Диана Сахончик - Линии любви

— Кроме одного, — сказал Кристиан, снова подходя ко мне и поворачивая листок в моих руках в сторону света лампы. Вначале я подумала, что мне показалось, но, присмотревшись, поняла, что не ошиблась. При просвечивании письма, можно было увидеть рисунок, скрытый невооруженному взгляду толщиной самой бумаги.

— Да это же моя татуировка — все еще не веря своим глазам, сказала я.

— Да. Мы долго не могли понять слова Камиллы об инструкции, — сказал Эван, — но потом обратили внимание на скрытый смысл письма. "Свет всегда помогает нам увидеть то, что было скрыто тьмой". Кристиан предложил посветить лист, и мы увидели это.

— Не догадываешься, что бы это могло значить? — спросила Дарси.

— Только то, что эти татуировки у нас с Кристианом оказались не случайно. Но ведь в письме говорится только обо мне, откуда же она появилась у Кристиана?

— Как говорится в письме, это было сделано, с целью защитить тебя и Кэтрин. А вот причем здесь Кристиан — до сих пор остается вопросом, — сказала Аманда.

— И защитить от чего — тоже, — добавил Кристиан.

— Эти символы у вас с Кристианом — это не просто рисунки. Это изображения броши Лакенбут, — сказала Дарси, — символа любви и верности. Особенно они были популярны в семнадцатом веке. Название брошь получила от лакенбутов, маленьких магазинов, расположенных около Собора святого Джайлса, который находится в центре одной из известных достопримечательностей Эдинбурга, Королевской Миле. Лакенбуты — первые постоянные магазины, особенность Королевской Мили, в которых размещались на продажу ювелирные изделия и ассортимент других товаров, связанных с ремеслами, с шестнадцатого века. Первая брошь Лакенбут датируется примерно второй половиной семнадцатого столетия. Брошки были совсем маленькие по размеру и их носили, в том числе, чтобы защититься от дурного глаза, влияния злых сил. В течение восемнадцатого и девятнадцатого столетий брошь Лакенбут стала крупнее по размерам и оформлялась тщательно продуманными надписями. С брошью связана легенда, почему её считают символом любви и преданности. Рассказывают, что Мария Стюарт подарила брошь лорду Дарнли. С 1850 года брошь, в которой сердца переплетены, напоминая букву "М", с короной шотландской королевы и шотландским Чертополохом, называют брошью Марии или даже брошью Королевы Марии.

— Ничего себе! — сказала я. — Что же в итоге получается? Алексис намеренно скрыла все эти страницы дневников, значит, она не хотела, чтобы об их содержании стало известно кому-то еще. Нас с Кристианом отметили этими татуировками преднамеренно. Патриссия была знакома с Камиллой. Может ли это означать, что и моя мама замешена в этой истории? И еще остается Фрэдэрик. Какое он имеет ко всему этому отношение?

— Это еще не все, — сказала Аманда, — наш гений Эван совершенно случайно забыл упомянуть о том, что именно Фрэдэрик Фэри является тем человеком, с которым связан Патрик.

— Что? — совершенно шокированная, спросила я.

— Да, — виновато сказал Эван. Я почему-то думал, что уже говорил вам об этом.

— И мы снова возвращаемся к моему отцу, — сказал Кристиан. Он вернется только на следующей неделе, а расспрашивать кого-то другого мне не хочется. Лишнее внимание нам не к чему. Дарси и так уже слишком рисковала, забирая эти бумаги из кабинета Алексис.

— Тебя кто-нибудь видел? — спросила я.

— Нет. Я даже свои документы не стала оставлять, чтобы не вызвать подозрений, — ответила она.

— Хорошо, значит, нам остается только ждать возвращения Патрика. А в остальных страницах есть что-нибудь интересное?

— Мы пока прочли лишь часть, но ничего стоящего не нашли, — сказала Аманда. Дарси совсем недавно их принесла.

— Подождите. Эван, ты же сказал, что Патрик уехал вместе с Алексис, то есть она уже вернулась? — спросила я.

— По крайней мере, я видела её сегодня утром, вот и решила зайти к ней позже, — ответила Дарси.

— Насколько мне известно, конгресс Лиги Хранителей проходит без перерывов, ну, по крайней мере, без таких, чтобы успеть слетать в Дэвэр и обратно, — сказал Эван.

— Может, Алексис уезжала вовсе не на конгресс? Она ведь не Хранитель, что ей там делать? — спросил Кристиан.

— На самом деле, о том, что она собиралась именно на конгресс, она же сама мне и сказала, — ответил Эван, — в день отъезда она вызывала меня, узнать, как продвигаются дела с дополнительными занятиями Эйлин.

— Может, она просто забыла что-то, и возвращалась забрать? — предположила Аманда.

— Может быть, — ответил Кристиан. Наши взгляды встретились, и я поняла что он, как и я не верит в такое простое совпадение.

— Посмотрите-ка, что я нашел, — скал вдруг Эван, — "Сегодня прошло представление кандидатов на должность нового главы Дэвэра. Все трое представили хороший доклад о собственных видениях его дальнейшего развития. Мелания Уоленберг предложила ввести новую систему определения способностей к управлению стихиями. Мартин Круз предложил ужесточить требования к отбору будущих студентов Визарди. Патрик Фэри рассказал об изменениях списков предметов каждого факультета и возможности студентов самим определять перечень своих занятий. Жаль, что ему так и не разрешат воплотить свои идеи в жизнь, уж больно хорошей поддержкой заручились его противники".

— Выходит, наш отец тоже был одним из кандидатов? — спросила Аманда.

— Главное здесь в другом — почему Алексис нет в этом списке? — сказал Эван, — судя по дате записи, именно после этих выборов она и возглавила Дэвэр. Вот что нам нужно. Думаю, стоит разделить наши обязанности, иначе мы все только запутаемся окончательно. Предлагаю нам с Амандой продолжить изучать дневники, Дарси попытаться узнать о том, как Алексис попала в Дэвэр, Кристиану дождаться приезда Патрика, а Эйлин…тебе просто нужно думать о своей безопасности.

— Прекрасно, значит, я могу пойти, наконец, лечь спать, раз мне здесь нечего делать, — раздраженно сказала я.

— Эйлин не злись, — сказал Эван, — но твоя безопасность — именно то, что мы все и так пытаемся обеспечить. Если ты будешь пытаться быть везде и сразу, это все только испортит.

— Я буду присматривать за ней, — неожиданно для всех сказал Кристиан.

— Спасибо, но в няньке я не нуждаюсь! — ответила я, одарив его самым злым, на который только была способна, взглядом, и вышла, громко хлопнув дверью. И с каких это пор все стали такими умными?! — подумала я про себя, идя по коридору к себе в комнату. Все решили за меня, а спросить мое мнение даже не подумали! Ну и ладно. Сама решу, что мне делать дальше.

Глава 19. Первые ответы