Жаклин Митчард - Рожденные в полночь

Она попыталась думать о чем-нибудь другом.

Что с ней такое? Она никогда не была неженкой и даже в детстве не боялась темноты.

Их дом был построен лет восемьдесят назад, и все эти годы семья Бринн жила здесь. Мэлли думала о поколениях своих предков. Один из родных братьев прадеда, Уокер Бринн, до сих пор жил во Флориде. Потом она вспомнила и других своих родственников.

Сон все не приходил, и Мэллори уже подумывала о том, чтобы все-таки позвонить Гвенни, как тайленол наконец-то сморил ее.

Разбудил ее громкий звонок. Потом кто-то трижды стукнул в дверь.

«Слава богу!» — пронеслось в голове Мэллори.

Три удара были тайным сигналом Мередит. Но почему родители просто не откроют дверь? Мэлли прислушалась. Ничего. Она не услышала мыслей сестры, даже тех неясных проблесков, когда Мерри думала о Вилли или своем любимом черлидинге. Никакая сила теперь не заставила бы ее отпереть входную дверь. Усилием воли Мэлли сбросила остатки сна, осторожно пробралась вниз и, привстав на цыпочки, заглянула в дверной глазок. Никого.

«Мерри!» — мысленно позвала она сестру.

Погода совсем испортилась. Ледяная крупка вперемешку с дождем барабанила по стеклам, ветер усилился. В конце марта такая погода не редкость. Зима всегда лютует, перед тем как окончательно отступить перед весной.

Мэллори уже собралась вернуться в спальню, когда раздался резкий стук в заднюю дверь.

А что теперь? Страшный взрыв разнесет полдома? Что ей еще предстоит пережить? Еще один поджог вроде того, что едва не убил ее в новогоднюю ночь?

А задняя дверь заперта?

Нет!

Никто в их семье не любил ходить через задний ход. Мама часто жаловалась, что все сговорились истрепать единственную ценную вещь в доме — восточный ковер, расстеленный в холле.

Мэллори схватила телефонную трубку и, опустившись на пол, набрала номер 911.

— Пожалуйста! — зашептала она женщине-оператору. — Я дома одна. Кто-то изо всех сил стучит в дверь. Мне страшно.

— Входные двери заперты? — спросила женщина. — Это Мэлли или Мерри?

— Ну… Я не знаю. То есть я Мэллори, но я не знаю, заперты ли двери.

— Мэлли, это Рита Андерсен, мама Кейтлин. Мы сейчас направим к твоему дому полицейскую машину, но ты должна немедленно закрыть входные двери. Хорошо?

— Я боюсь.

— Дорогая, это надо сделать. Я буду оставаться на линии.

Согнувшись, почти ползком Мэллори добралась до задней двери и, набравшись храбрости, задвинула засов. И как раз вовремя! Она могла бы поклясться, что в этот момент ручка двери дрогнула и немножко повернулась. Или это ей только почудилось? Она взялась за ручку и дернула ее на себя, проверяя, плотно ли заперта дверь. С обратной стороны кто-то тоже дернул дверь.

— Пожалуйста, миссис Андерсен! — прошептала Мэлли. — Приезжайте быстрее!

— Где твои родители, Мэллори?

— Они в «Беллес Артес».

— Какой номер пейджера твоей мамы?

Девочка начала диктовать, когда застучали в парадную дверь. Три сильных удара. Казалось, в нее бьют не кулаком, а деревянным молотком.

— Мэлли, я слышу стук. Оставайся на линии! Тринадцатый! Ситуация десять-двадцать. Возможно, два-одиннадцать. Тринадцатилетняя девочка одна в доме номер сто тринадцать по Дороге пилигримов… Все в порядке, Мэллори! Полицейские в квартале от твоего дома.

Наступила тишина, но через минуту ручка заходила ходуном.

Девочка истошно закричала.

— Мэллори! Мэллори! — раздался мужской голос. — Выгляни в окно! Это я, Дэнли Хейме. Офицер Хейме, школьный полицейский. Открой дверь, Мэлли!

Девочка рывком распахнула дверь и бросилась к полицейскому.

— Кто-то стучал в дверь! И хотел вломиться в дом!

— Спокойно, золотце! Давай зайдем внутрь. Это Сюзанна Мосс. Ты ведь знакома с офицером Мосс? Она преподает здоровый образ жизни в твоей школе, помнишь? В пятом классе. Можно нам войти?

— Смотрите, вмятина, — сказала Сюзанна Мосс, указывая пальцем на темное пятно на светло-голубой двери.

— Это Адам ударил по двери великом.

— В дверь сильно стучали?

— Сначала не очень, а потом били так, словно хотели войти.

— Давайте посмотрим на заднюю дверь, — предложил офицер Хейме.

Очень осторожно отодвинув засов, полицейский выглянул наружу.

— Много следов ног, — снова запирая дверь, сообщил он. — Жаль, что у вас нет навеса. Следы наверняка смоет дождем. Я сейчас позвоню и вызову фотографа.

Парадная дверь с треском распахнулась.

— Что случилось? — закричал Тим Бринн. — Мэлли, с тобой все в порядке?

— Папа! — обнимая отца, заплакала Мэллори. — Кто-то пытался войти в дом. Я так испугалась!

— Серьезно?

Мэлли обескураженно уставилась на него.

— В смысле? — спросила она.

— Каждый раз, когда нас нет дома, с тобой что-то случается.

— Папа, ты думаешь, что я вру?

— Нет, но… — запнулся Тим.

— Ты думаешь, я пытаюсь привлечь ваше внимание?

— Ты не теряла сознание? — спросила у дочери Кэмпбелл.

«Ничего я им рассказывать не стану, — решила Мэллори. — А то они запрут меня в доме или вообще отправят в лечебницу».

— Мистер Бринн, — сказала офицер Мосс, — на заднем крыльце обнаружены грязь и следы. Там кто-то был.

— У меня трое детей, которые не понимают, что, входя в дом, надо снимать обувь, — заявил Тим Бринн. — Вы можете найти грязь со всего Риджлайна не только на ступеньках крыльца, но и на кухонном полу.

— Папа! — возмутилась Мерри. — Неужели не видишь, как она напугана?

— Ты ведь меня слышала? — спросила сестру Мэллори. — Это было… кошмарно!

— Да, слышала. Но я думала, что у тебя просто… нервный срыв.

— Я до смерти перепугалась!

— Кто бы это мог быть?

— Маньяк! — выпалила Мэллори.

— Не говори глупостей, дорогая, — усталым голосом сказала Кэмпбелл. — К чему драматизировать? Должно быть, это безобразничали дети.

Полицейским понадобилось два часа, чтобы все сфотографировать и снять отпечатки пальцев.

Уже уходя, Дэнли Хейме сказал Бриннам:

— На простой вандализм не похоже. Злоумышленник знал, что ваша дочь дома. Это очень, очень нехорошо. Мы сделаем все от нас зависящее, чтобы разобраться в этом деле. К сожалению, мы еще не поймали новогоднего поджигателя. Ставлю сто против одного, что эти два преступления взаимосвязаны.

— Только, пожалуйста, не заклеивайте двери нашего дома желтой лентой, — попросил Тим Бринн. — Моя семья и так натерпелась за последнее время.

Ночью, лежа в постели, Мерри прошептала:

— Надеюсь, ты не считаешь Дэвида причастным к случившемуся?