вопрос, даже то, как тебя зовут. Старайся не вести себя психом из-за того что я здесь. Вот почему мы так сделали. Если бы я был в своем теле, они бы разделили нас. А так мы остаемся вместе».

— Я боюсь Олден.

«Я знаю. Мне очень жаль. Все будет хорошо. Выйди через заднюю дверь и спускайся вниз по дороге. Медленно, и держи руки на виду. Делай все, что они скажут тебе, но не отвечай на вопросы».

Я сделала глубокий вдох и шагнула на тропинку. Без приключений не обошлось, вместе с душой Олдена я сидела на заднем сиденье патрульной машины, молясь Богу, чтобы мама не узнала о моем аресте за кражу со взломом.

Глава 19

Наручники казались самой неудобной вещью в мире. Я впервые в жизни сидела на заднем сиденье патрульной машины. Наблюдая через окно как соседка мисс Блек разговаривала с полицейскими. Женщина казалась безумной, в своем желто-зеленом халате, в котором все время развязывался пояс. Она завязывала его обратно, и все время махала руками при разговоре, чем и была очень похожа на гигантскую птицу. Она была женщиной, которую я видела в окне раньше. Видимо она и вызвала полицейских. Оказалось полицейские ждали возвращения мисс Блек. И это было очень плохо. Олден едва не накинулся на старуху, когда мы разговаривали с ней у двери. И она явно захочет, что бы нас посадили.

— Моя мама меня убьет, — простонала я в сотый раз.

«Она никогда не узнает что произошло. Если нам повезет, то мой план сработает. Если нет, то Совет разберется с этим в кротчайший срок».

— Они посадят меня?

«Нет. Подобное происходит с Говорящими постоянно. Поэтому у Совета есть определенные связи с полицией. Мы помогли им раскрыть несколько громких убийств в этом городе. Так что даже если мы попадем в участок, с тобой ничего не произойдет.»

— Подожди минутку, ты говорил, что работа Защитников и Говорящих тайна.

«Я говорил, что это нужно скрывать. Но у нас особые отношения с правоохранительными органами, вроде как паранормальной секретной службы. Большинство полицейских не имеет понятия об этом. Пожалуйста, доверься мне. Я не позволю, что бы с тобой случилось что-то плохое».

— Слишком поздно! Я сижу здесь в наручниках как преступник. Так что плохое уже случилось со мной!

«Линзи, успокойся, а то подумают, что ты психически больна. С их точки зрения, ты сидишь здесь одна, помнишь? Контролируй себя».

— Тебе легко говорить. Ты не отправишься в тюрьму.

«Ты не попадешь в тюрьму, не беспокойся».

Мисс Блек остановилась возле дома на своем стареньком Кадиллаке. Два полицейских оставив соседку, направились к своей машине. Прежде чем они подошли к тротуару старуха, сидя за рулем начала махать руками, словно отгоняя рой пчел. Свет в автомобиле замелькал.

«Там Джорджия! Присвистнул Олден в моей голове. Возможно, ее план сработает».

Ее машина раскачивалась взад и вперед, словно подталкиваемая неведомой силой. Мисс Блек закрыла уши в то время как радио включило песню Эльтона Джона на полную громкость. Это была настоящая атака призраком любезно предоставленная Джорджией, которая без утайки мигала фарами и ревела двигателем. Если бы я не находилась одна, в наручниках и в полицейской машине, это могло бы показаться смешным. Полицейские остановились в нескольких футах от машины, не зная, что делать. Так же быстро, как и началось, это сумасшествие прекратилось. Мисс Блек, тяжело дыша сидела несколько секунд за рулем, пока один из полицейских не подбежал что бы открыть дверь и помочь ей выйти. Я не знала, о чем они говорят, но она несколько раз показала в мою сторону.

Через несколько долгих минут, в которые я уверена мое сердце перестало биться, мисс Блек подписала документы протягиваемые полицейским. Потом он дал ей конверт, и прислонился к дереву, заполняя бланк. Другой полицейский открыл заднюю дверь патрульной машины.

— Ну, юная леди, это оказалось ошибкой. Ты должна была нам сказать что являешься племянницей мисс Блек и ожерелье ваше. Я думаю, это не имело смысла, учитывая то, что ты знала код сигнализации. Почему ты сразу не сказала об этом?

— Я испугалась, — честно ответила я.

— Отлично, ты можешь идти. Повернись ко мне спиной, что бы я мог снять наручники. — Офицер снял металлические наручники с моих рук. Он протянул мне ключи от машины Олдена, мой сотовый, но не отдал ожерелье, которое забрали при аресте.

«Спроси его, где ожерелье, Линзи. Мы должны его забрать».

— Эээ, сэр? Где сейчас мое ожерелье?

Офицер сунул наручники в кобуру на поясе.

— Мы только что отдали его вашей тете.

«О, нет! Это плохо».

— Тише! Я знаю, что это плохо! — Офицер взглянул на меня.

— Прошу прощения?

Я сделала вид, что потираю запястья, где были наручники.

— О, э-э. Я говорю о моих запястьях. Они болят, вот и все.

— Извини, — сказал офицер, осматривая мои руки. — Для меня это привычно. Ты свободна, так что можешь пойти к тете. Береги себя, ладно?